Охота на ламию - Инесса Иванова

— Какая вы отважная ламия, вила! Но вы слишком устали, бедняжка, — произнёс тот же голос. — Я помогу вам обрести покой.

И перед моими глазами что-то качнулось. Цепочка лунного цвета, на которой повис желтоглазый зрачок Дьявола.

— Ярлонг, — выдохнула я не раздумывая. Больше некому.

Мужчина, присевший рядом со мной на корточки, довольно кивнул. Зрение потихоньку возвращалось. Я видела его светлые волосы, но ещё не могла разглядеть черты лица.

— Ты не похожа на свою подругу. Ты значительно сильнее. Но не сейчас.

Мягкая рука погладила меня по щеке, и я попыталась отшатнуться. Отползти, но Пожиратель уже приковал к себе мой взгляд. Анигер зашипела и попыталась вырваться наружу, однако уже через секунду меня обожгла боль, которую испытывала пантера с бирюзовыми глазами.

Она заскулила, а я, скованная энергией камня, ничем не могла помочь. Внутренним взором видела её трясущееся тело и даже не смогла протянуть руку. Вскоре для Анигер всё было кончено. Пожиратель иссушил её силы и дымом развеял тело. Теперь между ним и мной больше никто не стоял.

Междуглавье 11

Дракон стоял чуть поодаль и нервно озирался. Томасу не нравилось, что Ярлонг вёл с обречённой разговоры. Задумали убить, так нечего и миндальничать. Не то время и место, чтобы расшаркиваться и играть роли несущих смерть, но галантных кавалеров.

— Заканчивай! — поторопил Мага Дракон, коснувшись плеча соратника, продолжавшего сидеть на корточках, чтобы оказаться вровень с девушкой.

Томас присмотрелся к ней: ничего особого. Совсем. Хотя тогда непонятно, откуда у неё взялись силы победить насланное проклятие Древних. Да, они с Ярлонгом чуть помогли в самом конце, но лишь малость.

И вот сейчас, несмотря на раскачивающийся в руках Ярлонга Пожиратель, она снова сопротивлялась. Вяло, с огромными усилиями, которые отражались в её светлых глазах, но такого Дракон раньше не видел. Артефакт всё ярче пылал, пот тёк со лба девушки, она смотрела вовсю на перстень, и продолжала бороться.

«Нужна моя помощь», — подумал Томас. Значит, судьба всё за него решила, и кто он такой, чтобы противиться её выбору?! Удача сама плывёт в руки, нельзя упускать такую возможность.

Дракон как бы невзначай засунул руки в карманы пиджака. Оно было там, его тайное оружие. Боевой артефакт, который в простонародье назывался «слива». Маленький круглый шарик, но стоит бросить его с коротким заклинанием, как, достигнув цели, тот дотла спалит внутренности жертвы дотла, которая даже не успеет что-либо понять.

Томас посмотрел на Ярлонга. Нет, жалости к Магу он не испытывал, скорее гадливость. Даже распластавшаяся змея сейчас не вызывала в нём такого отвращения. И всё же он колебался. Одно дело — задумать пакость, другое — её осуществить.

Томас привык получать приказы и отдавать их, марать руки о слабых, но не о соратников. По крайней мере, не самолично устранять их.

— Да что же такое?! — раздражённо воскликнул Ярлонг, видя, что девушке удалось встать на колени и отползти, придерживая плед, чтобы тот не сполз окончательно. Её белоснежное худое тело было нескладным, как у подростка, но в этой угловатости даже он, любитель женских форм, находил какую-то прелесть.

Сейчас или никогда. Надо решаться! Дракон быстрым движением достал артефакт и крикнув, будто от удивления, чтобы отвлечь внимание Мага, бросил его ламии. Теперь пусть судьба снова решит, кому из них умереть первым.

Ярлонг обернулся и нахмурился. Чего, мол, орёшь, не видишь, делом занят. Но ламия, стоило артефакту оказаться на уровне её глаз, быстро пришла в себя и, отпустив плед, схватила «сливу». Недоверчиво посмотрела на неё, потом перевела взгляд на него, Дракона, как бы не веря в его помощь, но это длилось недолго.

Плед окончательно сполз с худых плеч и обнажил её тело. Дракон поморщился, Ярлонг уже поднял руку, держащую Пожиратель, но было поздно. Для них всех. Ламия, зашипев змеёй, метнула сливу, прокричав два слова боевого заклинания, прямо в грудь Мага. Тот не успел отстраниться.

Дракон видел, как взорвалась «слива», оставив после себя дыру в груди размером с кулак. Даже крови особо не было, но запах! Ох, вонь сожжённого тела не спутать ни с чем другим. На лице Мага застыла бессмысленная улыбка, глаза закрылись сами собой, а потом Ярлонг мягко, будто осенний лист, упал в густую траву.

Но это было ожидаемо и даже не слишком интересно. Теперь бы самое время использовать огненную силу Дракона, здесь, вдали от любого жилья это не запрещено законом. И гарантирует благоприятный исход.

Ламия, исчерпав последние силы, сидела безвольной куклой, поджав под себя ноги. И Томас впервые увидел знак на её бедре. Увидел — и ужаснулся! Казалось, весь его тщательно выстроенный по канонам неумолимой логики мир рушится на глазах. Это не может быть меткой Истинной пары!

«Почему? Это именно она», — равнодушно заметил внутренний голос, и тот скептик, что всё время жил в голове Томаса, тихонько засмеялся, потирая короткие некрасивые ручки. Судьба не могла так поступить с ним, когда Дракон был в одном шаге от полной победы. Больше не осталось никого, кто знал бы его в лицо как Главного в Лиге неравнодушных. Не было больше и самой Лиги.

— И всё равно это тебя не спасёт! — в два шага он отпрыгнул и, срывая одежду, выпустил внутреннего зверя наружу. — Тебе не справиться с огневой мощью Дракона.

«Ей и не нужно, на это есть я», — раздался в голове полный ярости чужой голос. И небо заволокло Тьмой, той самой, что несла с собой шелест перепончатых крыльев и громкий рёв летающих ящеров.

Нежданно-негаданно всё стало очень плохо. Хуже и быть не могло.