Башня. Новый Ковчег 5 - Евгения Букреева

И вот теперь акценты сместились. А что если Бублик не наврал, упомянув Никиного отца, что если это правда? И полковник — другой полковник?

Конечно, это звучало абсурдно. Как Павел, запертый на АЭС, умудрился организовать похищение своей дочери? Или его люди в Башне всё-таки есть? Полковник… что за полковник?

Владимир Иванович велел.

Сочетание имени и отчества казалось Олегу до боли знакомым. Где-то он уже слышал их, причём слышал совсем недавно. Внезапно в голове щёлкнуло, и Мельников, который опять приблизился к кровати, резко сел на неё, нервно вцепившись в покрывало обеими руками, забыв, что дал себе слово ничего тут не трогать.

Ну, конечно. В тот день, когда произошёл переворот, в больнице у Анны, в её кабинете, где они с Величко, Савельевым и Литвиновым решали, как им быть дальше. Вот тогда-то Савельев и произнёс это имя. Владимир Иванович. Полковник Долинин. Человек, которому была поручена охрана АЭС. Выходит, майор Бублик сказал Нике правду, когда говорил, что у полковника всё готово, и упомянул Никиного отца. Но почему Долинин тут, а не на АЭС — он должен был сопровождать Павла. Ему удалось вырваться? Но как? Как, чёрт возьми?

Дверь открылась неожиданно — поглощённый своими мыслями, Мельников не услышал звука шагов. В проёме возникла массивная фигура. Лица вошедшего Олег не видел, свет, ударивший из коридора, на миг ослепил его. Мельников часто заморгал, а человек тем временем зашёл в комнату и, не доходя до Олега нескольких шагов, остановился. Он был не один. У дверей застыли ещё двое.

Глаза Олега тем временем попривыкли к бьющему из коридора свету, и он уже явственно различал лицо мужчины, широкое, спокойное, с высокими резкими скулами и тяжёлым подбородком — незнакомое лицо. Человек был в штатском, но тёмно-серый пиджак, надетый на чёрную, с глухим воротом водолазку, упорно навевал мысли о военном кителе. Непонятно, были ли тому виной думы, что теснились в голове Мельникова, или крой одежды, которую предпочитал вошедший, или какая-то стать, осанка и уверенность, граничащая с самоуверенностью, что свойственна многим военным.

Мельников вдруг понял, на кого похож этот человек. На генерала Ледовского. Хотя общего между ними было немного: генерал был высок и сух, а этот среднего роста, с крепкой, медвежьей фигурой — и всё же они были сделаны из одного теста, одного крутого замеса.

— Здравствуйте, Олег Станиславович, — произнёс вошедший.

Олег, вдруг осознав, что он всё ещё сидит, нервно вцепившись пальцами в покрывало, вскочил, но был тут же остановлен уверенным коротким жестом.

— Я бы попросил вас, Олег Станиславович, оставаться на месте.

В словах послышалась лёгкая угроза, и Мельников послушно опустился на кровать.

— Если я правильно понимаю, — голос Олега подрагивал, и он сам себя ненавидел за это дребезжание, но успокоится не получалось. — Если я правильно понимаю, вы — полковник Долинин?

— Совершенно верно, полковник Долинин, — спокойно подтвердил мужчина, и в этом спокойствии и в том, что полковник не счёл своим долгом оставаться перед ним инкогнито, тоже было мало утешительного. А если ещё учесть тот факт, что его привели сюда против воли, с применением силы, не удосужившись нужным ничего объяснить, прогноз вырисовывался совсем нерадостным. Олег это понял, нервно скривился, но тут же ринулся в бой.

— Полковник, я не знаю, как вы выбрались с АЭС, потому что насколько мне известно, вы должны были сопровождать туда Савельева, но это сейчас неважно. Важно — другое. У меня есть информация для Павла Григорьевича, и я знаю, как её передать. Сегодня в семь будет отправка врачей на АЭС. Бригада уже сформирована. В шесть часов я собирался встретиться на двухсотом этаже со своим человеком, он должен доставить письмо для Савельева. Если поторопиться, то ещё можно успеть…

— Не частите, Олег Станиславович, — прервал его полковник. — Лично нам ни о какой отправке медиков на АЭС неизвестно.

— Но… — начал Олег и не договорил, Долинин перебил его.

— У нас к вам несколько вопросов, и я настоятельно рекомендую вам ответить на них честно и максимально подробно. Во-первых, кто вам сообщил о том, что мы готовим похищение Ники Савельевой?

— Да никто мне не сообщал! Полковник, надо передать Савельеву письмо, у нас мало времени…

— Ну у вас его, допустим, действительно теперь немного, — жёстко усмехнулся Долинин. — Так что не суетитесь и давайте по порядку. Откуда вы узнали о похищении? Кто вам рассказал? Быстро, Олег Станиславович. Не вынуждайте меня на…

Долинин не договорил, но двое, дежуривших у дверей, заметно напряглись. Мельников почувствовал, как по спине неприятной, холодной струйкой потёк пот.

— Владимир Иванович, — Олег сглотнул. — Я говорю правду. Я оказался в квартире Савельевых случайно. Ники уже там не было. Там вообще никого не было, кроме майора Бублика. Я догадался, что что-то произошло, и девочка убежала.

— Догадались, вот как, — опять усмехнулся полковник. — Догадливый вы какой, Олег Станиславович. И расторопный. Всем бы такую расторопность.

— Вы о чём? — не понял Мельников. — Я же вам говорю, это случайно. Но теперь Ника в безопасности, в относительной, конечно. Но надо успеть передать письмо моему человеку. Для Савельева. Надо сообщить Павлу Григорьевичу, что его дочь в надёжном месте, но главное — рассказать о готовящихся планах Ставицкого, об его проектах. Вы не понимаете, это просто чудовищно, то, что он задумал, это…

— Кто вам слил информацию о подполье?

— О подполье? О каком… ах, о вашем… Да нет, полковник, я вообще ничего о вас не знал. Не знал, что вы тут, иначе я бы связался с вами в первую очередь.

— Да ну? — недобро прищурился Долинин. — Прям-таки в первую очередь? Сразу после того, как сдали Ставицкому Савельева с потрохами?

— Я…

— Вы, Олег Станиславович.

— Я могу всё объяснить.

— Внимательно вас слушаю. Потрудись, пожалуйста. И в том числе расскажите-ка нам, почему Величко арестован, а вы сидите в кресле министра в новом правительстве?

В голосе полковника отчётливо звучал лёд, и Олег с