Игра в поддавки - Александр Митич

Бежать бы отсюда сломя голову… Но куда? На самом разумном пути бегства разлеглась ЧАЭС, вот она, рядом, сама подставляется — иди, мол, сюда. А пойду. Есть другие идеи?

— За пять минут дойти можно, — шепчет Вычет.

И в каком детском саду берут таких? Хоть кол на голове теши! Сколько раз говорено: в Зоне ни от чего не зарекайся и вслух самому себе ничего не обещай. Примета хуже некуда. Я-то, положим, в большинство примет не верю, но эта — особенная.

Ладно, авось прорвемся. Но только вдвоем. Да Хвост и Гляпа сами не захотят идти с нами к Четвертому энергоблоку, чай, не дурные. Самое время огорошить их вестью о нашем местонахождении и распрощаться. Пари держу, с Северных территорий Хвост дунул бы как спринтер даже на обеих простреленных ногах, а уж с пустячным касательным ранением и подавно не станет задерживаться.

— Стой…

— Что такое? — настораживается Вычет.

А я и сам не понимаю, что такое. Просто отчего-то не хочу возвращаться в овраг прежней дорогой. Это бывает с нашим братом-сталкером и называется чутьем. Могу идти прямо, но очень не хочу. Значит — вбок. Галсом. Ага, это совсем другое дело! Насторожен, вспотел, но иду легко. Вычет неслышно крадется следом. В чем подвох, какую подлянку Зоны мы обошли, выбрав кружной путь? Не вижу, но не сомневаюсь: она есть, она где-то рядом. В пяти шагах слева валяется «медуза», а я ее не беру, иду мимо. Знаю, как гибнут чересчур жадные.

Перед самым оврагом у меня опять сомнения. Останавливаюсь и стою тихо-тихо. Мертвая тишина давит на уши не хуже рева самолетной турбины. Что-то не так, а что — не пойму. Но, кажется, мое чутье лишь слегка возражает против спуска в овраг.

Осклизлая почва норовит доставить меня вниз скоростным способом — па заду, с ветерком. Нет уж, перебегать от дерева к дереву надежнее. Будем цепляться за стволы, не уедем…

Падай!

Крикнул ли я это, подумал ли только? Без разницы. Главное, упал вовремя, едва загрохотала неподалеку автоматная очередь и полетели щепки от древесного ствола. Качусь вниз бревном, и в этот момент мне ни капельки не интересно, кто стреляет по мне. Отбиться бы — вот и вся моя мысль в единственном числе, а все остальное делают рефлексы. Автомат в порядке, ствол грязью не забит, и я открываю ответный огонь, едва мое качение тормозят кусты. Даю короткую очередь и сейчас же перебрасываю себя за поваленное дерево. Успел. Теперь у меня хорошая позиция. А где Вычет?

Наверху. Когда возникла пальба, он еще не начал спускаться в овраг. Это здорово. Отсюда я мало что могу сделать, и наверх выбраться мне не дадут, зато он, зайдя сверху, элементарно перестреляет тех, кто на дне оврага… Блин, да у него же автомата нет! Я же сам у него автомат забрал. Ну ладно, сейчас вдело должны вступить Хвост и Гляпа…

Блин! Блин!!! Ох, до чего же плохо быть бестолковым… Я готов колотить себя пяткой по лбу. Кто ведет по мне огонь, а? Бандиты? «Монолитовцы»? Спецназ? Да Хвост и ведет огонь, больше некому! Не могли же их вдвоем с Гляпой снять бесшумно, ножами, а выстрелов не было. Значит, он и палит по мне. Ну, сука!

Все понятно до хрустального звона. И тут крик:

— Это ты, Чемодан? Кричит Хвост.

— Ну, я!

— Тьфу, а я уж подумал, кто чужой… Извини, брат, обознался. Нервишки шалят. Не зацепил я тебя?

— Куда тебе! — кричу я. — Мазила!

— И Вычет цел?

— Цел.

— Ну, тогда лады. Напугал ты меня, собака! Тьфу, аж руки трясутся! Где ты там?

— Иду.

Э нет, второй раз на эти грабли я не наступлю. Будь на месте Хвоста кто другой, я бы еще рискнул, а с этим фруктом рисковать не стану. Видит он меня? Дерево-то мое он наверняка видит и примерно знает место, где я должен подняться во весь рост.

Значит, переползем чуток вдоль ствола и высунемся не там, где он ждет.

Ну…

Едва я успеваю привстать, как надо обратно падать. Что и делаю. Пули с тупым звуком входят в дерево. Кажется, я задет? Щупаю плечо. Да, точно. Попортил мне кожу Хвост. Крови он потерял порядочно, в бутылке временами выглядел полутрупом, а стреляет по-прежнему неплохо. Сволочь.

Ранка кровоточит, ну да хрен с ней, пустяковая она. Переползаю к корням поваленного дерева, даю короткую ответную очередь. Хвост тоже укрылся за деревом, его не так-то просто достать, а Гляпу я не вижу, и мне это совсем не нравится. А ну как малец вдарит сейчас по мне сзади?

Кручу башней — вроде нет движения позади меня. Может, и правда Гляпа не играет в эти игры — отошел в сторонку и не вмешивается в разборки больших дядей. Может, он не одобряет Хвоста, но будет его защищать, если тому худо придется. А может, он уже мертв. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять смысл действий Хвоста, если знать его так, как знаю я. Он увидел «шнек», и этого оказалось достаточно. От меньшего богатства у людей крыша съезжала.

— Сука ты, Хвост! — кричу я.

— Сам такой! — слышу в ответ. — Кто клялся, что добыча пополам? Кто потом обещал весь хабар мне отдать?

— Только тот, что нашли вместе.

— Да? — орет Хвост. — А мне почем знать, когда ты «шнек» нашел?

— Давно. Честное слово.

В ответ летит адрес места, куда я могу засунуть мое честное слово. Ну да, понятно. Хвост изображает оскорбленную невинность, сволочь Чемодан подло обманул его, пытался прикарманить самую ценную добычу!

Болтать с ним — зря время терять. Затаившись, жду шевеления. Не тут-то было — Хвост занят в точности тем же.

Ну хорошо, полежим. Я терпеливый. Плохо только то, что я не знаю, где Вычет и Гляпа. Перестрелки в лесу или, скажем, в подземельях сплошь и рядом напоминают шахматные партии, но если не видишь фигур противника, то это уже не шахматы, это покер какой-то. Как карта ляжет, так и будет.

Пробная очередь Хвоста. Летит трухлявая кора. Не отвечая, ползу вдоль ствола от комля к веткам. Хорошее дерево легло здесь, чтобы послужить мне защитой. Толстое и еще не трухлявое. Дуб это был, еще не старый, но уже мощный лесной богатырь, автоматной пуле слабо пробить такой ствол.

Где Вычет? Не вздумал бы геройствовать. Авось сам справлюсь.

А Хвост все-таки дурак. Не в первый раз сталкеры грызутся насмерть из-за хабара, и уже не имеет значения, кто с кем делился когда-то последним куском колбасы и кто кого совсем недавно пер на себе. Все это в прошлом, ушло и сгорело, и обиды нет никакой, просто легкая горечь пополам с недоумением. Умом-то понимаешь, что Хвост есть Хвост, никогда я не строил иллюзий насчет него, а душой принять не можешь и мучаешься вопросом: ну как можно быть такой мелкой сволочью?

И глупой вдобавок. Умный гад завладел бы «шнеком» по-тихому и так же тихо прикончил бы меня, я бы и вякнуть не успел. Может, потому я и согласился на альянс с Хвостом, что при всей его сволочности и жадности он казался мне прозрачным и, следовательно, относительно безвредным? Наука мне на будущее: никогда не воображай, что кого-то насквозь видишь!