Река ведет к Истоку - Екатерина Шашкова

— Но… зачем вы мне помогаете? — Блондинка все еще не осознавала своего счастья и старательно искала подвох. Правильно делала, конечно, но об этом ей знать было вовсе не обязательно.

Поэтому вместо ответа Грызь надел на нее веночек и отобрал лисапед. Возмущаться девица не рискнула.

Стук в ворота звучал робко, вкрадчиво, но довольно громко. Усатый охранник, почти задремавший на стуле, сразу встрепенулся, потер ладонью лицо и направился к калитке. Рик лениво посмотрел ему вслед.

— Что-то сегодня людно, — вполголоса пробормотал он не то сам себе, не то приоткрывшей глаза Нине. Она согласно кивнула.

Надежды, что охрана уснет и оставит ее без присмотра, таяли с каждой минутой. Скорее уснула бы сама Нина — организм наконец-то дал сбой, вспомнив, что ночью она спала всего несколько часов, а живительное действие кофе давно прошло.

Снаружи усатый с кем-то разговаривал: слышались его недовольное бормотание и еще один голос, вроде бы женский. А потом вдалеке залаяли собаки. Они и до этого изредка подавали голос, но сейчас лай звучал совсем по-другому — резче и злее, в нем явственно слышалось рычание. Рик тоже уловил разницу, мигом вскочил и потянулся за оружием.

— Что там? Опять кошка забрела? — крикнул от калитки усатый.

— Не знаю. Сейчас посмотрю. — Второй охранник напряженно оглянулся на Нину, но та в этот момент так искренне зевнула, что подозревать ее в чем-то показалось святотатством. И сгонять с дивана тоже.

Но не успел охранник скрыться в саду, как лай повторился, уже с другой стороны двора.

Бормотание усатого сменило тональность, стало еще более торопливым и раздраженным. Нина четко расслышала: «Да отстаньте вы с вашими приворотами!» — после чего калитка с лязгом захлопнулась, и мужчина, недовольно фыркнув, тоже пошел проверять собак.

Сон как рукой сняло.

Нина выждала, пока охранники отойдут подальше от ворот и друг от друга, и выглянула из сторожки. Путь к особняку был свободен. Правда, центральная аллея, освещенная фонарями, просматривалась со всех сторон, и заметить бегущую женщину могли в любой момент, но других вариантов все равно в голову не приходило. Пришлось рискнуть.

Интересно, принято ли в пафосных особняках вроде этого запирать на ночь двери и караулить возле них нежданных гостей?

Удача Нине явно благоволила: никто не перехватил по пути, и дверь приоткрылась совершенно бесшумно, а в холле было безлюдно и темно. Но не успела лазутчица порадоваться этому факту, как из-под высокого потолка к ней, разгораясь на глазах, спикировал шарик-светлячок.

— Кыш, — шикнула Нина, пытаясь отмахнуться от назойливой магической лампочки, но та только яростнее заметалась у нее над головой, отражаясь в многочисленных стеклах и зеркалах.

— Кто здесь? — сонно прозвучало сбоку, и за ближайшей дверью раздалось неторопливое шарканье.

Нина едва удержалась, чтобы не ответить: «Нет здесь никого, спите дальше!» — и оглянулась в поисках укрытия. Ломиться в многочисленные двери показалось не самой лучшей идеей (кто знает, что за ними находится), бежать на второй этаж она тоже не рискнула, поэтому нырнула под лестницу — там как раз виднелась небольшая темная ниша.

Но стоило в нее втиснуться, как она сразу же перестала быть темной — фонарик продолжал виться над головой. Прятаться с таким маяком было бессмысленно, но зато при свете стала заметна спрятанная в нише небольшая дверца.

По мнению Нины, помещение под лестницей могло оказаться только кладовкой, поэтому она без колебаний рванула дверь на себя и проскользнула внутрь, пытаясь не наделать шума, свалив какую-нибудь швабру. К счастью, швабр и ведер под ноги не попалось, да и вообще комнатка оказалось неожиданно просторной.

Снаружи все еще шаркали и изредка кряхтели, но особого усердия в поисках не проявляли. Видимо, неизвестный блюститель порядка решил, что ему показалось. Но свет волшебного шарика могли заметить сквозь щель под дверью, поэтому Нина отошла от нее как можно дальше, к задней стенке. Вернее, попыталась отойти, но очень быстро поняла, что стенки-то и нет. Помещение заканчивалось узкой лесенкой, ведущей в подвал.

Фонарик шмыгнул вперед, освещая путь, и Нина осторожно двинулась следом. Она все равно понятия не имела, где искать Ракуна, так почему бы не начать с подземелья?

Это был не винный погреб.

Ракун еще сам не понял, радует его это открытие или огорчает, поэтому просто принял информацию к сведению и продолжил осмотр. Точнее, «ощуп», потому что темнота вокруг царила кромешная.

А вот то, что у него имелась возможность передвигаться и щупать, несомненно, радовало: руки не связали, ноги не сломали, ни к какому крюку под потолком не подвесили. Возможно, все это ожидало его в будущем, но пока жизнь представлялась не такой уж плохой штукой. Только непроходящая горечь во рту упрямо напоминала о коварной Тине.

Это же надо додуматься — встраивать заклинания в помаду!

Но хороша, чертовка! Сделала его, как мальчишку. А ведь он до последнего надеялся, что она ни при чем, что все это просто дурацкое совпадение.

Ал… Альбертина… Он ее и полным именем-то почти никогда не называл.

А она… Это с самого начала была она!

Кусочки мозаики в голове медленно вставали на места.

Именно Тина позвала его в тот день к себе в особняк, сославшись на то, что муж уедет.

Именно Тина настояла, чтобы любовник пришел в его облике. И в этой просьбе не просматривалось ничего необычного — они уже несколько раз проворачивали такой фокус, иначе слуги начали бы коситься на зачастившего в дом постороннего мужчину.

Сначала Ракун недоумевал: неужели сам Тивасар до сих пор не в курсе, что кто-то в наглую использует его внешность и даже один из его костюмов (который, конечно, тоже раздобыла Тина). Потом, когда все закончилось, магос думал, что именно так его и вычислили.

И только сейчас стало понятно: никто его не вычислял, нужды не имелось — рогатый муж с самого начала был в курсе похождений своей жены. А один полосатый дурак, изображавший Тивасара перед слугами, просто обеспечивал ему идеальное алиби. Сам же магнат в это время мог находиться где угодно.

Например, в Истоке.

Например, в лабораториях фонда.

Например, подстраивая несчастный случай.

Ракун со стоном сполз на пол и прислонился спиной к прохладной каменной стене. Хотелось побиться о нее затылком или отбить все кулаки, вымещая злость… Но он пообещал себе не быть идиотом. И так уже столько глупостей наворотил.

Теперь главное, чтобы Нина не заразилась от него дурацким авантюризмом и сделала все как надо: просто позвала на помощь и смылась. Еще вчера утром он полагал, что она так и поступит. Сегодня — уже нет, особенно после ее попыток подслушать разговор под дверью кабинета.

Безумная женщина!