Хаос времён года - Эль Косимано

Флёр

Дымный туман взволнованно и настойчиво вьется у моих ног. Ключ-карта, который я вытащила из кармана Дуга в душе, выскальзывает из моей руки. Я наклоняюсь, чтобы поднять ее, но из-за сильной дрожи мне требуется еще две попытки, чтобы провести ею над датчиком. Многочисленное подразделение Стражей прорвалось через катакомбы, когда я выбиралась из воздуховода, и грохот их ботинок эхом разносился в стенах соседнего туннеля. Они ищут меня. Громогласный голос Дуга заглушал их переговоры по рациям, подтверждая, что и он тоже там, внизу. Им не потребуется много времени, чтобы уловить мой запах и отследить его до кабинета, принадлежавшего сначала Майклу, потом Лайону. Могу предположить, что теперь здесь обосновался Дуг. Надеюсь, что не совершила ошибку, последовав сюда за дымным туманом.

Я снова подношу ключ-карту к сенсору.

Хоть бы сработало! Хоть бы сработало! Хоть бы сработало!

Замок щелкает и открывается. Дверь скрипит в петлях, когда я врываюсь внутрь. Внезапно помещение заливает свет, и я прижимаюсь спиной к двери, а дымный туман обследует комнату по периметру.

Кабинет пуст, лишь срабатывают датчики движения. Долго сдерживавшая дыхание, я, наконец, с шумом выпускаю воздух из легких.

На огромном письменном столе из железного дерева, между корешками нескольких книг в кожаных переплетах лежит шар.

Магия Геи окрашивает дерево теплым светом. Когда я подхожу к столу, сквозь стекло доносится мягкий гул. Внутри начинают порхать крошечные, похожие на светлячков искры, устремляясь вверх, навстречу моим пальцам, когда я провожу ими по поверхности стола.

Рядом в разбитом горшке лежит растение из покоев Дуга. Его длинные стебли тянутся к свету Геи. Один яркий восковой лист, кажется, за что-то зацепился. Я высвобождаю его и ахаю, вытащив за красную атласную ниточку маленького серебряного ангела.

Я держу потускневшее украшение перед собой на вытянутой руке, и оно вращается, являя сделанную на обратной стороне надпись.

Это мой ангел. Тот, который я оставила в лесу для Джека.

На столе стоит открытый сундучок с елочными украшениями. Всего их двадцать девять… Число, которое мне отлично известно, даже пересчитывать не нужно. Я достаю маленький снежный шар, внутри которого крошечное вишневое дерево с плавающими во взвеси лепестками.

– Как они сюда попали? – прерывисто дыша, бормочу я.

– Я мог бы задать тот же вопрос тебе.

Я поворачиваюсь к двери, сжимая в кулаке снежный шар. Дуг выглядит весьма самодовольным, закрывая за собой дверь и прислоняя посох к стене. Я впервые вижу, как он его носит. Посох именно таков, каким я его запомнила, холодный и сверкающе острый, но со странным черным поясом, повязанным вокруг верхушки.

Дуг подходит ближе, загораживая собой посох и стягивает с рук перчатки.

– Всю ночь потратил на твои поиски.

– Не слишком ли ты преувеличиваешь? Я покинула твои покои всего несколько часов назад.

– Ах, как забавно, – говорит он, качая головой и бросая перчатки на стол. Его волосы слиплись на лбу от пота, на щеке грязная полоска, на ботинках грязь. Струйка засохшей крови стекает по губе. – Здорово ты придумала – использовать выхлопные газы от генераторов, чтобы замаскировать свой запах. – Я сильнее сжимаю снежный шар в ладони, когда он подходит ближе, и отодвигаюсь от стола, но он лишь загоняет меня вглубь кабинета. – Мне просто повезло заметить тебя поднимающейся по задней лестнице на галерею.

– Ты последовал за мной сюда? – Как это возможно? Я вела себя очень осторожно и, идя за дымным туманом, была уверена, что за мной никого нет.

Дуг вырывает снежный шар из моих пальцев, подбрасывает его в воздухе и ловит в ладонь, прежде чем швырнуть в книжную полку. Я вздрагиваю, когда он разбивается, и осколок стекла задевает мне руку.

– Я следил за тобой целый час, ожидая, не появится ли твой дружок. Он устроил адский беспорядок, разыскивая тебя.

Дуг достает из коробки еще одно украшение и еще. Колотя их о стену, он осыпает меня дождем стекла и фарфора.

– Прекрати немедленно! Они принадлежат мне!

Он тянется за следующим украшением. Это первое из тех, что я оставила Джеку.

Я направляю свой разум к растению и проникаю в его корни, отчего листья вздрагивают. Пытаясь распространиться в растении, я с удивлением обнаруживаю, что оно отстраняется от меня. Не как при сопротивлении, а как будто его тянет кто-то другой. Резко дернувшись, растение вырывается из моих мыслей.

Я перевожу взгляд на Дуга.

Его губы изгибаются в улыбке, когда лоза устремляется ко мне. Я сжимаю виски, снова пытаясь проникнуть разумом в растение, и некоторое время мы с Дугом боремся за контроль над ним, кружа вокруг стола, делая мысленные ложные выпады и бросаясь друг на друга. Керамический горшок сотрясается на столе и, наконец, взрывается, засыпая нас осколками и землей. Корни вырываются на свободу, стебли вытягиваются. Разум Дуга захватывает мой, но мои мысли отталкивают его. У меня возникает тошнотворное чувство дежавю, как будто мы уже проделывали это раньше.

Острая боль пронзает мой висок, и я последним мощным толчком выпихиваю разум Дуга из растения, тяжело дыша.

Мое тело отбрасывает назад, и я с силой ударяюсь о ковер, а Дуг врезается в стол.