Совет двенадцати - Александр Рудазов

Свадебная церемония началась с торжественного размена дарами. Под благожелательным взглядом стоящего за алтарём лода Гвэйдеона Ванесса надела Креолу на палец перстень — массивный серебряный перстень с огромным бриллиантом-солитёром. Креол в ответ застегнул на шее Ванессы ожерелье — драгоценное ожерелье из гигантских жемчужин, которое молодая должна носить не снимая с этого дня и до конца первого года замужества.

После этого жених и невеста заплатили свадебный налог. Раздувающийся от осознания собственной важности чиновник почтительно принял у них три купюры по сотне шелахов, выдав в обмен квитанцию — обязанности перед государством выполнены, положенная сумма уплачена.

Если бы кто-то из молодых вступал сегодня в повторный брак, налог был бы увеличен до четырёхсот шелахов. Если оба — до пятисот. Если же кто-то вступал бы в брак уже в третий раз — до шестисот. Но Креол ранее не был женат, а Ванесса не была замужем, поэтому с них взяли минимальную сумму — три сотни, честь по чести.

— Да благословит Пречистая Дева всех собравшихся здесь сегодня… — начал церемонию лод Гвэйдеон.

Серокожая девушка, стоящая в задних рядах, и этих словах чуть заметно улыбнулась. Инанна присутствовала на свадьбе инкогнито — за исключением Креола с Ванессой, никто и не подозревал, что она из себя представляет.

Разумеется, верная себе прекрасная богиня приняла облик настоящей королевы красоты — кожа стального оттенка, пухлые алые губы, крошечный носик, белоснежные волосы, пятого размера грудь. Многие колдуны уже бросали на неё восхищённые взгляды, а Таскурита Кипяток недоброжелательно щурилась.

— Прошу свидетелей принести присягу, — повёл руками лод Гвэйдеон. — Свидетель жениха, можете ли вы присягнуть на Астаро в том, что венчающийся Креол искренен и честен в своём желании взять в жёны эту женщину, беречь её, хранить и любить, покуда не придёт им время отправляться в последний путь?

— Присягаю в том, — положил руку на книгу Шамшуддин.

— Свидетельница невесты, можете ли вы присягнуть на Астаро в том, что венчающаяся Ванесса искренна и честна в своём желании взять в мужья этою мужчину, беречь его, хранить и любить, покуда не придёт им время отправляться в последний путь?

— Присягаю в том, — положила руку на книгу Гвениола.

Вообще, сначала Ванесса собиралась взять в свидетельницы Эдит. Всё-таки единственная сестра. Однако лод Гвэйдеон сказал, что в иштарианской свадьбе родственники присягать не могут, и Вон обратилась к её величеству Гвениоле Первой. Что ни говори, а круто, что твоя подружка — настоящая принцесса… хотя теперь уже королева.

Родственники со стороны невесты взирали на церемонию спокойно, лишь время от времени как-то странно озираясь, будто не понимая, где находятся. Кузина Глэдис, постоянно отвлекавшаяся на содержимое своей сумочки, один раз таки бросила взгляд в сторону алтаря и недоумённо пихнула в бок соседа:

— Дядя Бен, а почему священник одет в доспехи?

— Я и сам хотел бы это знать, — с лёгкой обидой ответил дядя Бен.

Отец Бенджамин, приходящийся Агнесс Ли старший братом, предлагал Ванессе свои услуги в качестве священника. Та вежливо отказалась, сославшись на то, что она-де не католичка, а жених вообще не христианин.

Дядя Бен проявил понимание, но теперь, видя за алтарём рыцаря в доспехах, начал подозревать, что над ним издеваются.

Он вообще чувствовал какой-то туман в голове и всё пытался сообразить — что же кажется ему таким неправильным во всех этих людях вокруг? Постоянно возникало ощущение выборочной глухоты и даже слепоты, целые куски событий куда-то выпадали — словно видишь очень яркий сон, который никак не заканчивается.

— Мистика какая-то… — пробормотал отец Бенджамин, в очередной раз осеняя себя крестным знамением.

Лод Гвэйдеон взял Креола и Ванессу за руки, свёл их мдони вместе и торжественно провозгласил:

— Властью, возложенной на меня Пречистой Девой, я объявляю этих двоих мужем и женой!