Буря ведьмы - Джеймс Клеменс

— Что это за зверь? — присел на корточки перед огром какой-то горожанин.

— Урод какой-то, ублюдок, — прошипел в ответ другой. — Такого только на вертел да съесть.

— Может, лучше было и не вытаскивать его? — опасливо заявил третий.

Никто не возразил ему.

Из харчевни уже бежали предложить помощь врача.

— Не надо, — отрубил Эррил. — Все, что им нужно — пара дней в постели. — И с этими словами, прихватив с собой пару человек, он снова вернулся в сарай искать Мерика. Елена не пошла за ним — она знала, что поиски бесполезны. Вместо этого они с Мишель повели людей, несших огра и волка, прямо в комнаты.

Хозяин харчевни с ужасом смотрел на приближающуюся процессию.

— Если им плохо, то у меня им делать нечего! — заорал он. — Не хочу порочить честь своего заведения!

— Так бы ты лучше заботился о здоровых, Хиран! — огрызнулся человек, помогавший Эррилу обливаться водой. Это был местный сапожник, чья лавочка находилась прямо рядом со сгоревшим сараем.

Хозяин хмыкнул, но замолчал, и все стали подниматься по лестнице.

На пороге их встретил Могвид.

— Я уже все упако... — Он осекся, увидев толпу людей и их страшную ношу. Его брат лежал бездыханный на руках рослого кузнеца. Лицо Могвида изменилось настолько, что можно было подумать, будто он вновь обрел свою способность превращаться. Он молча отступил к стене.

В комнате Елена поблагодарила помощников и предложила им горсть монет из запасов труппы. Но сапожник покачал головой.

— У нас в Шадоубруке доброту не покупают деньгами.

Остальные тоже согласно загудели в ответ и ушли.

По приказу Мишель Могвид отправился за горячей водой.

Женщина подошла к девочке.

— Надо сменить мокрую одежду, пока ты не простыла.

Елена кивнула и стянула куртку, не сводя глаз с неподвижных тел. Почему они не приходят в себя? Ни дождь, ни свежий воздух не оживили их.

И вдруг стоявшая за ее спиной Мишель громко ахнула. Елена обернулась — та застыла с перевязью в руках, и не могла отвести взгляда. В глазах ее застыл ужас.

— Что случилось?

— Твоя рука... рука...

Мишель указала на левую руку девушки.

Елена подняла голую руку, и сама задохнулась от ужаса. Мох обвивал ее теперь уже до самой подмышки, вся рука представляла собой ком корней и крохотных листочков, а на локте даже успел расцвести какой-то розоватый цветок.

— Что это? — едва шевеля языком, прошептала Елена.

Мишель отбросила перевязь и подошла ближе, поднеся руку к глазам.

— Тот малыш, что околдовал тебя на улице. Ведь он сказал, что ему нужна твоя магия?

— Да.

— Плохо дело. — Мишель отщипнула кусочек мха у плеча, и лицо ее стало серым. — Я думала все гораздо проще...

— Что?

— А то, что, потратив свою магию там, в сарае, ты дала этим пищу для роста проклятого колдовства. — Она сумрачно посмотрела на Елену. — Мох кормится твоей магией.

Елена отшатнулась.

— И чем больше ты будешь пользоваться ею, тем гуще будет он расти. Расти до тех пор... до тех... — Мишель сомкнула губы и не стала говорить дальше.

— До каких же?! Скажи мне!

Взяв девушку за плечи, Мишель посмотрела ей прямо в глаза.

— Больше ты не должна пользоваться магией. Поклянись!

— Но почему?

Мишель разжала руки и отпустила Елену. Голос ее стал глух от слез.

— Да потому, что если ты будешь продолжать, мох просто убьет тебя.