Хаос времён года - Эль Косимано

Мои мысли возвращаются в тело, и я отшатываюсь к краю стола, прикрывая глаза, когда в ладони Дуга вспыхивает пламя. Он светит им в мою сторону.

– Что ты делаешь в моей голове? – кричит он.

– В твоей голове?

О, Гея, нет! Я распространяю свои мысли, нащупывая место, где заканчивается моя магия и начинается магия Дуга, но разделить их не получается.

– Убирайся! – рявкает он.

– Поверь мне, больше всего на свете я хотела бы оказаться где угодно, только не в ловушке твоего извращенного садистского ума, но не могу. Я застряла. Так что перестань валять дурака и отпусти меня! – Я изо всех сил пытаюсь высвободить свою магию.

Дуг пошатывается и ругается, хлопая себя ладонью по лбу. Мои колени подгибаются, и я камнем падаю на пол. Ощущение такое, будто холодная рука давит мне на голову, не давая поднять ее. Я стою на четвереньках, застывшая, не в силах пошевелиться.

– Что, черт возьми, ты со мной сделала? – рычит он.

– Что я сделала? Это не моя вина. – Сердце у меня колотится, а колени словно приклеились к ковру.

– Это твое сродство! Твоя магия. Ты сама меня научила, помнишь?

– Я никогда не учила тебя этому. Я этого даже сделать не могу! Это не… – Я резко замолкаю, начиная, наконец, понимать. Моя магия оказалась в ловушке внутри Дуга, но те огоньки, что я видела в его голове, были магией Геи. Дуг использует ее, чтобы манипулировать мной. – Ты сам во всем виноват. Это ведь ты забрал магию Геи. Ты единолично завладел слишком большой силой, но не в состоянии ее контролировать. Лайон тоже не мог.

Внезапно лицо Дуга оказывается прямо перед моим, его единственный глаз сверкает безумным огнем.

– Не смей сравнивать меня с ним!

Его магия отталкивает мою, но, как бы сильно я ни тянула назад, моя магия не может вырваться на свободу. Сжимаю рукой толстый осколок стекла и с размаху вонзаю Дугу в ногу. Боль пронзает мое бедро, и мы оба кричим, когда он падает на одно колено передо мной.

Одинаковые красные пятна начинают расплываться на нашей одежде. Стиснув зубы, Дуг выдергивает осколок, и я, задыхаясь, прижимаю руку к ране. Вперив в меня убийственный взгляд, он потирает грудь, пачкая рубашку красным. Нахмурившись, он смотрит на порез на своей ладони, а я сжимаю губы, заметив точно такой же порез у себя.

Я застряла. Прикована к нему нашей магией.

– Все это было частью твоего дурацкого плана, не так ли?

– Я определенно ничего подобного не планировала! Как мне тебя убить, если, раня тебя, я причиняю аналогичную боль и себе тоже?

Лицо Дуга краснеет в теплом свете пламени у него на ладони. Он наклоняется, чтобы поднять опрокинутую лампу, ставит ее на стол и помещает в патрон пламя. Уперев руки в бедра, принимается вышагивать по разрушенной комнате, позабыв о брошенном на полу посохе.

– Мы можем это исправить, – с наигранным спокойствием уверяю я. – Просто перво-наперво нужно выяснить причины возникновения этой связи, а уж потом придумаем, как ее разорвать. Должно быть, это случилось, пока мы боролись. Наши магии и раньше соприкасались, например, когда мы сражались в Куэрнаваке. – В припадке ярости Дуг напал на меня во время битвы. Я призвала корень, чтобы удержать его, и он оттолкнул его. Не руками, а разумом. Поглощенный собственным горем, он, вероятно, даже не осознавал, что использовал магию земли. Я уверена, что тогда связи между нами не возникло, но сейчас почувствовала ее, когда его воля боролась с моей за контроль над растением. – На этот раз мы, должно быть, пересекли какую-то черту. Открыли некий переход от одной магии к другой.

Дуг вышагивает, как тигр в клетке.

– Не припомню, чтобы такое случалось раньше.

Мысленно я перебираю свои годы тренировок.

– Разумы двух Весен действительно способны занимать одно и то же физическое пространство одновременно, но о том, чтобы кто-то застрял так, как мы, мне слышать не доводилось.

Я массирую грудную клетку, гадая, кому из нас принадлежит эта тупая боль. Дуг перестает мерить комнату шагами, и его щеки розовеют от удивления.

– Боль уже не так сильна, как прежде, – говорит он, прислоняясь к стене и с любопытством глядя на меня.

– Как это вообще возможно? Ты должен чувствовать себя хуже. Я видела Лайона после того, как он забрал магию Майкла.

– Я сильнее Лайона, – возражает он, практически выплевывая ненавистное ему имя. – Я был не просто Временем года, но Стражем, обладающим куда большей магией.

– Ты присвоил себе гораздо больше, чем кто-либо способен выдержать, и сейчас по всему должен был бы корчиться в агонии, а находящаяся внутри тебя магия должна царапаться и с боем искать освобождения. Как вообще возможно, что ты завладел и магией Геи тоже?

Я чувствую толчок в своем разуме, как будто Дуг пытается отпихнуть меня. Его взгляд останавливается на осколке разбитого шара. Какая-то эмоция будоражит мои мысли, и мне требуется мгновение, чтобы понять, что она принадлежит не мне, но мелькает в его сознании, настолько молниеносно, что я не успеваю ее схватить. Что это – обида? Ревность? С внезапным потрясением я понимаю, что в состоянии чувствовать Дуга: не только его физическую боль, но и смену настроения.

– Магия Геи, – с горечью говорит он. – Она… стала вести себя по-другому в тот день, когда ты пришла в Центр Управления. Казалось, ее… влечет к тебе.

– И что с того?

– А то, что, может быть, вовсе не я тебя удерживаю.

Я вспоминаю, как свет Геи окружил меня в сознании Дуга. Как он, казалось, цеплялся за меня, когда я пыталась отстраниться от него. Дуг вобрал в себя магию Геи, но мы оба боролись за нее до тех пор, пока он не сделал вдох. Могла ли магия Геи последовать по связывающему нас с Дугом переходу в меня? Могла ли опутать меня и поймать в ловушку внутри разума Дуга? Возможно ли, что именно мое присутствие в его голове поддерживает хрупкое равновесие, позволяя ему справляться с таким количеством магии? И если да, то кому из нас принадлежит контроль?

Вытянув вперед мысли-щупальца, я осторожно касаюсь связывающей нас магии, пытаясь манипулировать ею, но она не реагирует. Дуг вскидывает голову, как будто понимает, что я задумала. Его мысли проскальзывают в новую силу, как замерзшая рука в перчатку. Разум Дуга является сосудом, который, похоже, контролирует и мою магию, и магию Геи.

Он поворачивает голову к двери, от которой доносится тихий стук, и, отвлекшись, ослабляет хватку на моем сознании.

– Оставь нас, – рявкает Дуг.

– Но, сэр, – доносится из-за двери приглушенный голос Ликсу, – вы велели доложить, как только мы что-нибудь найдем.

Меня захлестывает эмоция – не моя собственная, а Дуга. Его разум искрится надеждой, и он рывком открывает дверь.

– Ты нашла око? Где же оно?