Империя. Спартанец - Алексей Живой

Удача внезапно покинула его. Уже видя перед собой заветные снопы, означавшие победу, Тарас на секунду отвел в сторону щит и пропустил мощный удар в корпус, от которого резко качнулся вбок, налетев на сражавшегося рядом Эгора. Потом он получил еще один скользящий удар в грудь, и еще, и еще. Пока наконец не поплыл. Последний яростный выпад копья просто сшиб его с ног. Отлетев назад на пару метров, Тарас выронил щит и даже на некоторое время лишился сознания.

Когда он пришел в себя, все было кончено. Отбив все атаки, солдаты Теламона бросились в наступление и прошлись железным маршем, «добивая» поверженного противника. Обе эномотии, едва не прорвавшиеся к заветной цели, были рассеяны.

Рядом кто-то истошно вопил. Это был неизвестный Тарасу парень из лагеря у Амикл, которому выбили копьем глаз. Впрочем, стоны скоро прекратились, – даже потеряв глаз, истекавший кровью спартанец стиснул зубы, устыдившись своей слабости. Еще одному молодому бойцу сломали руку, а другому шею. Мертвец с неестественно выгнутой шеей валялся всего в трех шагах от спецназовца. Глядя на эти потери в учебном бою, Тарас решил, что, если не считать ушибов ребер и головы, он еще легко отделался.

Когда он встал, покачиваясь, и быстро осмотрелся, то обнаружил своего командира. Точнее, двух. Оба пентекостера по-прежнему стояли рядом, обсуждая только что состоявшееся сражение так, словно люди в нем дрались резиновыми дубинами, а не настоящими копьями и мечами. «Впрочем, – отстраненно подумал Тарас, поправив съехавший шлем и нервно усмехнувшись своим мыслям из прошлого, – резиновой дубиной тоже можно мозги вышибить».

– Твои сосунки меня удивили, – изрек Теламон, стоявший, скрестив руки на груди, – особенно вот этот, который повел их в атаку, едва не прорвавшую оборону.

Тарас повернулся, поняв, что говорят о нем.

– Меня тоже, – признался Креонт и вдруг добавил, возвысив голос: – Гисандр, теперь ты будешь новым командиром первой эномотии.

Тарас выпрямил спину, но промолчал, не зная, что надо говорить в таких случаях. В ушах все еще звенело. А пентекостеры продолжали рассуждать вслух, словно его рядом и не было.

– И вон тот тоже неплох, – добавил Теламон, указав на кого-то за спиной Тараса.

– Его зовут Деметрий, – пояснил Креонт, – и тут я с тобой согласен. Во второй эномотии не нашлось достойных, но он быстро сориентировался и захватил власть. Из него выйдет неплохой вожак.

– Ну вот и отлично, – закончил разговор Теламон, собираясь уходить, – ты выяснил, кто из них достоин быть командиром. А мне пора.

Сделав несколько шагов в сторону своего отряда, который, довершив разгром, снова выстроился на вершине холма, так и оставшегося неприступным, Теламон обернулся.

– И уберите этого мертвеца, а то он скоро начнет вонять.

Разговор был закончен. Теламон зашагал наверх. А Креонт, оглядев стоявших на поле разрозненными группами спартиатов, имевших вид побитых собак, вдруг проревел своим зычным голосом:

– Строиться!

Когда побежденные и униженные спартиаты выстроились в ровные шеренги, разделившись на эномотии, он сообщил им:

– Вы проиграли бой, но ваша ярость достойна уважения. Считайте, что вы все погибли в бою за родину, а это достойная смерть. Вы смогли выстоять долго и даже едва не победили очень сильного противника, который в состоянии рассеять войско втрое больше вашего. Поэтому я доволен. Со временем из тех, кто доживет, выйдут неплохие бойцы.

Помолчав, он сообщил главную новость:

– С сегодняшнего дня командиром первой эномотии становится Гисандр, а второй – Деметрий. Теперь вы будете слушаться их так же, как меня, зная, что они передают вам мои распоряжения. Все, что сказали они, сказал я. А если меня убьют в бою, они возьмут на себя командование. В этом случае старшим будет Гисандр, как командир первой эномотии. А сейчас вы сделаете то, зачем сюда пришли.