Прислуга в гостинице духов - Ирина Матлак

– Ни то, ни другое, ни третье. По правде говоря, я просто вижу духов, незаметных для остальных. И безымянных.

Выражение лица продавщицы сделалось просто непередаваемым. Несколько секунд она смотрела на меня так, словно перед ней стоит привидение, а затем вдруг схватила за руку и энергично ее затрясла:

– Чертовски приятно познакомиться, я – Света! Видишь безымянных? С ума сойти, как интересно! А как они выглядят? Что из себя представляют? Ты кто-то вроде безымянноборца?

От обрушившихся расспросов меня спасла Алена, потребовавшая, чтобы Света немедленно помогла ей застегнуть пуговицы на спине. Аня тоже отправилась в примерочную, прихватив пару платьев, и я, оставшись в одиночестве, задумалась всерьез.

Алена права: бал – повод побыть красивой. И даже то обстоятельство, что при этом нужно наряжаться в кого-то пугающего, не должен стать помехой.

Впрочем… почему нужно быть именно пугающим? Та же Алена вон в прошлом году наряжалась духом осени – наверняка во что-то прекрасное.

Одно за другим я перебирала платья и костюмы, скользя по ним рассеянным взглядом и надеясь присмотреть что-нибудь интересное. Но тщетно – взгляд ничего подходящего не замечал. Я уже подумала, что не найду вообще ничего, когда мое внимание вдруг привлекла полупрозрачная, похожая на стрекозиные крылья ткань.

Это оказалось платье длиною в пол. Оно состояло как бы из нескольких слоев, верхний из которых был очень тонким и при нужном освещении переливался всеми цветами радуги. Рукава тоже были длинными и плотно облегающими, как и вся верхняя часть платья, а вот юбка – свободной и летящей, но в то же время не слишком пышной.

В целом цвет и фактура ткани вызвали у меня ассоциацию с безымянными, которых я видела как полупрозрачное, отливающее разными цветами желе. Разумеется, ассоциация была не слишком приятной, но, кажется, я обнаружила то, что требовалось: наряд обещал стать настолько же прекрасным внешне, насколько ужасным по своей сути. По крайней мере, для меня.

Недолго думая я сгребла платье в охапку и отправилась с ним в примерочную – откуда как раз выходила довольная Аня.

К несказанному облегчению, платье подошло мне идеально: и по размеру, и по длине. Когда я вышла показаться девчонкам, они наперебой заверили, что лучшего мне не найти, а Света моментально подобрала к нему серебристые туфли на высокой шпильке и подходящую бижутерию.

Вслед за крупным торговым центром мы посетили еще пару магазинчиков, где Алена с Аней прикупили кое-какие мелочи, а затем зашли погреться в небольшую кафешку.

Следующий день у меня значился выходным в Большом Доме, но рабочим в офисе. Да-да, мне следовало показаться в нем лично, чтобы обговорить детали нового заказа. С некоторых пор по понятным причинам общение с Димой стало для меня настоящим испытанием, но, наверное, во мне дремал талант актрисы, поскольку он ничего подозрительного не замечал. Не так давно Кирилл поговорил со мной и попросил, по возможности не привлекая внимания, стараться узнать что-нибудь полезное. Например, вслушиваться в разговоры по телефону или наблюдать за тем, кто приходит в офис. Но поскольку в офисе я появлялась не так часто, осуществить все это было проблематично.

Однако сегодня мне улыбнулась удача.

Мы обсуждали стилистику новой серии персонажей, когда у Димы зазвонил телефон. Посмотрев на дисплей, он как-то сразу напрягся и, коротко извинившись, вышел из кабинета.

Но дверь закрылась за ним не полностью, и я решила этим воспользоваться. Убедившись, что он отошел достаточно, чтобы меня не заметить, я тихонько приблизилась к двери и, еще немного ее приоткрыв, прислушалась.

– Да, все так, – прозвучал голос, в котором улавливалось напряжение и легкая взволнованность. – Послушайте… да, тридцать первого. Я говорил, что в это время граница между мирами истончается, эфир ослабевает… Да, это лучшая возможность. Прошу прощения, мне сейчас не очень удобно говорить.

Дима положил трубку, и я спешно вернулась на прежнее место. Когда он вошел, я увлеченно чиркала карандашом по бумаге, создавая новый эскиз.

– Ну, что тут у тебя? – улыбнувшись, спросил начальник.

Сделав вид, что глубоко погружена в работу, я «не сразу его услышала» и только через несколько секунд подняла глаза. Напряженность, с которой Дима говорил по телефону, бесследно исчезла, и теперь мне адресовалась обезоруживающая обаятельная улыбка.

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты сегодня особенно хорошо выглядишь?

«Ага, с чего бы мне выглядеть плохо после напряженных рабочих дней и нескончаемой суматохи?» – мысленно сыронизировала я.

Но вслух, разумеется, сказала совсем другое:

– Уверена, это же говорили и тебе.

Мы смотрели друг на друга, и в какой-то миг я ощутила легкую пульсирующую боль в висках. Кирилл предупреждал, что такая реакция организма свидетельствует о попытке вмешаться в мое сознание. После установки магической защиты в обществе Димы я чувствовала такую боль уже неоднократно, но сейчас она была сильнее обычного.

И что, интересно знать, он пытался мне внушить?

Моя рука лежала на столе, и я упустила момент, когда Дима накрыл ее своей.

– Я все хотел поговорить о том вечере, – произнес он, поймав мой взгляд. – Там, в ресторане… прости, что так вышло. Не знаю, почему все пошло наперекосяк. Я много думал и понял, что ты мне по-настоящему нравишься, Юля. Мы не могли бы… то есть я пытаюсь сказать… не согласишься ли ты на повторение свидания? Обещаю, на этот раз все будет по-другому! Конечно, тебе, должно быть, кажется странным, что я заговорил об этом спустя столько времени… Но все же я прошу дать мне еще один шанс.

А, так вот, оказывается, к чему воздействие на мои мысли… хочет, чтобы я согласилась. С ума сойти! Да с того несчастного вечера прошла уже целая вечность, а он только теперь опомнился! Или все это время думал, что я подвержена его влиянию, и сегодня решил закрепить успех?

Не будь у меня указаний Кирилла, прямо сейчас послала бы этого умника к такой-то бабушке и гордо ушла. Но главный маг на меня рассчитывал, тридцать первого октября – то есть в ночь Самайна – явно что-то затевалось, и я подумала, что в неформальной обстановке смогу узнать какую-нибудь полезную информацию.

Поэтому, скрепя сердце и заставив себя мило улыбнуться, ответила:

– Хорошо. Только давай без ресторанов.

– Понял, – просиял Дима. – Никаких ресторанов! Завтрашний вечер у тебя свободен?

Да, завтрашний вечер у меня был свободен. Но все же над «романтическими» планами нависла угроза пострашнее полчища безымянных.

Герман.

Я валялась на кровати в его комнате, подперев подбородок ладонями, болтая ногами и глядя на него снизу вверх. Он, в свою очередь, возвышался надо мной, сложив руки на груди, грозно расставив ноги и медленно уничтожая меня мрачным взглядом.

– Ты не пойдешь! – повторил Его категоричность.