Джунгар. Обитель духа - Ольга Погодина

– Что сказал ребенок? – Император повернулся к ней, и О-Лэи увидела его близко. Император оказался молодым человеком – высоким, худым, с узким лицом. Его глаза впились в побелевшее лицо О-Лэи.

– Прошу Шафранового Господина простить мою дочь. Она не получила должного воспитания в ссылке и еще слишком глупа. Не слушайте ее. – В голосе И-Лэнь прозвучали молящие нотки. Мать готова упасть на колени и умолять, безошибочно поняла О-Лэи. Что она наделала?

– Иди ко мне. – Император поманил О-Лэи рукой. Императорские руки опустились ей на плечи (она оказалась ему едва по плечо) и подвели к карте. – Ты знаешь, что это?

– Это карта южных границ, – ответила О-Лэи, стараясь не смотреть на мать. Если думать только о карте, страх и чувство вины почти отступили. – Вот эти линии и стрелки красными чернилами означают наступления в Первой Южной войне, иероглифы рядом – это пометы характера операций. Линии синей тушью означают ответные маневры бьетов. Квадратами обозначено расположение городов. Вот их столица, – палец О-Лэи указал на один из квадратов, – иероглиф Огня рядом означает, что город сожжен. – О-Лэи запнулась, переводя дыхание.

– Поразительно! – Пальцы императора крепче сомкнулись на ее плечах, разворачивая ее к себе. Вторая рука приподняла ее подбородок и О-Лэи встретилась с красивыми глазами императора цвета корицы, в которых светилось удивление, и это удивление носило оттенок одобрения. – Откуда ты знаешь о вещах, которые не под силу знать иным моим царедворцам?

– Мой отец позволял мне играть в той комнате, где он работал, – честно ответила О-Лэи. С каждой сказанной ею фразой она все яснее вспоминала предостережения матери и господина Первого Министра. Но молчать, когда спрашивает император, невозможно.

– Как такое возможно? – изумился император. И-Лэнь хотела что-то сказать, но он сделал ей властный знак, приказывающий молчать. Его глаза не отрывались от О-Лэи.

– У нас было всего две комнаты, – прошептала девочка испуганно. – Бусо плакал и кричал, и маме приходилось уносить его в другую комнату. А мне отец позволял остаться, если я вела себя тихо…

– Я и не знал, что моего крупнейшего военачальника отправили в такие постыдные условия! – Брови императора слегка нахмурились. – Я велю провести детальное расследование обстоятельств ссылки и гибели Фэня. А теперь говори – что ты еще помнишь, дитя?

– Все, – совсем тихо прошептала О-Лэи.

– Что это – все? – настаивал император.

– Ну… все. То, что говорил мой отец в тех или иных случаях. То, что написал… – пробормотала О-Лэи.

– Не может быть! – вмешался в разговор Рри и тут же принялся рассыпаться в извинениях. – Прошу меня простить, Шафрановый Господин, но девочка врет. Я неплохо знаю сочинения господина Фэня. Они туманны и полны мыслей, которые не под силу даже просто запомнить детскому уму.

– Ну так испытай ее. – В голосе императора появился азарт, и О-Лэи вдруг поняла, что император в этой словесной схватке будет болеть за нее. Об И-Лэнь все забыли, и она стояла молча, приложив к губам дрожащие пальцы. О-Лэи посмотрела на нее и улыбнулась, постаравшись вложить в это свою уверенность, которой на самом деле не испытывала. Она почувствовала поглаживающее движение императорских пальцев на своем плече: Шафрановый Господин ободрял ее, чтобы она успокоилась.

– Что ж, тогда скажи мне, что означает «Победив врага, увеличить свою силу»? Это изречение принадлежит твоему отцу, – небрежно сказал Рри.

– Это цитата из «Войны как средоточия ясности», – облегченно вздохнув, ответила О-Лэи. Она училась читать по ней, потому что к моменту ссылки еле-еле освоила чтение и письмо, а большого багажа им взять с собой не позволили. – И к ней есть следующий комментарий «Одна горсть вражеского риса равна десяти собственным. Одна боевая колесница, захваченная у врага, равна трем своим. Захваченное у противника следует раздавать достойным. Так увеличивается ярость войска, идущего в бой. С захваченными же в плен воинами следует обращаться милостиво и высказывать о них заботу. Это называется, победив врага, увеличивать свою силу».

Император захлопал в ладоши и засмеялся:

– Это удивительно! Ребенок цитирует военный трактат! Продолжай! – потребовал он, глядя на Рри.

– «Военачальник должен знать пять правил ведения войны и пять способов одержать победу. Тот, кто не соблюдает их, будет побежден», – хитро сощурясь, процитировал Рри.

– «Правила войны суть следующие. – О-Лэи от страха хотелось закрыть глаза, представить себе добрые глаза отца „Ну-ка, напомни-ка мне, О-Лэи!“ – Первое – это измерение расстояний. Второе – это определение расходов. Третье – это расчет сил. Четвертое – это взвешивание сил. Пятое – это победа».

– Рри, это чудесный ребенок. Я буду брать его с собой, чтобы он напоминал мне нужные цитаты! Ну-ка, скажи мне, маленький эхэй (так называли людей с удивительными способностями, чаще всего монахов), а что еще, кроме сочинений своего отца, ты знаешь?

– «Правила военного времени» господина Сэку, «Весны и Осени» господина Чан Гуэ, «История четырех династий» господина Ду… – перечисляла О-Лэи. – Еще сказания «О войне демонов и богов», «Восхождение на гору Чансин», «Об императоре Кайгэ»…

– Невероятно! – восхищался император. Он соизволил погладить О-Лэи по щеке.

– Она не сказала о пяти способах одержать победу, – напомнил Рри, и О-Лэи подумала: этот человек за что-то злится на нее.

– Ах, отстань, Рри, – отмахнулся император. – Того, что сказал ребенок, достаточно.

«Он не хочет, чтобы я допустила ошибку, – поняла О-Лэи. – И хочет защитить меня от нее».

Внутри сделалось легко-легко. О-Лэи широко улыбнулась Сердцу Вселенной.

– Если вы позволите мне ответить, я отвечу, мой господин, – сказала она.

Брови императора поднялись, и он кивнул.

– «Существуют пять способов одержать победу. Кто знает, когда можно сражаться, а когда нет, тот победит. Кто знает, как малыми силами противостоять большому войску, тот победит. Когда начальники и подчиненные имеют одинаковые устремления, тогда будет победа. Кто бдительно ждет, когда противник потеряет бдительность, тот победит. У кого полководец талантлив…» – сообразив, что за этим последует, О-Лэи споткнулась.

– Ну что ж, почти, почти… – скрывая злорадство, снисходительно сказал Рри.

– «…а государь не повелевает им, тот победит. Таковы пять путей к достижению победы», – четко договорила О‑Лэи.

– Я что-то не встречал такой цитаты… Вырезали? А ты? Знала – и испугалась? – Темные бархатные глаза императора вновь вернулись к ее лицу. – Умный ребенок. Ты проиграл, Рри.

– С юга привозят птиц, умеющих запоминать слова, – притворяясь небрежным, сказал фаворит, но его лицо было недовольным.

– Но это не бессмысленный набор слов. По всей Срединной юноши сдают экзамены на степень сэй по этим трактатам. И от них поначалу требуется только заучивать, – возразил император и обратился к О-Лэи: – Как тебя зовут, дитя?