Дарующая крылья - Лёка Лактысева

На следующее утро я примчалась навестить напарника сразу же после завтрака.

Он лежал в отдельной палате. Его нога была закована в лубок и уложена на специальное возвышение. К наследнику императора то и дело заглядывали помощники метрессы, спрашивали, не нужно ли ему чего-нибудь, и это жутко раздражало парня.

Я робко заглянула в дверь:

– К тебе можно, Бен?

Принц словно даже вздрогнул, услышав мой голос, повернул голову, улыбнулся смущенно и неловко:

– Конечно же входи, Нель! Я опасался, что ты не придешь…

– Почему? – захлопала я глазами в недоумении.

– Ну, я вчера наговорил тебе всякого, а сегодня понял, что был не прав. Ты имеешь право следовать своим чувствам, Орнелла. Но я все равно хочу, чтобы ты оставалась моим другом и напарницей. Ты ведь останешься в академии?

– Мы с куратором еще не обсуждали наше будущее, – призналась я. – Но мне показалось, что магистр О'Ринэль не против, чтобы я продолжала учиться здесь, в "КоШМаРе".

– Кошмаром была моя жизнь до академии, – Беньямин грустно усмехнулся, – а здесь у меня наконец-то появились настоящие друзья.

– Но на тебя покушался твой брат!

– И у него ничего не вышло, потому что рядом все время была ты, моя напарница, а еще Лео и Лу. Кстати, ты не знаешь, куда они подевались?

– Знаю. Лежат в соседней палате. Оказывается, Эйнорран и Жисселия поджидали их прямо под дверями нашего дома.

– И как брат и его сообщница справились с ними? – встревожился Бен. – Лео и Лу сильно пострадали?

– Им в лица дунули сонным порошком. Потом Эйнор и Жис быстренько затащили их в дом Эйноррана, раздели, нарядились в их карнавальные костюмы и отправились под видом Леонарда и Луизанны на бал.

– И Лео с Лу все еще спят?

– Метресса Лоул считает, что они проспят еще пару дней, но их жизни ничего не угрожает. – утешила я напарника.

– Как хорошо, что все позади! – Бен протянул мне руку, и я ласково сжала его пальцы. – Давай, Нель, устраивайся рядом… или ты куда-то спешишь?

– Нет, до обеда я свободна. И после обеда, наверное, тоже. У нас ведь каникулы, Бен, ты забыл?

– Ну, вот. Мои первые каникулы, а я лежу в лечебнице, прикованный к койке… – погрустнел Беньямин.

– Зато ты жив. Мы оба живы! И покушений больше не будет, Бен! Ты, наконец, сможешь спокойно учиться!

Напарник улыбнулся, кивнул, а потом снова нахмурился.

Я присела на краешек его постели, положила ладошку ему на грудь.

– Ну, что опять? Почему ты снова помрачнел?! – спросила почти возмущенно.

– Каникулы… ты, наверное, уедешь. Захочешь повидаться со своими родителями, представить им магистра О'Ринэля – настоящего, без личины. Он ведь теперь твой жених.

– Думаю, мы поступим лучше: я попрошу моих дорогих матушку и батюшку приехать на неделю в Вайолант! – внезапно придумала я решение, которое явно могло бы устроить всех. – Зимой у них хлопот по хозяйству особых нет, вот как раз и развеются!

– Мне нравится твоя задумка, напарница! – оживился Бен. – Буду рад увидеться с мистрис и мастером инг Сельтон снова!

В этот же день я сообщила моим дорогим матушке и батюшке, что не смогу приехать к ним в гости, потому что не хочу оставлять прикованного к койке Бена совсем одного. И уже через сутки мои дорогие родители, как я и просила, приехали в Вайолант сами. 

Они поселились в хорошем просторном номере на одном из постоялых дворов поблизости от академии. Это оказалось очень кстати: под их присмотром метресса Лоул разрешила выбираться на прогулки по городу даже Беньямину, так что мы провели немало приятных часов, катаясь по столице, обедая в хороших ресторанах и чаевничая в булочных.

Принц понемногу приходил в себя. Уже через пять дней он ходил, опираясь на трость.

Моего дорогого магистра я почти не видела: он возглавлял комиссию, которая заканчивала расследование по делу о покушениях на наследного принца Труонарда, и был постоянно занят.

Тем не менее, в последний вечер перед отъездом моих родителей обратно в Анттреф Вейл О'Ринэль отложил на потом все свои важные дела и решил провести время со мной и с моей семьей.

Мы посетили вчетвером спектакль, который ставил большой королевский театр, поужинали в ресторане, а потом отправились в гости к матушке и батюшке. Поднялись к ним в номер, в котором имелась и гостиная, и спальня, и там магистр О'Ринэль приступил, наконец, к главному разговору.

– Вы, мастер и мистрис инг Сельтон, наверное, уже знаете от Орнеллы, каким образом нам удалось спасти его высочество Беньямина инг Вайоланта во время последнего покушения, – встав посреди гостиной, заговорил мужчина.

– Да, Орнелла рассказала нам, что это вы, магистр, сумели отыскать детей и вернуть их в академию. Мы бесконечно благодарны вам за это, – ответил мой батюшка. – Но, видимо, из соображений секретности некоторые подробности Нель от нас явно утаила.

– Орнелла – умница, – улыбнулся магистр. – Ей можно доверить любую тайну. Но пришло время посвятить вас во все секреты. Видите ли, мне не удалось бы ничего сделать, будь я обычным магом. Но я – не человек. Ирлинг. И у меня есть крылья.

С этими словами Вейл О'Ринэль снял с шеи амулет личины и предстал перед моими дорогими родителями в своем истинном облике.

Матушка и батюшка ахнули!

Мерайя инг Сельтон прикрыла рукой губы и покачала головой, не находя слов. Стефиан инг Сельтон встал с кресла, обошел стоящего перед ним крылатого мужчину кругом, потом остановился перед магистром и изрек подрагивающим голосом:

– Это… это очень неожиданно. И вы… летаете?

– Теперь – да. – Магистр оглянулся на меня, улыбнулся ласково. – Благодаря Орнелле.

– Ох, как же это?! – не выдержала, заговорила матушка.

Я поспешила подсесть к ней поближе. Позвала отца:

– Батюшка, присядь с нами, пожалуйста.

Отец выполнил мою просьбу.

– Матушка, батюшка! – заговорила я, держа родителей за руки. – Так уж вышло, что я люблю магистра Вейла О'Ринэля! И знаю, что он тоже любит меня!

– Это правда? – Стефиан инг Сельтон поднял на куратора строгий взгляд.

– Да, я люблю вашу дочь, мастер инг Сельтон! – Вейл по-прежнему стоял посреди гостиной, а за его плечами возвышались сложенные темные крылья. – Ее любовь – та сила, которая позволяет моим крыльям поднимать меня в небо.