Инквизитор поневоле - Александр Курзанцев

— Паша, привет!

Глушаков с залихватски сдвинутым на затылок беретом пожал мне руку, разглядывая сквозь какой-то прибор стройплощадку на месте разрушенного корпуса. За те несколько дней, что прошли с памятной для меня битвы с домовыми, студенты вверенной Сергею теперь уже инженерной кафедры не только успели растащить, рассортировать и складировать всю ту кучу обломков высотой в полтора этажа, но и разобрать устоявшую часть здания.

«Делать будем заново», — сказал новоиспечённый завкафедры и, засучив рукава, принялся за разработку проектной документации.

Я огляделся, отметив, что маги земли, работающие в рамках межотраслевого сотрудничества, в качестве фундамента будущего корпуса уже подняли с глубины сквозь осадочные породы крепкий скальный массив, который на полметра возвышался над выровненной и выглаженной нулевой отметкой.

Гигантская плита серого гранита с чуть розоватыми вкраплениями была идеально выглажена и буквально до миллиметра выверена. Сразу видно, что магию сочетали с инструментальной геодезией.

— Ну всё, — удовлетворённо произнёс бывший трудовик, отрываясь от прибора, — можно приступать к возведению стен.

Посмотрев на меня, он спросил, обведя рукой окружающее пространство:

— Ну как тебе тут?

— Здорово! — совершенно искренне ответил я, оглядывая буквально образцовую стройку. Ни тебе куч мусора, ни как попало валяющихся стройматериалов — всё строго, разумно и рационально расположено.

— Кстати, а это у тебя что? — показал я на прибор с линзами.

— ТМ-1, — гордо сообщил Сергей, любовно огладив тот по выпуклому боку, и сразу расшифровал: — Теодолит магический, первая модель. Моё изобретение. Хочешь глянуть?

— Конечно, — кивнул я и с интересом приник к окуляру. А затем просто ахнул.

Нет, там не было обычного визира со шкалой или просто линией горизонта, всё оказалось намного круче. Аппарат накладывал трёхмерную сетку на объекты, которые попадали в его поле зрения, и при наведении на любую точку выводил абсолютное высотное значение относительно себя. Магия, блин, однако неотличимая от самых передовых технологий нашего мира, а может, в чём-то и превышающая таковые.

Выразив полнейшее восхищение, я оставил товарища, принявшегося раздавать указания своим подопечным, и двинулся по площадке, оглядывая занимающихся делом студентов.

Несколько человек занимались тем, что заставляли куски камня слепляться между собой, а затем сплющиваться и вытягиваться в одинаковые каменные панели, складируемые отдельным штабелем. Другие из привезённой металлической руды вытягивали длинные металлические прутки с палец толщиной — будущую арматуру. Третьи, подхватив эту арматуру, вплавляли её в толщу гранитного основания и формировали каркас будущих стен и потолка первого этажа.

Фактически это напоминало технологию изготовления монолитных домов. Вот только как они собираются арматуру с уже готовыми отдельно стеновыми и потолочными плитами соединять — для меня пока оставалось загадкой.

Хрустя устилающей площадку каменной крошкой, я обходил будущее здание по периметру, отмечая быструю и вместе с тем лишённую суеты работу, когда от группы, что сортировала и выдавала в производство остатки разрушенных конструкций прежнего здания, отделилась одна из фигур и подошла ко мне.

Остановившись, я всмотрелся в чуть волнующуюся и не знающую куда деть руки девушку и внезапно узнал в ней брюнетку, что тогда навзрыд рыдала от страха, предположив, что их казнят.

— Силана? — вспомнил я её имя, видя, что она не решается заговорить первой.

— Да, — кивнула девчушка, всё ещё волнуясь, а я внезапно отметил, что мантия на ней и на остальных уже совсем другая. Не чёрная с красными вставками, а тёмно-серая с бежевыми, на груди же вышита эмблема из перекрещенных молотка и штангенциркуля в обрамлении лаврового венка.

— Спасибо, — тихо произнесла наконец Силана, потупив взгляд, — за то, что не сдали нас.

— Пожалуйста, — улыбнулся я, однако следующие её слова заставили меня поперхнуться и замолчать.

— А я ведь хотела вас убить.

— Кхе-кхе… — прокашлялся я. Спросил: — А за что?

Как-то эта невинная девица на ассасина не походила. Нет, я знаю, что в тихом омуте черти водятся, но не настолько же.

— За моих друзей, Ситрия и Браника…

Мигом помрачнев, я вспомнил двух пареньков, что попали под удар твари в той подворотне в прошлом году, из-за которых всё и завертелось. Ненароком подумал, что имени второго так и не удосужился узнать. Впрочем, оно и не фигурировало нигде, всюду мелькало лишь имя Каса.

— Значит, ты со второго курса, — констатировал я, не зная, что ещё сказать.

— Да, — подтвердила она, после чего как-то печально и тяжело вздохнула. — Всё это время я жила местью, готовила её, искала союзников. Тайно, естественно. Не мастера проклятий достаточно легко можно убить призванной тварью. На первом курсе боевых заклинаний вам толком не дают, я узнавала. Но и мне призвать вот так сразу, да ещё и скрытно, сильного демона оказалось не под силу. А как только я была почти готова, вы на три месяца пропали, и мне пришлось уехать на каникулы домой. Когда же я вернулась, оказалось что вы стали инквизитором, и это сразу всё осложнило…

Чувствовалось, что ей хочется выговориться, и я, оглядевшись, показал, предлагая присесть, на лежащий на боку чуть в стороне остаток колонны, что стояла когда-то при входе в корпус.

— Пойдём, похоже, нам о многом придётся поговорить.

Покорно последовав за мной, она присела на покатый край, сложив, словно пай-девочка, ладони на колени, дожидаясь, когда я умещусь рядом.

— Итак, то, что я стал инквизитором, тебя не остановило, верно? — чуть искоса взглянул я на неё, предлагая продолжить.

— Нет, — качнула Силана головой. — Жажда мести была ещё сильна, и я решила, что вызову не кого-нибудь, а демона-князя, потому что против него даже инквизитору не выстоять в одиночку.

Мне снова стало слегка не по себе, особенно от того, что произнесено всё это было тихим и мягким девичьим голосом. А его обладательница меж тем продолжала:

— Подобный вызов — это уровень хорошего мастера демонологии, да и то не всякий бы даже решился — князья слишком умны и слишком многого требуют взамен, их не получится контролировать как других. Но мне было что предложить.