Кремль 2222. Преображенская площадь - Алексей Волков

– Никаких. Жаль. Нам очень бы пригодились ее знания. Не верю, чтобы наши специалисты не сумели снять тот клятый барьер! Но видишь, как получилось? Мы хотели воспользоваться знаниями пленницы, она – нашими. Нет, Лина не притворялась, и все сказанное отшельником – правда. Просто не вся. Попытка лечения, сопряженная с исповедью, способствовала пробуждению женщины. Мне что-то такое виделось, да, каюсь, значения не придал. Оставался-то последний рывок. Добрых чувств она к нам испытывать не могла. Тут сыграла роль и внушенная преданность своему сообществу, и то, что с точки зрения Лины мы являлись убийцами ее самца. А для женщин это значит многое. Но чувства чувствами, однако соображения хватило. Ведь не попыталась же она убить всех нас сразу! Только главного виновника, – Михаил как-то очень печально улыбнулся. – А дальше – ходу к своим. В какой-то степени к ней наверняка вернулась часть способностей. Почему-то мне кажется, что уже после переправы, – в противном случае попытку Лина предприняла бы раньше. Все-таки преодолевать реки сложновато. Возможно, способности стали пробуждаться, когда мы шли парком между аномалиями. Мы же до сих пор не знаем всех побочных воздействий. Хотелось бы, чтобы Лина была жива.

– Но тогда она может дойти до своих… – в Денисе вновь заговорило безжалостное чувство долга.

– Город ей неизвестен, времени уйдет в самом лучшем случае столько, что, будем надеяться, мы все-таки перехватим ее раньше. Не здесь, так подальше. Я же у вас в гостях не задержусь. Кое-что обговорим, и двину опять в разведку. А с Божьей помощью возможно все.

– Я хочу с вами, – твердо произнес Денис.

– Вот и ладненько. Какие проблемы? Привычной командой…

– И все-таки я не понимаю, почему ты запретил мне стрелять?

– Хотелось дать ей хоть один шанс, – вдохнул Михаил. – Смешно, но я, кажется, в нее влюблен. Глупо…

Монах улыбнулся, только улыбка получилась очень грустной. И такая же грусть была в его глазах.

Клайпеда, 2014 г.