Змееносец - Николай Степанов

Тича поместили в одиночную камеру, возможности бежать из которой он пока не видел. Клетушка два на три метра, лежанка с соломенным матрасом, горшок вместо туалета, зарешеченное окно без стекол и массивная дверь, сваренная из толстых железных прутьев, наводили узника на невеселые размышления. Пищу ему передавали через решетку, не открывая двери.

– Как устроился? – Жовш решил проведать постояльца только через сутки после прибытия в замок. Он заявился ни свет ни заря – небо только-только начинало светлеть на востоке.

– Нормально, – ответил привратник. – Меня на прогулку выпускать собираются?

– Агента не устраивают столь скромные апартаменты?

– На апартаменты не жалуюсь, а вот атмосфера здесь тяжелая. Хотелось бы на свежий воздух.

– До тех пор пока я лично отвечаю за тебя перед магринцем, будешь сидеть под замком.

– Ладно, посижу, – не стал возражать привратник. – Жовш, что за людей я видел, когда меня сюда вели? По-моему, на них была не местная одежда.

– Два десятка унылых физиономий во внутреннем дворе замка?

– Да, наверное. Радости у них во взглядах я действительно не заметил.

– Это туристы. Они, как и ты, вынуждены немного погостить у Оршуга. Посмотреть еще одну достопримечательность – казематы, – на лице жарзанца появилась злорадная усмешка.

– Это те бедолаги, которых не пустили обратно?

– Они самые.

– Что вы собираетесь с ними делать? Почему не отпустите домой?

– Зачем? Во-первых, на это требуются дополнительные усилия наших магов, а во-вторых, все они состоятельные люди. Захотят – сами себя выкупят через месяц-другой.

– Вы что, действительно собрались воевать с Инварсом? – удивился привратник. Он до сих пор не мог понять смысла затеваемой чужаками опасной авантюры.

– Все может быть, господин агент, но я не затем пришел сюда в такую рань, чтобы посвящать тебя в наши планы.

– Неужели? А для чего же тогда? Решил меня выпустить?

– Ага, сейчас. – Жовш положил ладонь на рукоять меча. – Вчера после полуночи в замок прибыл новый ратор Оршуга. Знаешь, о чем он мне поведал?

– Если я даже не знаю, что такое ратор, то об остальном тем более понятия не имею.

– Ратор – это первый помощник титулованного мага. Так вот он сказал, что одна из рабынь довольно хрупкого телосложения с большими выразительными голубыми глазами заставила двух бойцов магринца кушать землю. Ты мне случайно не хочешь объяснить, как она оказалась среди пленниц?

– А я должен это знать?

– Ты же агент. Она тоже шпионка?

– О ком речь? – Пленник решил изобразить полное непонимание.

– Не надо дурачка валять, ненатурально получается. Вы с этой дамочкой и ее подругой в нашем кафе такой разгром устроили… Повторяю вопрос, синеглазка тоже работает на КПО?

– Вряд ли. Мне бы сказали.

– Может, ты просто не желаешь откровенничать? Про нашу сделку не забыл?

– Признаюсь честно: первый раз твою синеглазку я увидел именно в кафе «Дары Жарзании»…

– Так у вас там была назначена встреча, – пришел к собственному заключению Жовш. – Как же я сразу не догадался!

– Ну раз ты сам все знаешь…

– Сколько же ваших людей действуют в Жарзании?

– Да считай каждый второй. – Тич начал открыто издеваться над собеседником. – Мы давно заподозрили, что в завратной реальности готовится неладное. Так что стоит вам только начать полномасштабное вторжение, получите мощный удар в спину.

– Врешь!

– Вру, но ты же все равно мне не веришь.

– Я тебя проверял. Девица, которая не знает нашего языка, не может быть агентом. Я прекрасно помню – она говорила через ретранслятор.

– Вы уже тут и про ретрансляторы знаете?

– К серьезному делу – серьезный подход, – важно заметил Жовш.

– Выходит, ты синеглазку знаешь гораздо лучше меня, – сделал вывод пленник.

– Да, с этой ведьмой меня в вашем мире судьба дважды сталкивала. Теперь появился хороший шанс расквитаться. Клянусь, третья встреча будет последней.

– Ты поосторожней с клятвами, а то как бы девушка действительно не стала последней, кого ты увидишь в этой жизни.

– Прибереги свою заботу для других. Если она имела глупость перебраться в Жарзанию, то уж здесь я сумею подготовиться. Возьму с собой парочку волшебников, и она будет умолять меня о смерти. А я еще подумаю, стоит ли губить такую красоту. – На лице Жовша было большими буквами написано, как он собирается поступить с Вероникой.

Тич с трудом сдержался, чтобы не ударить злодея через решетку. Парень до боли в суставах сжал кулаки, но произнес почти спокойно: