Посланник магов - Элспет Купер

— С дороги, черт бы вас побрал! — Свободной рукой он расталкивал собравшихся, но сонные ученики были медлительными и плохо соображали. — Да шевелитесь же вы!

Он разозлился настолько, что потянулся к Песни и отправил вперед иллюзорные файерболы, чтобы расчистить путь. Ученики бросились прочь, вопя от ужаса. Остались только два адепта, которые требовали объяснить, что здесь происходит.

— У меня нет времени стоять и спорить, дайте пройти!

Гэр растолкал их, не слушая жалоб, которые летели ему вслед. Он сбежал по лестнице, вышел в крытую галерею, где ветер стонал между колонн и швырял листья ему в лицо. Осталось немного: мимо входа в тренировочные дворы, налево от перекрестка дорожек, а там уже, будь он благословен, маячил Кловас и что-то тараторил, обращаясь к растрепанному худому Саарону.

Встревоженный целитель направил Гэра в хирургическое отделение.

— Давай его сюда, скорее. — Саарон указал на стол. — Клади на спину.

Достав из ящика скальпель, целитель разрезал тунику и сорочку Дарина, прижал ухо к груди парня, прислушиваясь к дыханию. Потом поискал пульс на шее и запястье и поцокал языком.

— Пульс слабый, ужасно слабый. Подержи его в сидячем положении, пожалуйста.

Гэр обнял Дарина, одной рукой обхватывая за плечи, а другой поддерживая подбородок.

Саарон исчез в диспенсарии и через пару минут вышел, наливая что-то в стакан.

— Давай-ка его напоим.

Маленькой ложкой он влил немного жидкости в рот Дарина.

Гэр учуял запах меда.

— Что это?

— Мед и теплая вода, — ответил Саарон. — У Дарина то, что некоторые называют сахарной болезнью. Если он не будет регулярно есть или слишком долго пробудет без пищи, наступит кома вроде этой. И если быстро не решить проблему, он может даже умереть. Я уже видел такое, особенно с детьми. Они не понимают, что происходит, не могут описать, поэтому симптомы невозможно диагностировать вовремя. — Еще одна ложка жидкости отправилась в рот Дарина. Тот неуверенно и слабо сглотнул. — Как давно ты его нашел?

— Пару минут назад. Он распластался на столе. Я думал, что он просто уснул за работой, но не смог его разбудить. Потом я поискал еду в его комнате, но ничего не обнаружил.

— Быстро соображаешь. Ты Гэр, так ведь? Танит рассказывала мне о тебе. — Саарон приподнял веки Дарина, оценивая состояние зрачков. — Как твоя голова?

— Уже в порядке, спасибо. С ним все будет хорошо?

— Насколько я могу судить, да. И могу добавить, что большей частью это благодаря быстроте твоих действий. — Саарон отставил стакан и почесал затылок. Его волосы цвета железной стружки торчали во все стороны, словно он до сих пор не знал о том, что в мире давно изобрели расчески. — Дарин все время должен был носить в кармане коробочку со сладостями, пастилу или что-нибудь в этом роде, чтобы сразу съесть, когда почувствует себя нехорошо. Он, наверное, потерял ее — этот белистанец такой разиня, что я удивляюсь, как он еще не забыл свое имя. Ты поможешь мне перенести его туда?

Целитель махнул рукой в направлении двери, ведущей в палату.

Вместе они внесли Дарина в чистую выбеленную комнату. Длинные ряды кроватей стояли вдоль стен, между ними были натянуты занавески, которые можно было задернуть, если пациент нуждался в уединении. Саарон шел первым.

Они дошли до конца зала, туда, где начинались отдельные палаты для пациентов, нуждавшихся в полном покое. Койка была уже готова, покрывало с нее сдернуто, и через несколько секунд Дарин был уложен и укутан.

— Я посажу одного из адептов присматривать за ним, пока он не очнется, — сказал Саарон. — Будем внимательно следить за его состоянием. Дарину уже очень давно не было настолько плохо. Завтра я сообщу тебе, как у него дела.

Гэр отправился обратно к себе, Кловас буквально наступал ему на пятки. Толчеи в коридорах уже не было, большинство учеников вернулись в свои комнаты, но некоторые остались, прислонившись к стене, — дожидаться нарушителей спокойствия и поглядывать на двух оскорбленных адептов, которые жаловались мастеру Барину. Когда Гэр приблизился, возмущенные голоса зазвучали еще громче.

Барин подозвал его, но Гэр подождал, пока Кловас не скроется в своей комнате, и только потом подошел к мастеру.

— Гэр, ты действительно бросал файерболы в этих двоих? — спросил Барин глубоким мягким голосом.

— Да. — Это была правда, и Гэр не собирался ее отрицать. — Дарин потерял сознание, я спешил отнести его в лазарет. Эти двое мешали мне, не давали пройти.

Губы Барина дрогнули.

— Понятно. Благодарю, господа, — сказал он адептам. — Можете возвращаться в свои комнаты. Я сам разберусь с этим делом.

Адепты пытались протестовать, но мастер поднял руку, призывая к тишине. Высокомерно одернув мантии, оба адепта задрали носы и прошествовали прочь по коридору.

Барин вздохнул.

— У тебя такое хобби — заводить себе новых врагов? Сначала Арлин, теперь эти двое.

Гэр второй раз за вечер изумленно моргнул.

— Откуда вы знаете об Арлине?

— Неужели ты думал, что мастера не общаются между собой? Всему Капитулу известно, что Арлин попытался проломить тебе череп, а ты сломал ему ребра. Уверен, уже заключают пари на то, кто из вас кого прикончит первым. — Барин снова вздохнул. — Гэр, ты можешь не задумываясь совершать вещи, на которые адепты вроде Маарна неспособны и после недели тренировок под присмотром. Теперь я знаю, что ты делаешь это не для того, чтобы похвастаться своими талантами. Но тебе стоит запомнить, что некоторые люди не любят тебя именно за это.

— Например, Арлин?

— Да, — кивнул Барин. — Он сам чрезвычайно одарен, и он хороший мечник, лучший из тех, что у нас были, пока ты не наступил ему на хвост со своими тренировками из Сювейона. Кроме того, твой дар сильнее. Я уверен, что тебе не нужно объяснять, к чему это может привести.

Гэр отлично понимал, о чем говорит темноволосый мастер. В последний раз, когда он уходил на тренировочную площадку перед завтраком, кто-то насыпал соли в его кружку с водой. Прежде в воду наливали уксус. Доказательств у Гэра не было, но он был уверен, что именно Арлин в ответе за это, хотя они и не обменялись ни словом после поединка.

— К сожалению, Арлин из тех людей, которые не прощают другим удачи, — продолжал мастер. — Он не успокоится, пока не превзойдет тебя. Я предложил бы тебе поддаться, сделать вид, что он лучший мечник, но ты леанец, и твоя гордость тебе этого не позволит.

Они дошли до комнаты Гэра и остановились у двери. Барин положил руку ему на плечо.

— Будь осторожен, Гэр, — предупредил он. — Есть люди, которые всегда будут завидовать твоим талантам, люди, которые будут ненавидеть тебя, хотя ты ни в чем перед ними не виноват. И эти люди могут устраивать тебе пакости, могут и будут, потому что привыкли быть в центре внимания, а ты отнимаешь у них эту привилегию самим фактом своего существования. Запомни это.