Помощники Ночи - Глен Кук

Занятные времена. Два могущественных человека. И оба хотят стать владыками мира, королями королей. Сынам ал-Прамы это только на руку – пока один из них не покорит другого. Пока они сражались, такие как Индал ал-Сул Халаладин и Гордимер Лев вполне могли отчистить Святые Земли от военных городов.

Это приведет к противостоянию между Кайфаэтами Кваср ал-Зедом и ал-Минфетом. И, конечно, вызовет нездоровый интерес у императоров Руна. Свою выгоду не преминут получить Тистим Золотой и Хи'н-тай Это. К дальним рубежам Шаргалисеанской империи подкрадывалась смерть.

Одного из советников Иоанна Элс не знал. Он пристально изучал его. Несмотря на видимую заинтересованность, он, вероятно, находился здесь всего-навсего в качестве украшения.

Элспет опять разглядывала Элса. Ее увлечение было чересчур явным, и он заподозрил, что девушку этому в качестве отвлекающего маневра научил Фэррис Рэнфроу.

Внезапное прикосновение Горта напугало Элса.

– Очнись! Мы уходим.

Что? Неужели его все-таки сбили с толку?

Видимо, так оно и было. Принципат остался недоволен.

Бронте Донето переселили в покои на пятом этаже Туманного Дворца. Но он по-прежнему находился под арестом. Ему предоставили трех слуг. Однако все они докладывали о происходящем Фэррису Рэнфроу. Донето позволили оставить при себе Пинкуса Горта и Элса в качестве телохранителей. Впрочем, у них не было никакого оружия. Всем троим запрещалось покидать покои. Исключение составляли приходские службы в небольшой часовенке. Однако со дня засады сюда приходили одни и те же люди.

Из тех, кто пришел в Племенцу с Донето, девять поступили на службу к императору Грааля. Двое пали жертвой болезни. Кроме Горта, Элса, Бо и Джо, лишь трое предпочли остаться с принципатом. Один, Гитто Боратто, Вангелин, скорее всего, выполнял обязанности шпиона. А остальные входили в личную охрану Донето и были единственными, кто уцелел из ее первоначального состава.

Патриарх продолжал медлить. Его нежелание платить переходило все границы. Первостепенные церковные задачи оставались нерешенными из-за проволочек в Коллегиуме.

– Вставай, Пайп! – заорал Горт однажды утром задолго до того, как Элс и принципат заключили между собой соглашение. – Мы уезжаем. Наконец-то пришли деньги за наш выкуп.

– Неужели?

– Так оно и есть. Он сам мне сказал.

Они великолепно провели время. На дворе стояла весна.

– По крайней мере, зимой нам не пришлось мерзнуть, – проворчал Элс.

Горт усмехнулся. Он прекрасно понимал, что Элс уже устал от Донето, а еще больше от самого Пинкуса.

– В конце концов тебе не придется меня душить, – предсказал Горт.

Элс подумал, что несмотря на все свои жалобы на тех, кого Горт когда-либо знал, он смог бы и дальше терпеть вынужденное сосуществование с презираемыми им людьми.

– Может быть. Впрочем, рано радуешься. Что вообще случилось? С чего вдруг такой неожиданный поворот?

– Пираты.

– Неужели? Хочешь, я тебе сейчас голову размозжу? Что за бред?

– Я серьезно. Не знаю почему, но повсюду пираты. Они бесчинствуют на обоих побережьях. Наверняка, этому есть объяснение. Однако мне известно лишь то, что флибустьеры нападают на владения Церкви и Бенедокто.

Кальцирские праманы издревле промышляли пиратством. В давние времена заниматься морским грабежом было куда выгоднее, чем любой другой мирской работой. Жестокие купцы не прощали пиратов, как это делали мягкотелые герцоги и короли. Те, кого посылали уничтожать деревни и бухты морских разбойников, славились своей безжалостностью, кровожадностью и исполнительностью.

– Они же не настолько глупы? Как думаешь? – только и вымолвил Элс.

– А я почем знаю? Мне лишь известно, что нас освободили. Если тебя интересует нечто большее, иди и поговори с принципатом. А лучше с Патриархом, когда увидишь его. Или с этими сумасшедшими кальциранами.

– Ладно, ладно. Просто меня поражает бесконечная глупость людей. – Как могли кальциране столь пренебрежительно относиться к действительности? Великий только и поджидает удобного случая, дабы объявить новый поход. Неужели они полагают, что Сонса и Апарион не обратят на их действия внимания? Черт! Может, так оно и есть. Из-за восстания девов, спровоцированного воинствующим братством и подстрекателями Патриарха, республики были вынуждены увести войска с территорий не подвластных им земель.

– Не знаешь, где именно произошли нападения? Пострадали лишь земли Патриарха? – не унимался Элс.

– Пайп, я не вхожу ни в один совет. Мне приказали разбудить тебя и подготовиться к отправлению. Кстати, лошадей нам не вернут, поэтому пойдем пешком. Так что если ты не против, пошевеливайся. А я пойду сообщу новость Стальным Мускулам и остальным ребятам.

Жалкий маленький отряд покидал Племенцу. Безымянный браункнехтский капитан проводил их взглядом до ворот, словно желал убедиться, что они действительно уходят.

Их осталось семеро. Принципат, Элс и Горт. Бо Биогна и Просто Простой Джо. Еще Берго Делмареал и Гаджо Тифт. Гитто Боратто, шпион, который должен был войти в свиту принципата, приболел и не смог отправиться в путь. В день, когда пришли деньги за выкуп, его свалили рези в животе. Бо считал, что все проблемы Боратто возникли из-за его обжорства. В качестве награды за свои услуги вангелин получал разнообразные лакомства.

На Делмареала и Тифта можно было положиться. Первого выслали из маленького королевства в Диреции. Он попал в Наваю почти сразу, как Питер стал королем. Делмареал не собирался возвращаться домой.

Гаджо Тифт родился в Кройцате, в крошечной области на Кревелдийском побережье узкого Виерского моря, что на востоке Фиралдии. История его жизни изобиловала событиями. Чего только не натворишь по глупости да из-за чрезмерной горячности.

Тифт не обладал особым умом, а потому не мог быть агентом рунов, хотя Кройцат и вся Кревелдия относились к Восточной империи.

Впрочем, это не так уж и важно. Берега моря Прародительницы кишели странниками, которые и сами не понимали, как оказывались вдали от дома и родных.

Они выживали лишь благодаря тому, что вступали в ряды какой-нибудь армии.

Таких, как Бронте Донето, было хоть отбавляй.

Принципат, находившийся в добром здравии, торопился попасть домой. Он двигался так быстро, как позволял Стальные Мускулы. Мул, в свою очередь, старался побыстрее покинуть Племенцу.

Пинкус Горт начал брюзжать, не успело и полдня пройти.

– Да уж нечего сказать, хорошо мы форму поддерживали. Теперь вот страдаем. – Вместе с Элсом лишь несколько узников занимались физическими упражнениями. Пинкус Горт в их число не входил.

Даже принципат шел пешком.