Как довести прекрасного принца - Лина Алфеева

— Постой! Да погоди же ты! — я догнала Буяна и положила руку ему на бок.

— Чего тебе? — Конь неласково посмотрел на меня.

— Хочу, чтобы ты знал: никто тебя не отдаст.

— И силой не отнимет, — серьезно заверил Арнелль.

— Да кому я нужен, — буркнул Буян.

— Разве тебя не готовили к участи жердарка? — спросила я.

— Мой бывший хозяин и мышь-то не возродит, не то что коня. Я буду снаружи.

Я молча кивнула, невольно сравнивая нынешнего Буяна с его прежним состоянием. Отощавший, с грязной шкурой и свалявшейся гривой. Неужели моему отцу нравится мучить живых существ?

Погруженная в невеселые мысли, я опустилась на пол и обхватила колени руками.

— Нелли, Гарольд Темный… Какой он?

— Хочешь узнать, похожа ли ты на него?

— И это тоже.

— Ни капли, — Арнелль улыбнулся и покачал головой.

Сразу видно, что не хочет ничего рассказывать.

— Не понимаю, чего он хочет от Миллисандры, — задумчиво пробормотала я.

— Тут мы находимся в равных условиях. — Неожиданное заявление Арнелля заставило меня удивленно вскинуть голову. — Я вот не понимаю, стукнешь ли ты меня за все хорошее или все-таки поцелуешь.

— Ты… Ты подслушивал! — обомлела я, поняв, что Нелли, даже покинув избушку Листика, прекрасно все слышал.

— Это вышло не нарочно. Но признаю, я наслаждался каждым словом. И ни капли не раскаиваюсь, потому что услышанное помогло мне кое-что понять.

Арнелль присел рядом. Прежде я не долго думая подобралась бы поближе, еще бы и голову ему на плечо положила. А сколько часов мы провели за чтением, сидя спина к спине? Теперь же сама мысль о случайном прикосновении опаляла щеки.

— Ты не потеряешь мою дружбу и расположение. Ничто и никогда не станет между нами.

— Ничто и никогда? — я горько усмехнулась. — Ты же эльфийский принц и единственный наследник Владыки Златолесья.

— А ты — единственный человеческий ребенок, которого приняли в семью. Единственная ведьма, которую все еще ждут во дворце.

— Хочешь сказать, что за пять лет ничего не изменилось?

— Ну почему же, кое-что изменилось. — Арнелль придвинулся поближе, и не успела я опомниться, как очутилась в кольце его рук. — Ты так медлишь с решением, что я, пожалуй, сделаю выбор за тебя. Никогда не мечтал отхватить пульсаром по голове, так что остается второй вариант.

Он медленно склонился к моему лицу, маска физиономии Илара растаяла, явив такие знакомые и любимые черты.

— Так намного лучше, — еле слышно выдохнула я.

— Приятно слышать.

Арнелль снова попытался меня поцеловать, но в последний момент я повернула голову, и его губы скользнули по щеке.

— Ты утверждал, что я совершенно не умею целоваться!

На меня посмотрели с таким удивлением, что мне стало неловко.

— Не думал, что мои слова задели тебя настолько сильно.

— Представь себе, задели, — буркнула я.

— В таком случае могу предложить всего один вариант решения этой проблемы.

— И какой же?

— Чаще практиковаться!

* * *

Этой ночью мы так и не сомкнули глаз, и не только жаркие поцелуи были тому виной. Арнеллю захотелось побольше узнать о моих лесных друзьях: как познакомились, как часто виделись и как так вышло, что я не рассказала ему о дружбе с нечистью.

— Знаешь, что самое смешное? Я же прекрасно чувствовал, что у тебя кто-то появился. — На лице Арнелля проступила такая улыбка, что сразу стало ясно: весело ему не было.

— Появились. Целых… — я принялась загибать пальцы. — Три ухажера.

— А деда Белогриба почему не считаешь? — хитро спросил Нелли.

— Скажешь тоже, — я прыснула в кулак.

— Солидный жених. Обстоятельный. С таким как за каменной стеной.

Я не удержалась и ткнула Арнелля локтем в бок.

— Прекрати! Лучше подскажи, как мне с Захарием быть? Он же надеется, что я его расколдую.

— Должен быть способ вернуть ему прежний вид, — уверенно произнес Арнелль. — Разберемся.

Тихонько вздохнув, положила голову ему на плечо. До чего же здорово ощущать, что ты не одна, что есть тот, с кем ты можешь обсудить все на свете, кто понимает тебя с полуслова.

Пожалуй, стоит сказать Листику «спасибо». Ночевка в сарайчике помогла мне понять, что Арнелль любит меня такой, какая я есть, принимает и мой дар, и все, что к нему прилагается. Даже лесной нечисти не считает зазорным помочь, а все потому, что это мои друзья.

— Слушай, а может, тебе его поцеловать?

Предложение Арнелля я встретила недовольным сопением.

— Еще скажи, что не зря тренировалась.

— Конечно не зря. С каждым разом у тебя получается все лучше и лучше.

Не удержавшись, ткнула Нелли еще раз в бок. Тот рассмеялся и повалил меня на спальник. Разговор о нелегкой судьбе Захария возобновился только через пару минут.

— Нет, я серьезно. У любого заклятия трансформации есть условие-ограничитель. Твоего знакомого не могли превратить просто так. Должно быть и условие обратной трансформации. За что его хоть в звериную шкуру сунули?

— Без понятия. Захарий не любит рассказывать о прошлой жизни. Единственное, что удалось выяснить — этот лес он знает получше многих и перемещается по нему свободно. Русалки, феи, грибовичи и ягодники, к примеру, привязаны к своей территории.

— Интересно… — Арнелль выразительно посмотрел на меня. — Интересно, а у нашего превращения есть ограничивающее условие?

— Если лес превратил — уверен, что в таком виде нам будет проще выполнить его задание. Вот бы выяснить, как там Габриэль.

За физическое благополучие фландрийского принца я не опасалась. Темный лес не станет вредить тому, кто вошел в чащу без злого умысла. В остальном же все зависело от самого принца.

— А если у призрака спросить?

— Точно! Вдруг он уже спровадил сэра Эмброуза?! — Я резко села, боднув макушкой в подбородок Арнелля. — Ой! Прости.

— Ничего, до свадьбы заживет.

— Ага. Еще уточни, до чьей, — фыркнула я.

Хотела встать, но меня удержали рядом. Вот и кто за язык тянул? Арнелль считал предстоящую свадьбу чем-то само собой разумеющимся. Не то чтобы я была против — просто обстоятельства моего рождения и внезапно обретенные родственники никак не вписывались в образ супруги будущего Владыки Златолесья.

— Давай не сейчас? Ты же говорил, что сначала нам надо вернуть прежний облик.

— Оттягиваешь неизбежное? — На меня посмотрели с таким лукавством, что захотелось осуществить свою угрозу прямо сейчас, наколдовав пульсар.