Пятно - Павел Корнев

—Думаешь?

—Уверен. Ты только размеры оцени!

—Давай обойти попробуем, — все еще надеясь на чудо, предложил я.

—Давай.

Кузнецов выбрался из-за машины и свернул на соседнюю улицу. Не заметив ничего подозрительного, мы перебежали через проезжую часть и заскочили во двор стоявшего на перекрестке здания. Прошли немного дальше и вскоре уперлись в протянувшиеся меж деревьев полупрозрачные нити.

—Да что ж это такое! — не сдержавшись, выругался опер. — Опять паутина?!

—Может, через дом? — предложил я.

—Ты и в самом деле хочешь столкнуться с гигантскими пауками в замкнутом пространстве?

—Если это нормальные пауки, в доме паутины быть не должно.

—Сильно сомневаюсь, что это нормальные пауки. — Федерал отошел от деревьев к пятиэтажке и, подпрыгнув, попытался заглянуть в окно. — Не видать вроде ничего…

—Да нет, — разочаровал я его. — И там затянуто. Ты присмотрись.

—Вот ведь! — хлопнул себя по бедру Кузнецов. — Знаешь, что мне все это напоминает?

— Что?

—Сигнальную сеть. Мы ее потревожим, и о нарушителях сразу всем известно станет.

Всем — это кому?

—Кому надо.

—Искусственному интеллекту?

—Да запросто.

—И что тогда? — Я оглядел кусты, но никакого просвета в паутине не заметил. Нет, она уходила дальше и терялась в листве деревьев. — Ваши предложения, товарищ оперуполномоченный.

—Надо как-то на ту сторону перебраться.

—Логично.

—Слушай, Володя, а метро у вас в городе есть? Может, получится под землей пробраться?

—Метро в городе у нас было. Почти. Его лет двадцать строили, но так и не достроили. Самый короткий метрополитен в мире, блин…

—Дай угадаю, — поморщился Кузнецов. — Под интересующим нас районом тоннели не проходят?

—В яблочко!

—Придется прорываться через паутину.

—И за нами сразу начнется охота, — досадливо поморщился я и начал поправлять ремни рюкзака. Неудобно, блин. Бронежилет, тяжеленные магазины за спиной, автомат этот еще… — Мало нам одних аномалий!

—Ну, вообще, — опер задумчиво уставился на ближайшее опутанное серыми нитями дерево, — обрывы постоянно должны происходить, так?

—Думаешь, ветер дерево повалить может?

—Точно! Идем!

Кузнецов осторожно углубился в кустарник и остановился рядом с сухим деревом, превращенным в часть сигнальной сети.

—Знаешь, — засомневался я, — его сразу валить надо. Если будет несколько толчков, могут тревогу поднять.

—И топора у нас нет. — Стараясь держаться подальше от толстых, полупрозрачных нитей, федерал оглядел кусты. — Володя, а пожары тут часто случаются?

—Да каждую грозу. Видел, сколько домов сгоревших?

—Вот и замечательно. Готовься!

Кузнецов вырвал из блокнота несколько листков, чиркнул колесиком зажигалки и поднес оранжевый огонек к бумаге. Потом сунул импровизированный факел под сухие ветки и поспешил отойти. Да его участия больше и не требовалось: сухостой почти сразу загорелся, а стоило огню дотянуться до паутины, пламя и вовсе взметнулось к самой верхушке дерева.

—Черт! — прикрывая лицо от нестерпимого жара, поспешил я выскочить из кустарника. — Вот ведь!

Раньше меня отбежавший к дому федерал задумчиво уставился на поднимавшийся к небу столб черного дыма и с видом знатока заявил:

—Синтетика! — Что?

—Нормальная паутина так бы не полыхнула. Сто процентов — синтетика.

—Это мы типа незаметно на охраняемую территорию проникли, да? — закашлялся я от едкой гари. — Надо прорываться, пока пауки не набежали.

—Есть желание поджариться? Вперед, огнеупорный ты наш!

И в самом деле, пламя хоть и начало немного опадать, но бежать напрямик через пожарище было бы слишком рискованно.

—Отступаем?

—Ждем. Так и так уже наследили.

—Как скажешь.

Несколько минут мы молча смотрели на разбушевавшееся пламя, которое постепенно начало расползаться по сигнальной паутине в разные стороны, а когда сухое дерево перестало напоминать гигантский факел, федерал подтолкнул меня в спину:

—Пошел!

Прижав подбородок к груди и закрыв голову руками, я бросился вперед, проскочил опасное место и поспешил отбежать подальше от занявшегося огнем кустарника. Присоединившийся ко мне Кузнецов стряхнул нападавший ему на волосы серый пепел и оглянулся:

—Похоже, у пауков сегодня будет много работы.

—Не-а, — не согласился с ним я и, вскинув автомат, начал следить за пробиравшимися через высокую траву восьминогими тварями, некоторые из которых размерами не уступали откормленным поросятам.

При взгляде на узловатые конечности, бугрящиеся какими-то непонятными наростами серые тела и фасеточные, словно доставшиеся от стрекоз глаза меня натуральным образом передернуло от отвращения. Сразу видно, что появление на свет этих уродцев не обошлось без вмешательства генной инженерии, а то и чего похуже.

—Вот ведь! — только и вымолвил Кузнецов, и тут я начал стрелять.

Тяжелые пули насквозь прошивали защищенные хитиновыми панцирями тела, вырывая при этом целые куски осклизлой плоти и расшвыривая пауков в разные стороны, а те продолжали прорываться к горящей паутине. Кузнецов не замедлил присоединиться к избиению, и первая же его очередь закинула одно из этих созданий в огонь. Мгновенье спустя паука с негромким хлопком разорвало на несколько продолжавших шевелиться частей, а по траве расплескалась вязкая, моментально полыхнувшая ослепительно-синим пламенем жидкость.

—Уходим отсюда! — потянул меня к тротуару опер. — Да пошли, хватит патроны тратить!

—Пошли, — тяжело дыша, убрал я палец со спускового крючка и побежал за федералом. — Ну и уроды…

—О чем ты думал вообще? У тебя арахнофобия? — зло глянул на меня выскочивший на дорогу Кузнецов.

—Думал, они нас заметили…

—Думал он! — разозлился опер. — Не отставай! Сейчас точно тревога поднимется!

Мы зашагали прочь от вновь начавшего разгораться пожара, но вдруг федерал замер как вкопанный прямо посреди проезжей части и вскинул автомат.

—А вот и тяжелая артиллерия подоспела, — пробормотал он.

—Где? — вытерев бегущий со лба пот, завертел я головой по сторонам. — О чем ты?

—За машиной, — подсказал Кузнецов.

—Ох ты! — только и вырвалось у меня.

За раскуроченным автомобилем притаился паук. И не простой, а такой здоровенный, что его спина слегка выглядывала над капотом стоявшей на спущенных колесах «пятерки».