Ричард Длинные Руки - вице-принц - Гай Юлий Орловский

— Правда, — сказал он быстро крепнущим голосом, — я только сам недавно узнал, сперва не поверил!

Я, хоть и с трудом, но продолжал смотреть так же спокойно, словно по три раза на день мои телохранители превращаются в монстров и наоборот.

— Чего так?

Он отвел было взгляд в сторону, помедлил.

— Да так… сообщили. Один из моего племени пробегал мимо… Оказывается, я из очень маленького и редкого племени демонов, что разучилось выращивать потомство. И все бы вымерли, если бы не догадались подкидывать новорожденных другим демонам и даже людям. У нас такое свойство, что сразу становимся такими же, как и родители. Меня вот подкинули сеньору Кунингу, он так и не понял, как это у него вместо пяти детей стало шесть, наши как-то умеют задуривать головы. Так что Кунинги вырастили и воспитали меня вместе со своими детьми… Честное слово, сэр Ричард, я сам ничего не знал, это вот полгода назад, когда я был уже в Сен-Мари, один демон, как я уже сказал, сообщил мне, кто я! Но я ему не поверил.

Я поинтересовался:

— И что, к родным возвратиться не захотелось?

Он ответил с обидой и великим чувством оскорбленного достоинства:

— Моя родня здесь, ваше высочество. Моя семья — благородный род Кунингов! А я Зигфрид — младший сын в роду.

Я сказал одобрительно:

— Это верно, я сам кому угодно могу подтвердить. Так что поднимайся, кукушонок, у нас еще много дел.

Донесся быстрый перестук каблучков, Зигфрид не успел подняться на ноги, как вбежала Квиллиона, ахнула, увидел окровавленного Зигфрида.

Я проследил за взглядом ее расширенных глаз и понял, что она обратила в первую очередь внимание на то, что я и не заметил по нашей мужской невнимательности.

Зигфрид поднялся среди кучи ссыпавшегося с него железа почти голый, покрасневший до корней волос.

— Ох…

— Да ладно, — сказал я великодушно, — что вы оба так застеснялись?.. У Зигфрида прекрасная мускулатура, это должно служить оправданием вам обоим… Познакомьтесь, это Зигфрид, а это леди Квиллиона…

Квиллиона слегка присела, растопыривая края платья в стороны, Зигфрид неуклюже поклонился. Щеки Квиллионы полыхают, думаю, не только из-за быстрого бега по лестнице, голову держит склоненной, не решаясь поднять ее и взглянуть ему в лицо, так как с Зигфрида свалились последние клочья одежды.

Он сам тоже застыл, не зная, что делать дальше и как себя вести.

— Квиллиона, — сказал я, — ты знаешь этот замок лучше, отыщи Зигфриду одежду его размера. А потом оба зайдете ко мне, у меня есть для вас обоих работа… А я пошел, пошел, пошел.

И в самом деле тут же удалился, оставив их объясняться, какого именно размера ему одежда подойдет.

Раньше я полагал, что все эти необыкновенные способности у людей, превращающие их когда в монстров, когда в уродов, а когда и в колдунов, — всего лишь мутации после грязных войн. Дескать, большинство мутантов просто вымерли, нежизнеспособных всегда в тысячи раз больше, но немногим все же уцелеть удалось…

Никто, конечно, не мог подсказать мне, что я дурак и не так мыслю, но остальные еще дурнее. Для них все эти возможности либо от Всевышнего, либо от дьявола, что куда чаще, третьего не существует.

Это я вот только сейчас начинаю понимать, что дело не в мутации. Слишком много встречаю, у кого способности превышают обычные житейские, а даже козе известно, что благоприятных мутаций должно быть намного меньше на единицу площади. Или на миллион человеков.

Так что это, скорее, все-таки пробуждение при определенных обстоятельствах латентных способностей. Когда-то люди были настолько могучи, что сейчас и представить невозможно, однако с крахом цивилизации и наступлением каменного века все было потеряно, забыто, утрачено, растоптано. И вот лишь у очень немногих очень редко проклевывается что-то одно, в то время как раньше человек мог, грубо говоря, все, если перевести на наш примитивный язык. И, конечно, недопустимым это считается вполне справедливо, замечу. Несвойственным нынешнему человечеству и стало быть, запретным, то есть у всех должны быть равные стартовые возможности для карьерного роста.