Невеста чудовища - Екатерина Кариди

 Три всадника поднимались по горной дороге от отрогов в сторону главного хребта. Солнечный день. Жара. Грифы над головой.

Самый молодой из троих, однако и самый суровый на вид мужчина в легких походных доспехах, скосился на грифа, зависшего по левую руку, сплюнул сквозь зубы и вполголоса процедил:

— Сгинь, птичка, или твои перышки пойдут на украшение моего шлема.

Другой мужчина, тоже, несомненно, мужественный, но выглядевший немного старше и утонченнее, в нем угадывался скорее не воин, а философ, проговорил, не без ехидства:

— Тигард, вряд ли они почтут за честь украсить своими перьями чей-то шлем, пусть это даже шлем великого героя, самого победителя…

— Еще одно слово, господин Солгар, и я припомню все ваши грязные секреты, — парировал Тигард, приосанившись и уперев одну руку в бок.

— Это какие еще грязные? — возмущенно воззрился на него Солгар, невольно оборачиваясь за поддержкой к третьему лицу.

Третий всадник, наставник Лесарт, сухощавый беловолосый мужчина неопределенного возраста (по виду невозможно было догадаться, сорок лет ему или все триста пятьдесят), невозмутимо смотрел в другую сторону, словно происходящее вокруг его не касалось.

И вдруг птицы как по команде исчезли. А Лесарт, вытянув правую руку, указал на белесую скалу, видневшуюся вдалеке:

— Вот он.

На скале стоял мужчина. Издалека его высокая стройная фигура казалась маленькой, однако ни у кого не возникло сомнений, кто перед ними. Хозяин этих гор.

Солгар приложил руку ко лбу, согнув ладонь козырьком, а Тигард замахал обеими руками. В ответ на его жест, мужчина прыгнул со скалы вниз, на глазах оборачиваясь великолепным темно-золотым драконом. Все трое замерли, пораженные невероятным зрелищем. Одиннадцать лет прошло с того дня когда они видели его в последний раз. А словно вчера…

— Ну понятно, куда исчезли птички, — пробормотал Тигард, зачарованно глядя на сверкавшие золотом в лучах солнца огромные крылья.

А дракон подлетел ближе, покружился на ними, заложил вираж и очень медленно полетел в одном направлении. Показывал дорогу. И тут уж Солгар с Тигардом сорвались в галоп в странном желании догнать и перегнать огромную тень дракона, а Лесарт только усмехнулся в усы и, выравнивая для молодых глупцов дорогу, поскакал следом.

Несколько непроходимых на вид ущелий, и наконец дорога вывела их к высокому скальному плато. А за ним даже не пещера, а какой-то очень необычный дворец в скалах. Жилище дракона. На площадке перед входом стояла Геста. Почти совсем не изменилась. Рядом крупный мальчишка, похожий на Зэйна, и девочка лет пяти, вылитая Геста. Такая же маленькая, худенькая, золотистая. И голубые глазищи в пол лица. София.

Дракон не приземлился, а покружил над площадкой, отлетел на дальнюю скалу и сел. Словно изваяние, устремленное в пространство.

А там были радость встречи, слезы и объятия. Потом Геста потащила всех в дом. За стол, кормить с дороги, все не могла успокоиться, смеялась и плакала. Столько лет не виделись.

Наконец Лесарт проговорил, с удовольствием оглядывая детей:

— Я смотрю, вы времени даром не теряли.

— Мы? — лукаво засмеялась Геста, блестя невозможно голубыми глазами. — А вы? Расскажите, что было у вас? И почему не приходили так долго?

Мужчины как-то враз посерьезнели.

— Потому что в мире была война, девочка, — просто сказал Лесарт.

За это время отгремела даже не одна, а несколько войн, в которых они сражались бок о бок. Лесарт смог отстоять наследие племянника и при этом умудрился даже сохранить инкогнито. Тигард стал прославленным героем, а Солгар дальновидным правителем и сильным союзником, ибо считал, что, помимо личной дружбы, Белор в бывшем Гелсартовом царстве имеет неплохие инвестиции. К тому же его занятия драконологией… Но об этом позже.

Когда рассказ был окончен, Лесарт многозначительно взглянул на Гесту и проговорил:

— Истинным наследникам настала пора возвращаться.

Она ненадолго застыла, глядя через широкий арочный проем на видневшегося вдалеке дракона. Потом сказала, подавляя беспокойство:

— Вы не понимаете. Наш дом здесь… Нет. Нет.

Словно почувствовав ее состояние, дракон немедленно сорвался с места и подлетел к площадке. Через несколько секунд Зэйн уже был внутри. Подошел к жене, обнимая ее за плечи, а она доверчиво к нему прижалась.

— Рад видеть вас в своем доме, — сказал он и поклонился каждому.

— Зэйн, тебе пора возвращаться. Царство ждет, — проговорил Лесарт.

Он нахмурился и весь собрался, так, будто дядя принес неприятную новость. Взглянул на Гесту, настороженно замершую в его руках. Немой разговор состоялся между ними, после чего он погладил ее ладонью по щеке и отрицательно качнул головой.

— Нет.

А Лесарт, словно только того и ждал, взглянул на Данияра, сына Зэйна, рослого, развитого не по годам десятилетнего парнишку, и произнес, поднимая вверх указательный палец левой руки:

— Ну что ж, очень хорошо. Значит, царство унаследует сын дракона и девушки с древней кровью Катх.

Все взоры устремились на мальчика, а он в свою очередь уставился на родителей.

— Но он же совсем молод… — охнула Геста.

— Пфффф! — фыркнул Тигард, стукнув себя кулаком в грудь. — У него такой дядя! Я научу тебя сражаться, парень!

— Кхммм! — возразил Солгар. — Мой юный принц, не слушай этого солдафона, дядя Солгар научит тебя правильно мыслить!

Парнишка застыл, разинув рот. Лесарт помалкивал, слушая тех двоих, только брови его как-то двусмысленно топорщились. Глядя на все это Зэйн тихонько усмехнулся, успокаивая взволнованную Гесту:

— Пусть едет. С такими дядьями парню точно ничего не страшно.

На обратном пути Солгару пришлось примириться с тем, что Тигард с боем отвоевал право везти мальчишку. И теперь засорял ему мозги разговорами о сражениях, и тот слушал геройские байки, восторженно блестя глазами. Солгар испытал нечто похожее на ревность и легкую досаду. Зато у него вышла неожиданно интересная беседа с наставником Лесартом.