Ричард Длинные Руки - монарх - Гай Юлий Орловский

Я наполнил кружки снова, на этот раз и отец Леклерк выпил, а послушник не шевельнулся. Когда они поднялись и вежливо попрощались, он не сдвинулся с места.

Я проводил друзей до порога, закрыл за ними и задвинул засов. Послушник помалкивал, во взгляде появилась настороженность, а когда я повернулся к нему, беспокойно заерзал по лавке.

— Ну, — потребовал я, — рассказывай.

— Что? — спросил он, вставая. — Ладно, я пойду…

Я толкнул ею обратно на лавку.

— Ты же не зря пришел?.. Что тебя так заинтересовало в рассказах обо мне?

Он пробурчал:

— Да так… просто. Вы очень удачливый человек.

— А если это не удача, — спросил я, — тебя же это заинтересовало?

Он поднял голову, взгляд исподлобья показался мне очень недобрым.

— Удача, — повторил он. — Только удача. Почему, подумал я, других удача обходит, а вам все в руки валится. Почему вы находите даже там, где другие ничего не замечают.

— Даже так? — переспросил я. — Как-то даже не думал… А что, это в самом деле так? Это же здорово. Не хочется думать, что я какой-то особенный, ненавижу эти мечты ленивых идиотов о некой избранности, однако же…

Он сказал чуть смелее:

— А если это не избранность?

— А что?

Он пожал узкими плечиками.

— Не знаю. Но мне кажется, вы неправильно оцениваете последствия прилета Маркуса. Разве он уничтожает все на поверхности земли?

— Еще и перепахивает на большую глубину, — сказал я. — На очень большую.

Он посмотрел на меня исподлобья.

— Да? А я где-то читал или слышал, что вскоре после его отбытия… в каком-то королевстве были выстроены огромные храмы и дворцы, которые немыслимы для диких людей, и что у них были какие-то огромные повозки, что двигались даже по воздуху…

Он осекся и взглянул настороженно и даже с опаской. Мое сердце заколотилось чаще, но я ничем не выдал своего интереса, сказал равнодушным и даже как бы немного разочарованным голосом:

— Ничего у них не было. Все те штуки самозарождаются на огромной глубине, куда разрушительная сила Маркуса не достанет. И поднимаются через толщу земли на поверхность.

Он вздрогнул, посмотрел широко распахнутыми глазами.

— Как это… самозарождаются?

— Возможно, — объяснил я, — там живут некие гномы, что делают эти баггеры и даже грандбаггеры. Но это больше годится как рациональное объяснение, хотя наличие гномов и не обязательно.

Он помолчал, явно чувствует себя очень не в своей тарелке, проговорил сумрачно:

— Вы как-то странно уверены, брат паладин.

— А откуда, — сказал я негромко, — то зерно, которое посажено в долине Отца Миелиса? Вы о нем знаете, весь монастырь знает.

Он прошептал, заметно волнуясь:

— Его привезли… с Юга?

— А вы как думаете?

Он ответил угрюмо:

— Не знаю.

— У вас странный интерес к Югу, — произнес я строго, — что с вами, брат? Вам нужно чаще молиться, вспоминать Христа… это был великий пророк, брат! Его даже считают у нас сыном Всевышнего, как будто наш Господь какой-то языческий божок вроде Зевса, что старался переспать со всеми женщинами, замужними и незамужними, а также совокуплялся с кобылами, коровами, овцами, гусями, рыбами и даже муравьями, ха-ха, он же не знал, что муравьи бесполы… хотя тому идиоту не все ли равно?