Последний отбор. Смотрины для строптивого принца  - Вера Чиркова

Но я смолчала, послушно села на скамью и некоторое время, пока он упорно лазил в зарослях хмеля вокруг хижины, безропотно ждала.

– Ты заметила, – вернувшись, спросил напарник, – что наверху почти нет паутины?

– Да.

– Как думаешь, почему?

– Щит тянет энергию. А они выращены с помощью магии, – выдала я первую пришедшую в голову гипотезу.

Заботы пауков меня сейчас не волновали нисколько.

– Неверно, – возразил он и тут же ответил на свой вопрос: – Тут почти нет еды. Сквозь дыры сети могут проникнуть только мелкие грызуны, но большим паукам ловить их нелегко. И невыгодно.

– Внизу полные чаны, – буркнула я и почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

Хорошо, что нам нечего есть… хотя, боюсь, теперь я надолго потеряю аппетит.

– Вот именно, и хотелось бы понять, где тот маг берет для них еду? И как управляется с этим в одиночку? Или хозяев все-таки несколько? А главное, зачем им столько пауков?

– Ренд… извини, но мне эти пауководы абсолютно неинтересны. И противны. Я их считаю монстрами наравне с винтами и кабаняками. Мне совершенно не важно, почему и ради чего они убивают детей. Главное – они на это способны, и значит, не заслуживают никакой жалости. Если бы сейчас у меня был полный резерв, я попыталась бы преобразовать щит, добавив своих заклинаний и установок.

Вот зря я так сказала… но поняла это лишь в тот миг, когда командир расстегнул ворот рубахи и снял с шеи несколько амулетов, вместе с королевским медальоном.

– Бери, попробуй.

– Ренд, а может, не нужно?

– Назови меня Райвенд, и я подумаю.

– Хоть сто раз. Райвенд, Райвенд… подумал?

– Ты сказала всего два раза… будешь должна, – лукаво усмехнулся он и, сразу став серьезным, уверенно заявил: – Но попытаться подключиться к щиту было очень хорошей идеей, поэтому я подумал и решил, что для нас это шанс. И для детей… заморозка действует всего три-четыре часа.

О них он мог и не напоминать, я и так не забывала ни на минуту. И потому молча взяла амулеты, вернув лишь королевский.

– Бери. – Ренд почти насильно втиснул его мне в руки. – Тебе ведь не важно, принц я или нет?

– Абсолютно, – подтвердила я, только теперь припомнив, что утрата амулета может привести напарника к потере титула. – Но ты сам…

– Уже равнодушен, – презрительная усмешка на миг исказила его губы, – после того как родная мать выставила на аукцион, словно редкую, но ненужную безделушку.

– Ладно, – согласилась я, про себя решив, что постараюсь обойтись без энергии этого амулета.

– Только, Элни, я должен предупредить… он защищен от чужих. Кроме меня лишь пятеро самых близких людей могут брать его безнаказанно.

– Но ведь я уже взяла? – недоверчиво переспросила, глядя на мирно лежащий на ладони медальон.

– Я попросил магистров цитадели… на всякий случай… – несчастно глянул на меня напарник, закаменел скулами и отвел взгляд, – провести над ним ритуал и дать тебе допуск… как моей невесте.

Пару минут я озадаченно смотрела на него, не веря своим ушам, надеясь, что сейчас он засмеется и объявит это заявление розыгрышем. Но Ренд молчал, с каждой секундой мрачнея все сильнее.

И мне почему-то вдруг стало очень отчетливо понятно, что это вовсе не шутка и не хитрый ход, призванный подкупить меня или очаровать. А ответственность и забота командира, не пожелавшего иметь более мощную защиту, чем у подопечных. Еще было ясно, почему он пытался защитить меня: я же отношусь к женщинам и детям, которых всегда спасают первыми. Но представить оставленного на растерзание монстров Эстена оказалось очень обидно.

– А как же Эст? – не выдержав, все-таки спросила я.

– Элни… – без стеснения облегченно выдохнул Ренд и тихо засмеялся: – А я уж испугался… Эст тоже может взять этот медальон. Мы с ним провели обряд братания.

– И ее величество… – Мне сразу стала ясна еще одна причина королевской ненависти.

– Узнала, – процедил он с презрением. – Два часа объясняла, с кем мне выгоднее дружить. А ведь знаешь, Элни, за друга я должен благодарить тебя. До того момента, как заинтересовался вашими странными отношениями, я не видел в нем ничего особенного. Эст казался мне обозленным, обиженным на всех, высокомерным и упрямым бастардом, не желающим понимать своего места в придворной иерархии.

– Не верю, – мотнула я головой. – Ты не такой… ты внимательный и умный.

– Спасибо, любимая, – снова засмеялся Ренд, – ты хорошо меня знаешь. Такого, каким я стал за эти годы… но тогда я был другим. Избалованным обожанием, подарками и вседозволенностью спесивым подростком. Поверь мне, это страшная сила, способная любого превратить в монстра. Мне повезло, что Альгерт прекрасно это понимал и всячески подкалывал меня, стараясь разбудить во мне бунтаря и тем самым вырвать из-под гнета материнского обожания. Отец мне тоже очень помог… но окончательно я понял, каким хочу стать, после того, как ближе узнал Эста и тебя. Хотя должен покаяться – я долго подозревал тебя в хитроумной интриге и прямо говорил об этом Эстену.

– Не ты подозревал, – возразила я, точно зная, что права. – Это мнение ее величества, а она умеет донести до всех свои взгляды сотней разных способов, как говорит Манефа. Теперь я все поняла, остался только один вопрос… а Стай знал?

– Да, – серьезнея, кивнул принц. – Гесорт знал все. И мне кажется, не очень хотел, чтобы об этом узнала ты. Но Элни… ты собиралась проверить крепость купола?

– Да, – согласилась я и повернулась к нему спиной: – Ты не против, если я на тебя обопрусь?

– Пять лет об этом мечтаю. – Командир мягко меня приобнял, устраивая поудобнее, и я поспешила закрыть глаза.

Иначе так и буду изучать не сходящую с его губ незнакомую довольную улыбку.

Щит при ближайшем изучении поражал сложностью, точностью расчета и чистотой исполнения. А еще стабильностью, и это не могло быть результатом одного лишь заклинания. Большие купола все маги защиты держат в устойчивости силой своего воображения и воли, и дается нам это непросто. Годами постоянных тренировок со все усложняющимися задачами и противодействиями. Намного проще, но дороже другой способ. Заложить условия в кристаллы, закрепить сохраняющим заклятием или ритуалом и потом привязать к нему щит. И вот этот купол, выполняющий сразу несколько действий, был поставлен именно так.

– Он привязан, – тихо докладывала я Ренду, – на шестнадцать камней. Они крепятся снизу к сетке по периметру ямы. Но в такой системе должен быть центральный, контрольный амулет, и он всегда находится в центре. Однако на сетке я ничего подобного не вижу.

– Подожди немного, я взгляну вниз. – Он бережно прислонил меня к стене и ушел, но я так и не открыла глаз.

Мне как раз попалось очень знакомое плетение, и хотелось понять, это базовый щит, в который вплетены остальные, или дополнительный.