Кащей - Дмитрий Мансуров

— Взаимно! — на всякий случай проговорил Кащей, выходя из зала. Позади послышался звон разбитого кувшина. — Нервный тип.

Удастся ли его уговорить не казнить путешественников сегодня в полдень? А все-таки у него крепкие нервы, ни словом не обмолвился о разрубленных доспехах и исчезнувших беглецах. Ясное дело, уже не подозревает, а знает наверняка, кто это натворил. Почему медлит с арестом?

А, ну да, не медлит. Конвой выбит из колеи. Или он задумал что-то сногсшибательное? Поживем — увидим!

* * *

Около восьми утра оглушительно завыла сирена. Кащей удивленно поглядел вверх, отложил в сторону нож и недоделанную деревянную фигурку. Обдумывая планы, он частенько резал из липы разные фигурки, приобщившись к этому занятию после налета на небольшую деревушку. Тамошние жители все поголовно занимались резьбой по дереву и даже ухитрились заразить и его своим творчеством. Он не стал портить им жизнь, а забрал в качестве разбойничьего трофея кучу заготовок и набор инструментов. Maстера напоследок проводили его, поразив своим радушием, и с тех пор он навещал их разве что ради мирного пополнения запасов липы.

Кащей отворил двери, услышав крики.

— Что стряслось? — перекрывая вой сирены, поинтересовался он у пробегавших по коридору людей.

— Прячься! — прокричал кто-то. — Соловьи летят! Целая стая!

— И что в этом страшного? Они бездарно исполняют трели?

— Это не те соловьи!

— А какие?

— Разбойники!

— Разбойники? — недоуменно пробормотал Кащей. — Соловьи?

Это что-то новенькое.

Подхватив шпагоплеть, он направился к стенам города. То и дело его обгоняли бледные, растрепанные придворные, отвечавшие на его вопросы короткими испуганными восклицаниями да судорожными жестами. Было ясно, что все смертельно боятся соловьев-разбойников.

Ведьмочки привычно летали над городом, стражники выстроились у западной стены, а с запада доносился сердитый гул, напоминавший жужжание шмелиного семейства. Кащей поднялся на стену и столкнулся с хмурым колдуном.

— Уж не думаешь ли ты, что твоя шпагоплеть вытянется на три километра? — съязвил Ортокс.

— Хочешь, проверим? — предложил Кащей. — Но если тебе не нужны лишние руки, то я, так и быть, вернусь в вашу скромную обитель.

— Ты хоть знаешь, с кем мы столкнулись?

— Мне что-то нашептали о соловьях.

— Соловьях-разбойниках! — рявкнул Ортокс. — Они отличаются от птиц, как комары от собак! От их свиста глохнут люди, рушатся стены, разбиваются стекла, дохнут лошади, а хомячков вообще разрывает на части!

— Слушай, Ортокс, ты с утра второй раз мне зубы заговариваешь. Короче, я здесь нужен или нет?

— Нам нужны все боеспособные мужчины! — сказал Ортокс. — И особенно я хотел бы видеть того героя, который сделал из Главного охотника большую котлету.

— Когда?

— Ночью.

— Кто?

— Откуда я знаю?

Стражники торопливо затыкали уши ватой. Ка-щею тоже протянули два комочка, но он, увидев, что они уже побывали в чьих-то не очень чистых ушах, вежливо отказался.

— Переживу! — пояснил он. — Рассказывай, колдун, что за соловьи и почему разбойники? Без сантиментов и лирики.

Оказалось, во времена колдовской войны группа хитропопых колдунов подошла к ликвидации противника весьма оригинальным способом. Взяв за основу простых соловьев, они после долгой череды опытов получили в результате кровожадных зверюг под два метра ростом, с чарующим пением на широких звуковых частотах, охватывающим весь спектр от инфра и до ультразвука. Все живое приманивалось и взрывалось от счастья в буквальном смысле слова. Кащей провел аналогии с сиренами и летающими зубами:

— А про летающие зубы у вас не слыхали?

Ортокса передернуло.

— Ты и с ними встречался? Я думал, их давно уничтожили.

— В принципе так оно и есть, — согласился Кащей. — Я добил последнюю стаю Они старше этих?

— Вторая версия мутантов, — припомнил колдун. — Но эти — самые опасные из всего созданного во время войны.

— Сколько всего разновидностей?

— Двадцать шесть Соловьи-разбойники — последние. Они излишне разумны.

Коричневая, масса на горизонте по мере приближения к городу раздробилась сначала на точки, потом на большие кляксы, и скоро стали различимы здоровенные мужики с крыльями и вытянутыми вперед удлиненными губами.

— Редкая зараза! — сказал Ортокс. — Не думал, что они так скоро вернутся. После последнего налета прошло всего тридцать лет.

— Соскучились, наверное, — предположил Кащей. — Как вы победили в прошлый раз?

— Мы не победили.

— То есть?

— Они взяли город штурмом и забрали то, что хотели. Вон, видишь того типа, что подходит к воротам? Он вожак. Сейчас предъявит свои требования и если мы не выполним их до вечера, то опять разрушит город.

— И вы им позволили?

— У нас не было выхода.

— Но ты же колдун! — воскликнул Кащей.

— Я не был самым главным, — сквозь зубы процедил Ортокс. — И не мог действовать через голову своего повелителя.

— А он что, зевал?

— Не знаю.

— Наверное, имел долю прибыли, — предположил Кашей. — Разумно?

— Не исключено. Слушай, раз ты такой храбрый, выйди и поговори с ними.

— И пойду! Запросто. А что мне будет за спасение города?

— Там видно будет.

— А конкретнее?

— Сам придумай. Только не выкаблучивайся. Видали мы таких!

— Рад, что ты уверен в моей победе!

Кащей помахал рукой парламентерам и спустился со стены. Мост через ров быстро опустили и так же быстро подняли за его спиной.

Старый вожак подошел и остановился, глядя, как мост встает торчком. Кащей сказал:

— Ну вот теперь мы на равных. Выкладывай: с чем пожаловал в наш славный городок? Сам знаешь, без подарков ты не гость, а так, собака приблудная. В наше время иначе никак.

У вожака отвисла челюсть. Парламентер с белым флагом вообще лишился дара речи.

— Что, забыли подарки дома? — ахнул Кащей. — Так не годится! Немедленно возвращайтесь откуда прибежали, хватайте подарки и бегом обратно. Думаете, я вас буду ждать? Через три часа не вернетесь, буду считать вас жмотами, и в город вы войдете разве что ногами вперед! Не возражать!

— Ты кто такой? — возмущенно просвистел вожак.

— Злобный монстр, черное наследие темных веков, ночной кошмар, дневной ужас, вечерний страх и утренняя жуть! А ты кто такой после всего этого?