Девять граммов на удачу - Вадим Филоненко

— В АТРИ везде воюют… кроме Муторая, конечно, — философски подошел к делу наемник. — А язык не яйца. Отстрелят — и без него проживу.

— Ближе к теме, — потребовал я.

Шальная пуля чиркнула по нашему валуну, срикошетила и булькнула в воду.

— Могильщика надо валить. Срочно, — без обиняков заявил Механик. Ничего себе! Я от него, конечно, многого ожидал, но чтоб такое… А Мех продолжал: — Действуем так, Бедуин. Я отзову Могильщика в сторонку, а ты стреляешь ему в спину…

— Погоди, не части, — притормозил я наемника. — Что ты против него имеешь?

— Ты видал, как он ловко дублей штампует? — вопросом на вопрос ответил Механик.

— И что? Ерш вон вообще молниями пуляет.

— Его валим следующим, — согласился наемник.

— Да? А валка не треснет? Ты эти свои шовинистские штучки брось. Лично я к изгоям отношусь нормально…

— Я тоже, — перебил Механик. — Меня не таращит от того, сколько у них рук или ног. Никогда шовинистом не был. Как и ты, считаю, что изгои — нормальные люди. Но Могильщик и Ерш — особый случай. Если сейчас мы не завалим их, чуть позже они ликвидируют вас.

— Нас? Это кого же? А лично вы к «нам» не относитесь?

— Нет. «Вы» — это егеря. Ну и твой дружок Кочкин, конечно.

— А ты и Таран?

— Мы по другую сторону баррикад, — криво ухмыльнулся наемник. — Слушай по порядку, Бедуин. Еще в Ванаваре, перед самым выходом на маршрут, Будда и Петрович собрали нас четверых вместе — меня, Тарана, Могильщика и Ерша и очень четко сформулировали задачу.

— Конкретнее.

— Как только найдем базу чужаков, нам приказано ликвидировать всех егерей.

— А следопытов?

— Только Шебая. Юрун не трогать. Могильщик поставлен ее оберегать. Будда так и сказал ему: мол, пока ты жив, чтоб ни один волосок с ее головы не упал.

— Ага…

— Кстати, поломка связи — дело рук Ерша. Он умеет не только молниями стрелять, но и создавать около себя мощное поле, так что все электронные приборы враз перегорают. Ерш подходил к каждому из группы и точил с ним лясы. А сам потихоньку диверсантил — рации ломал. Поле-то меняется незаметно для человека.

— Это понятно… Значит, у вас четверых рации до сих пор работают?

— Нет. Ерш и их потом того. Чтоб подозрений избежать.

— Разумно, — согласился я. Теперь понятно, как Меху удалось переговорить с кем-то, когда рации уже якобы были сломаны. — А Таран в курсе, что ты мне тут душу изливаешь?

— Нет. Он всерьез собирается выполнить приказ Петровича. Кстати, сигналом к началу ликвидации должен стать его выстрел в Потапа. Могильщик тут же валит тебя. А мы с Ершом добиваем остальных.

— А Крылан?

— Что Крылан? — растерялся Механик.

— Он в игре?

— Не знаю.

Мне показалось, что тут наемник соврал. Ладно, оставим пока эту тему, перейдем к следующей…

— Мех, а после вашего общего совещания с изгоями — не отозвал ли Петрович тебя с Тараном в сторонку и не шепнул ли вам еще кое-что?

— Шепнул, — не стал темнить наемник. — Как только с егерями будет покончено, мы с Борей валим Могильщика и Ерша. Причем я уверен, что Будда отдал им точно такой же приказ насчет нас.

Теперь расклад более-менее понятен. Эта база чужаков настолько важна, что ни Петрович, ни Будда не хотят делить ее ни с кем. Для того и вырубили связь, чтобы скрыть заключительную часть маршрута от официальных властей Ванавары… а заодно и друг от друга. Не доверяют партнеру, суки.

Вот это я называю сотрудничеством в духе АТРИ: до поры до времени сражаются вместе, а потом стреляют друг другу в спины. Типа, кто выживет на финише, тому и приз. Вполне привычно, знакомо и уже давно не вызывает у меня возмущения.

Странно другое. Если Петрович хотел скрыть от всех местоположение базы чужаков, зачем сформировал для их преследования такую большую группу? Почему не отправил по-тихому только своих ребят?

Хотя, если поразмыслить, без егерей не обойтись. Ведь нефтеперерабатывающий завод принадлежал не только Петровичу, но и администрации Ванавары. Естественно, мэр захотел разобраться, кто портит его имущество. И естественно, подписал на это дело егерей. Так что у Петровича был выбор: послать свою отдельную группу и толкаться на маршруте жопами с егерями — или объединиться до поры до времени, а потом ликвидировать конкурента. Хитрый лис Петрович, разумеется, предпочел второй вариант.

Да, объединение людей Петровича и егерей понятно, но при чем здесь Будда? Он-то как умудрился вписаться в тему, которая его никаким боком не касается? В нефтеперерабатывающем заводе у него доли нет. Да и вообще, какое ему дело до чужаков?..

— Мех, а ты случайно не в курсах, какая нелегкая привела в наши дружные ряды славных бойцов Будды?

Наемник замялся. Пришлось помочь ему принять верное решение:

— Колись давай. Иначе сейчас вернусь в пещерку да озвучу всем заинтересованным сторонам твое мелкое стукачество. Могильщик скажет тебе огро-о-омное спасибо. А Таран еще и от себя добавит.

— Вот только давай без шантажа, — поморщился наемник. — Сам знаю, что назад для меня пути нет. Так что расслабься. Я сейчас на вашей с Потапом стороне. Можно сказать, ваш преданный пес. Гав-гав.

— Кстати, а почему?

— Могильщик. Из-за него. Я понял, что нам с Борей вдвоем всех его дублей ни в жисть не одолеть. Так что положит он нас рядом с вами. Устроит братскую могилу. А в мои планы такое ну никак не входит.

— Ничуть не сомневаюсь, — хмыкнул я. — Но вернемся к Будде. И не надейся, что я забыл свой вопрос. Так почему изгои в игре?

— Из-за Юрун.

— А поподробнее?

— Юля — дочь Будды.

Не скажу, что меня порадовало такое родство, но и удивления эта новость не вызвала. В глубине души я ожидал чего-то подобного.

— Пусть так. И что с того?

— Она — единственный следопыт из всех, кто может выследить чужаков, — пояснил Мех.

— Почему?

— Видишь ли, Юля видит некую нить…

— Знаю, — перебил я. — И все равно не понимаю. Есть отличные следопыты, которые могут запросто пройти по следу, даже не видя никакой нити. Так почему Юрун?

— Ну, я не знаю, как тебе объяснить, — вспылил наемник. — Просто прими как факт, что без Юрун базу чужаков не найти. Поэтому Петрович хотел нанять Юлю. Но она отказалась. Наотрез. Тогда пришлось действовать через Будду. Я не знаю, что пообещал ему Петрович, может, долю в «Ошарском», но Будда согласился отправить свою дочь на маршрут. Правда, за это выторговал право включить в отряд двух изгоев.

Кое-что стало ясно. Но недомолвок и вопросов осталось куда больше, чем ответов.