История Бледной Моли - Настя Любимка

А это пугало еще больше!

– Девочки, урок закончен, ступайте к себе и готовьтесь к вечеру! – властно махнула рукой женщина. – Сегодня тренировок не будет.

Воспитанницы возбужденно перешептывались. Судя по всему, идея Серены им понравилась, и в отличие от меня она их не пугала.

– Инари, – вцепившись в мой локоть, прошептала Викки, – ты как?

– Все хорошо, – так же тихо ответила ей. – Все в порядке.

– Это было омерзительно.

– Поговорим в комнате.

Когда мы вошли к себе, я требовательно повернулась к подруге:

– Мне кажется, ты хочешь мне что-то рассказать. Я права?

– Пойду переоденусь, – сказала Викки, отведя взгляд.

– Я с тобой. – Возможно, я была не права, давя на нее, однако чувствовала, что ей нужно выговориться.

В своей спальне девушка судорожно вздохнула и села на край кровати.

– Еще в пансионате, – прикрыв глаза, начала она, – до того, как мы подрались с тобой в классной комнате, сестра Риа позволила покровителю трогать меня. Инари, это было гадко! Его холодные пальцы ползали по моей шее, груди, животу… А я стояла и не могла пошевелиться, потому что знала, если ослушаюсь – накажут.

– Он не…

– Нет! – выкрикнула подруга. – Только трогал.

Я осторожно обняла подругу.

– Все это в прошлом, – прошептала ей. – Больше не нужно бояться. Здесь его нет и не будет.

Викки всхлипнула и теснее прижалась ко мне.

Я гладила ее по голове и успокаивала. Подруга тихо плакала, вновь переживая свое горе. Наконец она затихла.

– Я уверена, что эти уроки пойдут нам на пользу. Вспомни, что говорила Серена, – прошептала я.

– О том, что женщина, боящаяся своих желаний, заведомо несчастная?

– Да. – Я села рядом с девушкой и вновь приобняла ее. – Мы должны понять себя. Если ты окажешься наедине с тем, кто тебе нравится, разве ощутишь омерзение?

Викки молчала, поэтому я продолжила свою мысль.

– Например, тот блондин, которого мы встретили в коридоре. Что бы ты почувствовала, проведи он по твоей шее так же, как я сейчас? – нежно погладила пальчиками мягкую кожу подруги.

– Щекотно, – рассмеялась Викки. – И приятно.

– Видишь, ничего страшного в этом нет, – улыбнулась и убрала руку. – А теперь все-таки представь на моем месте блондина.

Подруга послушно сомкнула веки, и я наблюдала за тем, как розовеют ее щеки, а губы расплываются в блаженной улыбке.

– Еще неизвестно, кто нам достанется, – вдруг буркнула она, открыв глаза.

– Думаю, обиженным не уйдет никто, – вспоминая лукавство леди Серены, задумчиво протянула я.

– Нас ждет сюрприз?

– Я в этом уверена.

– Инари, ты очень красивая, – заявила Викки. – Твоя кожа стала мягче и приятнее на ощупь.

– Еще бы, – хмыкнула я и брызнула в подругу водой. – Вспомни, как надо мной издевалась наставница.

До назначенной встречи с предполагаемыми партнерами оставалось примерно четыре часа, и мы находились в нашей ванной комнате, помогая друг другу приводить себя в порядок.

– А чем она мазала твои волосы? – что-то разглядывая на моей макушке, спросила Викки.

– Не знаю, что-то сильно пахнущее, как болотная тина.

– Седых корней стало намного меньше, – задумчиво протянула девушка.

– Ты уверена? – Я резко повернулась в воде, да так, что часть ее пролилась на пол и забрызгала Викторию.

– Ах! – всплеснула руками она. – Инари!

– Прости, – покаялась я и вернулась в прежнее положение.

– Да, их значительно меньше. Чудо какое-то! – запуская пальцы в мои волосы, подтвердила подруга. – Может, это из-за того, что ты расслабилась и позволила мазям лечить твое тело?

Подруга явно намекала на мой рассказ о стычке с сестрой Гелларой, когда та впервые показала мне мои седые волосы.

– Все может быть, – не стала отрицать. – Но если это так, то мой дар блокировал лечение?

– Выходит, что так.

– Скорее всего, дело в моих мыслях, – после небольшой паузы высказала я предположение. – Тогда сестра Геллара требовала от меня полной покорности и подчинения. Сейчас нужда в Бледной Моли отпала.

– А с другой стороны, маска Моли тебе еще пригодится, – выпалила Викки.

– Почему ты так решила?

– Понимаешь, у меня есть стойкое ощущение, что какому бы покровителю мы ни достались…

– Подожди, Геллара же сказала, что мы не станем их трофеями.

– Неважно, – отмахнулась Виктория. – Я имею в виду, что после окончания обучения мы в любом случае попадем в высший свет. Если не покровители, то леди Амира введет нас в высшее общество.

– И?

– Там твою настоящую внешность не будет знать никто, и если ты начнешь выкрашивать темные корни в белый цвет, то, случись что-нибудь, сумеешь скрыться от преследователей, сведя с волос краску.

– Краску, и только, – фыркнула я. – Лицо останется мое.

– Знаешь, а тут я не соглашусь. Ты сейчас очень меняешься. Исчезла серость, кожа приобретает мраморный оттенок, присущий высокородным. Уверена, когда твои волосы отрастут и вернут настоящий цвет, то и твое лицо будет выглядеть иначе.

Я задумалась над ее словами, позволяя подруге втирать в волосы травяное средство. Пока она взбивала пену, у меня возникло несколько вопросов.

– Ты ведь не просто так завела этот разговор?

Вместо ответа подруга сильнее потянула за волосы.

– Опусти голову, – скомандовала она.

Я подчинилась, закрывая руками лицо. Теплая вода полилась незамедлительно. Викки тщательно смывала пену и средство, раз за разом зачерпывая ковшом воду.

– Да, – ответила девушка, когда закончила эту процедуру. – Неспроста.

Я молчала, ожидая продолжения.

– Неужели ты хочешь играть по их правилам? – шепотом спросила она, чуть ли не касаясь губами моего виска. – Им всем что-то нужно от нас. Но и нам нужны тузы в рукаве. Мы должны научиться всему, что предлагает Орден вместе с леди Амирой. Всему, чтобы суметь защититься от них же.

– Викки, – я повернула голову так, чтобы девушка смогла наклониться ко мне, – здесь есть зеркало.

– Поняла, – прошептала она и принялась натирать мое тело мягкой мочалкой.

Остальное время мы провели в молчании. Я поняла то, что хотела сказать Виктория. И отчасти была с ней согласна. Вот только меня не покидало предчувствие, что за действиями леди Амиры скрывается нечто важное, что могло бы стать и моей целью. Я смутно понимала, что Амира неспроста собирала одаренных девушек, но пока не хватало информации. Тем более прожить всю жизнь, зная, что нет волшебства и чар, а совсем недавно узнать, что это совершенно не так. Да и у меня был главный аргумент: мама бежала втайне от Амиры, но, когда попала в беду, она призвала на помощь именно ее. Не сестру Геллару, которой доверила самое ценное – мою жизнь, а императорскую наложницу. Это о чем-то говорит. Плюс что-то подсказывает мне, что мама о многом из действий новой директрисы пансионата не знала. Она была сострадательной, доверчивой и доброй и вряд ли бы согласилась на то, чтобы ее дочь унижали, избивали и сделали из нее Бледную Моль. Нет, это инициатива сестры Геллары. Вот только для чего? Какой у нее был мотив? Ведь она прекрасно знала, что Ракель запретил маме встречи со мной и та была больна. Для чего понадобился этот спектакль с изменением моей внешности?