Мертвая голова - Амелия Грэмм

– Значит, плохо делал, раз Граф Л приказал мне проверить одержимых еще раз, – сказала Хольда, стараясь освободить руку.

– Так, Холли, даже не пытайся сбежать. Я знаю, что вы с Флинном немножко повздорили.

– Немножко?! – взорвалась Хольда. – Тигмонд, если ты обо всем знаешь, то должен понимать, что я не могу находиться с этим недотепой в одной комнате! – Она резко дернулась назад, но безрезультатно. – А ну, отпусти! Иначе на твоей руке останутся следы моих зубов!

– Холли, радость моя, – проворковал Тигмонд, – поверь, я бы очень хотел, чтобы следы твоих зубов остались не только на моей руке, но сейчас, прости, не до этого. – Он поднял ее на руки и перенес через порог.

– Отпусти меня, пошлая скотина! Немедленно отпусти! – прокричала Хольда, колотя Тигмонда по плечам.

– Именно так я и представлял себе наш медовый месяц, – с мечтательной улыбкой проговорил тот, не обращая внимания на побои.

Тигмонд, держа Хольду на руках, неторопливо прошелся до середины комнаты, а потом бережно опустил ее на диван напротив Флинна.

– Так, слушайте меня внимательно: вы либо должны помириться здесь и сейчас, либо на время забыть об обидах. Потом о них вспомните, когда мы Безумного поймаем, – сказал Тигмонд и сел рядом с Хольдой.

– С каких пор ты раздаешь приказы? – фыркнула Хольда и, скрестив руки на груди, демонстративно отвернулась от Флинна.

– Холли, я не раздаю приказы, я лишь советую, – приподняв брови, ответил Тигмонд. – Если мы будем ссориться, то план поимки Безумного можно и не обсуждать: нас все равно ждет провал. Команда всегда должна быть сплоченной – в этом секрет успеха любой операции. Холли, я взываю к твоему благоразумию, прошу, оставь все обиды. Мы не можем позволить Безумному и дальше бродить по Инферсити и безнаказанно убивать людей. Особенно теперь – когда у нас в рукаве есть такой козырь.

– Какой еще, к черту, козырь? – раздраженно спросила Хольда.

– Вот этот. – Тигмонд направил указательный палец на Флинна.

– Этот твой «козырь» только все портить умеет, – сказала Хольда, кинув на Флинна убийственный взгляд.

– В этот раз все будет по-другому, моя прекрасная Холли. – Тигмонд наклонился к ней и на мгновение носом уткнулся в ее волосы. Хольда в ответ дернулась вбок и отсела от него на расстояние вытянутой руки. – Ладно, так что вы решили? – Он выжидающе посмотрел сначала на Флинна, потом на Хольду.

– Я не хотел причинить тебе боль, Хольда, – начал Флинн. – Честно. Это вышло случайно.

– Мне от этого не легче, – бросила она.

– Я знаю, но позволь мне как-то загладить свою вину.

– Вряд ли у тебя получится.

– А ты дай мне шанс.

– Ну ладно. – Хольда пожала плечами и поудобнее села. – У тебя ровно две минуты.

Флинн до этого момента часто думал, как же ему поступить, что поможет ему стереть обиду Хольды. И когда сегодня в Инферсити ему показалось, что он увидел Кейти в толпе, в его голове возникла одна идея.

– Почему молчишь? Время идет! – поторопила его Хольда.

Флинн собрался с мыслями и опустил руку во внутренний карман куртки.

– Вот. – Он положил на стол синюю заколку-бабочку.

– Ты решил меня задобрить подарком? – Хольда закатила глаза. – Прости, но это не мой стиль. Да и бабочек я не очень люблю.

– Нет, это не подарок, – возразил Флинн. – Это тайна. Моя тайна. Я отдал свою Монету Судьбы Графу Л в обмен на нее.

– Мне это неинтересно, – сказала Хольда, закинув ногу на ногу. – Я, в отличие от тебя, не сую нос в чужие дела.

– Поверь, я бы очень хотел пойти к Графу Л и попросить его вырвать день твоей смерти из моей памяти. – Флинн сейчас говорил совершенно искренне. Он сам не желал помнить об этом жутком дне, который теперь преследовал его в кошмарах. – Но боюсь, что мне больше нечего ему предложить взамен: моя судьба и так в его руках. И совсем недавно он оказал мне одну услугу, поэтому думаю, что сначала Граф Л потребует от меня вернуть долг за нее, и только после этого я смогу попросить его о чем-то еще.

– Ну да, Граф Л не раскидывается услугами направо и налево, мне ли не знать, – согласилась Хольда.

– Поэтому я хочу, чтобы ты узнала мою тайну, и тогда мы будем в расчете.

– То есть ты хочешь расплатиться своей тайной за мою?

– Можешь назвать это и так.

– Уверена, что это не поможет, – отрезала Хольда.

– Попробовать все же стоит, – не отступал Флинн.

Хольда косо глянула на заколку-бабочку, немного подумала и, тяжело вздохнув, нагнулась, чтобы взять ее в руки. Она с равнодушным видом повертела ее перед глазами. Комната наполнилась тишиной, которую иногда прерывал треск кометы, парившей в камине. Ее белый свет отразился от ярко-синих крыльев бабочки, и вскоре Хольда с отсутствующим взглядом замерла.

Флинн понял, что его тайна затянула сознание Хольды внутрь себя, и на поверхность его памяти невольно начали всплывать обрывки воспоминаний, как обломки корабля после шторма.

Он вспомнил, как потерялся в больнице, когда пришел навестить мать, и в одной из палат увидел Кейти. Она читала и смеялась, озаряя все вокруг искренней улыбкой. В тот день между ними завязался разговор, и случайное знакомство переросло в крепкую дружбу. А потом Кейти стало хуже… Перед самой операцией она сказала ему, что не хотела бы просыпаться, если доктора не смогут ей помочь. И он исполнил ее желание: он навеки сохранил ее сон. Но вскоре – по воле судьбы – и сам заснул навсегда. Попав в мир мертвых, Флинн одновременно хотел и боялся встретиться с Кейти, ведь с момента ее смерти его постоянно преследовал самый коварный демон из всех – демон Вины, которого он так и не смог побороть.

Хольда встрепенулась: тайна Флинна отпустила ее.

– Теперь ты знаешь… – прошептал он.

– Знаю, – ответила она и быстро вернула Флинну заколку-бабочку. – Ладно, ради общего дела я притворюсь, что больше не злюсь на тебя.

– Отлично, теперь перейдем к главному, – подал голос Тигмонд. – Обсудим наш безумный план поимки Безумного!

– Почему безумный? – спросил Флинн.

– А ты разве забыл? Все, что касается Безумного, в итоге становится безумным. А значит, и план тоже, – заулыбался Тигмонд и принялся рассказывать Хольде о том, как Флинн нашел гармонику, как впала в истерику Фанабер, услышав ее мелодию, как они смогли вычислить и поймать одержимого.

Хольда внимательно слушала, и ее глаза от удивления становились все больше.

– А еще мне показалось, что сизый туман немного рассеялся, когда я начал играть на гармонике, – добавил Флинн. – Может, поэтому мы с Тигмондом смогли с легкостью преследовать того одержимого? Он раз попытался затеряться в тумане, но у него не получилось.

– Наконец-то! – с горящим взглядом воскликнула Хольда и вскочила на ноги. – Наконец-то я поймаю этого обезумевшего выродка!