Звёздный огонь - Наталия Осояну

… — Искусай меня медуза!

Свалившись с койки, Умберто так сильно ударился головой, что на некоторое время у него потемнело в глазах. Но глаза были вовсе не нужны для того, чтобы почувствовать, как странно начала раскачиваться «Невеста ветра»: палуба ходила ходуном, двигаясь то вверх-вниз, то из стороны в сторону, а потом произошло нечто и вовсе удивительное.

Фрегат завертелся вокруг своей оси.

Умберто с трудом поднялся, держась за койку одной рукой, а другой ощупывая шишку на затылке. Он не понимал, что происходит: на любом другом корабле подобное означало бы водокрут и верную смерть, но «Невеста» уже не раз с честью выдерживала и более серьезные испытания. Отчего Крейн не заставит её нырнуть? «Уж не решил ли наш капитан немного поиграть со смертью перед тем, как обмануть её в очередной раз? — подумал моряк, ощущая странное раздражение. — Если так, то он свихнулся окончательно!» Бормоча себе под нос ругательства и становясь всё злее, он направился к Крейну — путь оказался весьма нелегким, поскольку «Невеста ветра» продолжала кружиться, как будто танцевала джейгу рука об руку с Великим штормом.

— Кристобаль, что за… — начал он, ввалившись в капитанскую каюту без стука, и еле успел придержать крепкое словцо: рядом с Крейном была целительница. Здесь же оказался и Джа-Джинни; оба они, судя по всему, опередили Умберто лишь на мгновение и теперь растерянно стояли перед капитаном. — Что происходит, кракен меня раздери? Не водокрут, не глубинный ужас или какая-нибудь другая тварь — но мы вертимся!?

— Скоро всё закончится, — тусклым голосом проговорил магус. Он сидел за столом, устремив перед собой безучастный взгляд, и как будто не ощущал суматохи, охватившей корабль.

— Скоро? — язвительно переспросил Умберто. — Слушай, если у тебя закружилась голова, то попроси Эсме, она поможет!

— Умберто! — Щеки целительницы вспыхнули, она с негодованием сжала кулаки. — Следи за языком!

Тут корабль сильно тряхнуло, и Эсме потеряла бы равновесие, не подхвати её крылан. Умберто тоже пошатнулся и, отступив на шаг, едва не сбил с ног Хагена, который явился в капитанскую каюту последним.

— Все в сборе, — пробормотал Крейн. — Что ж, отчего бы не разобраться с этим сегодня? Да, так будет лучше всего…

Он как будто думал вслух.

«Заступница, помоги! — подумал Умберто. — Мне сейчас так хочется ему врезать, аж кулаки чешутся! Что за наваждение? Может, я всё ещё сплю?!» Он почувствовал, что вращение постепенно замедляется, и немного успокоился, но по-прежнему был настроен решительно: раз уж Крейн, судя по всему, знает причину происходящего, ему придется этим знанием поделиться с товарищами.

Когда «Невеста ветра» окончательно успокоилась и вернулась на курс, феникс вскинул голову и взглянул на собравшихся в каюте моряков совсем другим взглядом — ясным и внимательным, без намека на странную отрешенность, которая так неприятно поразила их всех некоторое время назад. Ещё Умберто вдруг заметил в глазах капитана хорошо знакомые искры: он что-то задумал, что-то необычное и, как всегда, совершенно безумное.

— Кристобаль, — сказал крылан, опередив Умберто всего лишь на мгновение. — С чем это ты собираешься разобраться?

Крейн, усмехнувшись, постучал указательным пальцем по карте, расстеленной на столе; Умберто невольно подался вперед и увидел, что капитан указывает на место, где предположительно находилась сейчас «Невеста ветра».

— Мы в данный момент здесь, — проговорил магус, и его палец скользнул на север, преодолевая моря и острова, чтобы остановиться на самой границе большого белого пятна. — А попасть хотим примерно вот сюда. Что-нибудь необычное замечаете?

Все они подумали об одном и том же, но заговорил только Хаген.

— Империя, — сказал он негромко. — Владения кланов Аквила и Торн… а также Эгретта, императорской семьи.

— Именно! — воскликнул Крейн, всплеснув руками. — И как, по-вашему, нам следует пробираться через имперские воды, если наша обычная маскировка — фрегат «Шустрая», шкипер Ристо и так далее — ни на что не годится после Тейравена?

Эсме виновато потупилась, хотя ей как раз винить себя было не в чем: случившееся в Тейравене было исключительно следствием безалаберности Крейна. Так, по крайней мере, считал Умберто. Все остальные тоже молчали, и чем дольше это длилось, тем сильнее на лице капитана расцветала ироничная ухмылка.

— Молодцы! — язвительно произнес он. — Собираетесь незаметно прошмыгнуть перед самым носом у армады Вейлана? Или рассчитываете отделаться простой сменой имен? Готов спорить на всю награду за свою голову: во всех имперских портах сейчас не в чести одноглазые капитаны, чьи корабли подозрительно смахивают на боевые. И можно сколько угодно прятать на нижней палубе крылана, грогана и женщину-целительницу — их все равно найдут, поскольку проверят на борту каждую щель. Ну, что вы теперь скажете?

— Нет другого пути на север, кроме как через владения кланов, лояльных Капитану-Императору, — мрачно проговорил Джа-Джинни. — Выходит, нам нужно…

— Отказаться? — перебил Крейн. — Передумать? Ну уж нет, Звездочету я такого удовольствия не доставлю. Право слово, если мы прошли пролив Сирен, то преодолеем и имперские воды! Надо только подыскать подходящий способ… сделать так, чтобы нас не стали проверять, чтоб даже не посмотрели в нашу сторону. Ну? Я слушаю! Мы в пути уже две недели, за это время можно было изобрести что угодно… если, конечно, соображать собственной головой, а не ждать приказа.

Умберто скрипнул зубами и произнес, еле сдерживая гнев:

— Кристобаль, так не пойдет! Я по глазам вижу, ты этот самый «подходящий способ» уже придумал сам — так будь любезен, расскажи, и хватит унижать нас!

Его слова немного отрезвили Крейна: из глаз капитана исчез шальной блеск, язвительная усмешка погасла. Магус тяжело вздохнул, устало провел ладонью по лицу и произнес совсем другим голосом:

— Ты прав… Простите меня. Просто то, что я придумал, мне самому не особенно нравится, — он чуть помедлил. — Но, по всему видать, других путей нет.

— Рассказывай! — нетерпеливо потребовал Джа-Джинни, и Крейн повиновался, хотя было видно, что он вынуждает себя говорить об очень неприятных вещах, которые охотно сохранил бы в тайне.

— Поразмыслите-ка сами над тем, что происходит в порту после того, как фрегат подходит к пристани, — сказал он. — Это в маленьких городах всякий новый корабль — событие, а вот в оживленных гаванях, расположенных на пересечении торговых путей, дело обстоит совсем иначе: там едва ли не каждый день появляются незнакомые фрегаты, и лишь немногие приходят в тот же самый порт дважды. Таким образом, мы приходим к первому выводу: «Невесте ветра» следует заходить именно в большие порты, где легче затеряться среди множества кораблей… пусть даже некоторые из них и принадлежат Капитану-Императору. Пока что возражений нет?

— Я всё жду, когда ты подойдешь к главному, — усмехнулся крылан. — К новому имени для «Невесты».