Тень моей хозяйки - Мария Фир

Странное дело, я совсем не ощущала дара наставницы. Не представляла, как мы будем упражняться в заклинаниях, если между нами нет никакого контакта. Но на деле всё оказалось гораздо проще. Когда мы пришли на место тренировки и мистресс Блом высказала всё, что она думает о заброшенных строениях и заросших густой крапивой тропинках, учительница просто уселась на скамейку и раскрыла учебник «Начала стихийной магии» для школьников.

— Теперь-то уж тебе придётся отвечать, — злорадно сказала она, перелистывая пожелтевшие страницы. Страшенные ногти царапали ни в чём не повинную бумагу.

— Мы пользовались другой книгой, — робко сказала я, вытаскивая из сумки фолиант в синей обложке, в котором я для удобства оставила разноцветные закладки.

Мистресс Блом прищурилась и коротко хохотнула:

— Ах, эта книга! Она для студентов, тебе она не подходит. Отложи её в сторону.

— Господин Фоули говорит, что я хорошо справляюсь с заданиями, — заупрямилась я.

— Да? Ты не умеешь даже правильно подавать блюда и наливать напитки. Не говоря уже об учтивом поведении. Ума не приложу, какие задания даёт тебе Мартейн, что ему нравится их исполнение. Но я выясню, непременно всё выясню, — заверила меня она. — Если окажется, что советник Магистрата путается с безродной рабыней, придётся в это вмешаться.

Снова она со своими грязными намёками! Я почувствовала, как дар разгорается во мне, обжигает сердце, заставляет кровь бежать по сосудам быстро-быстро. Если поначалу мне хотелось прикинуться неграмотной дурочкой (наконец-то повести себя так, как когда-то советовал магистр Гедрис, мой прежний хозяин), то теперь я думала: а не сотворить ли разрывной огненный шар, чтобы как следует напугать эту противную мистресс?!

Правда, с шаром я вряд ли справлюсь в одиночку. Призвать огонь и сформировать из него сферу, переполненную энергией, не так сложно, куда сложнее удержать всё это под контролем и не спалить окружающие нас сараи и деревья. Хотя — а для чего здесь наставница? Она должна меня контролировать и, в случае чего, произнести контрзаклинание. Искры пламени уже обжигали кончики моих пальцев, настолько мне не терпелось что-нибудь сделать.

— Скажи-ка мне, милочка, определение стихийной магии, — подняв голову от книги, произнесла мистресс Блом.

— Что? — не сразу поняла я.

— Определение. Что такое стихийная магия? Ты знаешь? — ядовито улыбнулась она.

— Конечно! Это работа с энергией природных стихий — воды, огня, земли и воздуха. Дар позволяет волшебникам взаимодействовать с ними, управлять или подчинять своей воле силу первоэлементов.

Напудренное лицо наставницы скукожилось, как жёваная бумага. Уголки ярко-красных губ поползли вниз. «Что, съела? Не ожидала от жалкой рабыни внятного ответа?» — подумала я.

— Всё неправильно! — резко захлопнув учебник, сказала мистресс Блом.

— Почему неправильно? — задохнулась я от возмущения.

— Потому что в учебнике сказано иначе. Ты же не станешь спорить с магистрами, которые составляют учебные пособия? Так вот, определение стихийной магии другое.

— Какое же? — искренне недоумевала я.

— Прочитай и выучи! Сейчас же! — и она ткнула в меня книгой.

Прошлось раскрыть её и отыскать проклятое определение.

— Вслух!

— Стихийная магия — это совокупность приёмов, состоящих из движений и слов, которые позволяют воздействовать на одну или несколько стихий. Стихия есть аспект бытия…

— Достаточно, — оборвала меня наставница. — Достаточно, чтобы понять, что ты ничего не знаешь ни о магии, ни о стихиях, ни об аспектах. Впрочем, тебе эти знания совершенно ни к чему. Никто не назовёт тебя магом прежде, чем ты окончишь Академию, а ты её никогда не окончишь, поскольку туда не принимают невольников. Каким бы влиятельным ни был их покровитель. На сегодня всё.

— Всё? Но как же тренировка… — вырвалось у меня.

— Забудь о практике до тех пор, пока не освоишь начальную теорию. Даю тебе задание — выучить определения из первого параграфа учебника. Через три дня проверю.

Как же мне хотелось запустить в эту отвратительную мистресс чем-нибудь тяжёлым! Я едва сдерживала дар, готовый выплеснуться наружу огнём и молниями. Только ради любимого Мартейна я как-нибудь вытерплю эти встречи с наставницей. Выучу дурацкие определения. Буду делать вид, что вспотела, создавая крошечные искры и снежинки. Не хочу, чтобы у Тейна были из-за меня неприятности в Совете или чтобы он переживал за моё обучение.

Ему и так непросто, совсем непросто.

Я запустила руку в карман и нащупала конверт с брошью госпожи Адрианы. Некромант не упомянул о том, можно ли говорить обо всём этом Мартейну. Но я не могла не сказать — не имела права. Зная, как он тоскует о любимой жене. Зная, чего ему стоит сдерживать рыдания каждый раз, когда он входит в комнату Адрианы или берёт в руки её обручальное кольцо.

Может быть, мне всё же удастся убедить её вернуться?

Закрывшись в своей комнате, я засветила свечи и вытащила оправленный в эльфийское серебро треугольный изумруд. Сегодня же ночью попытаюсь призвать тень Адрианы и поговорить с ней. Сейчас не получится: есть ещё работа по дому, да и Мартейн вскоре вернётся. «И снова будет ужинать с этой крысой», — с досадой подумала я.

Я погладила отполированные грани камня и спрятала брошь под подушку, туда, где хранился мой личный дневник, но спустя минуту передумала и снова убрала драгоценность в карман. Так я чувствовала себя увереннее.

* * *

По столовой, где вопреки обыкновению был приглушён свет и горели только свечи на столе, разливалась приятная музыка. Я с удивлением обнаружила, что гостья завела большую музыкальную шкатулку, стоящую на комоде. При мне ещё никто из обитателей поместья не прикасался к инструменту, который прятался в ларце из красного дерева.

Сама мистресс Блом порхала по комнате в воздушном розовом платье с бокалом в руке, беспрестанно болтая и бросая на Мартейна Фоули долгие взгляды. Она совсем не была похожа на ту грымзу, что учинила допрос прислуге и унижала меня оскорблениями. Настоящая притворщица!

— Ты устал, Тейн? Тебя замучили старые пауки? — ворковала она.

— Я в порядке, — коротко ответил советник и, заметив меня с подносом, спросил: — Как прошли занятия?

— Ах да, — спохватилась учительница и сделала мне знак задержаться. — Сейчас расскажу!

— Вообще-то я спрашивал Эли, — остановив на мне взгляд, пояснил Тейн.

— Всё хорошо, господин, — тихо сказала я. — Мы изучали…

— Всё плохо, — перебила меня мистресс. — Девочка не знакома с теорией и с трудом читает даже учебник для школьников. Её дар очень слаб. Едва ли в крови содержится хотя бы восьмая часть магической крови. Скорее всего — одна шестнадцатая.

— Неужели? А я был уверен, что она чистокровная волшебница! — удивился советник.