Пустые земли - Алексей Калугин

Юрик протянул Джагеру кружку чая и взглядом указал на незастеленную кровать – садись, мол. Джагер кивнул в знак благодарности и сделал глоток. Вот что-что, а чай заваривать Юрий Михайлович умел. Нигде Джагера не угощали таким ароматным, терпким и бодрящим чаем, как в этом бункере, откуда вела вещание сталкерская информационная сеть. Сюда стекалась вся информация из Зоны. И отсюда, профильтрованная и отсортированная, она разбегалась потом по ноутбукам барменов и барыг и ПДА сталкеров.

– Ну, как вообще жизнь? – спросил Джагер.

– Не хуже, чем всегда, – ответил Юрик.

– Сколько раз сегодня Семецкий умер?

– А ты не проверял ПДА?

– Не до того было.

– Дважды.

– Что ж так мало?

– Не до того было, – лукаво улыбнулся Юрик. – Выброс, волна монстров… Завтра к вечеру на кордоне резня начнется.

– Да уж…

Джагер хлебнул чаю.

– Шоколадку хочешь?

– Нет, – отказался сталкер.

– А сушку?

– Нет, спасибо.

– Зефир в шоколаде?

– Откуда у тебя зефир?

– Угостили.

Юрик поставил на край кровати открытую коробку с зефиром.

Странно, но большинство разумных обитателей Зоны даже не задумывались о том, как работает сталкерская инфосеть. Ну, вроде как работает – и хорошо. Те же, кому было известно о существовании Юрия Михайловича, не знали, где находится его бункер. Однако все, кто имел в Зоне свой гешефт, аккуратно отстегивали на счет Юрия Михайловича копеечку. Поэтому и жил он, не вылезая из своего подземелья. И при этом больше, чем кто-либо другой, знал о том, что происходит в Зоне. Когда ему что-то требовалось, он просто отправлял и-мейл со списком необходимого одному из барменов, и груз прибывал точно в условленное время в указанное место. Бармены считали это чем-то вроде жертвы богам. А Юрий Михайлович был доволен – он вовсе не собирался афишировать свое присутствие. Ему нравилось то, чем он занимался. Временами он даже чувствовал себя чуть ли не повелителем Зоны. И это на самом деле было недалеко от истины. Если бы у Юрия Михайловича возникло такое желание, он мог бы управлять сталкерами, как марионетками, подкидывая им ту или иную информацию. К счастью для всех, Юрий Михайлович был честен и беспристрастен. В Зоне у него не было ни врагов, ни любимчиков. Сидя глубоко под землей, он одновременно парил над жизненной суетой. Единственное, что позволял себе Юрий Михайлович, это игру в смерть Семецкого, для которого он придумывал самые невероятные кончины, а после рассылал информацию об этом по сталкерской сети. Но это ведь никому не вредило. Напротив, сталкеры считали, что сообщение о смерти Семецкого приносит удачу. Сам Юрий Михайлович, кстати, тоже склонялся к этому мнению.

– Что нового в Зоне? – отведав зефира, поинтересовался Джагер.

– Да вроде ничего особенного. До сих пор твое возвращение остается событием номер один.

– А военные ничего не затевают?

– Ну, это ты у них спроси, – усмехнулся Юрик.

– Может, какие-то разговоры… Непонятные перемещения в Зоне…

– Слушай, Джаг, не темни. – Юрик оперся локтем о спинку кровати. – Тебе что-то известно?

– В Ловушке Для Дураков мы на зомби в военной форме напоролись. Свежие совсем, чистенькие. Один чуть было Маркера не подстрелил. Потом еще троих таких же в Гнилой Пойме встретили.

– Форма какая?

– Украинская пехота. Спецподразделение. – Джагер покачал чай в кружке, сделал глоток. – Значит, за последнюю неделю никаких официальных рейдов военных в глубь Зоны не было?

– Точно, – уверенно кивнул Юрик. – Военным сейчас не до рейдов. После прошлого выброса монстры прорвали кордон сразу по трем направлениям. Два прорыва удалось ликвидировать, а на месте третьего пришлось на полтора километра линию обороны переносить. Как ты, должно быть, догадываешься, не в глубь Зоны. Нынешний выброс, судя по тому, что я видел на мониторах, еще мощнее предыдущего. Нет, определенно, военные сейчас даже и не думают в Зону соваться.