Прислуга в гостинице духов - Ирина Матлак

Зато отношения папы и Германа заметно изменились. Нет, никто никого не убил и даже не покалечил, а папа так вообще скрепя сердце признал свою неправоту и нас «благословил». Но вот Герман окончательно перестал зависеть от его мнения, хотя уважения, как к опытному заклинателю духов, не потерял. И меня это в какой-то степени даже радовало.

А еще совсем недавно произошло событие, которое и для меня, и особенно для Германа стало одновременно счастливым и печальным. Ушла Шэлли. Она сказала, что все это время оставалась в нашем мире лишь потому, что была нужна своему другу детства. Хотела помочь ему и поддерживать до тех пор, пока он снова не научится радоваться жизни. А теперь, когда Герман наконец оттаял, ее миссия подошла к концу, и больше девочку-олененка здесь ничего не держало. Улыбнувшись напоследок, она помахала рукой, развернулась и медленно побрела вперед, чтобы затем раствориться в сияющей снежной дымке…

Кирилл напомнил мне, что по заключенному контракту я обязана отработать в Большом Доме еще как минимум полгода… и только потом могу рассчитывать на заслуженное повышение. Меня собирались сделать вторым администратором, от чего я, к всеобщему удивлению, категорически отказалась. Зато согласилась на другую работу, предложенную все тем же Кириллом в качестве альтернативы: занять должность штатного декоратора и портретиста. Теперь оформление гостиницы к различным праздникам, а также рисование портретов по желанию постояльцев было моей прямой обязанностью, которой я не могла нарадоваться! С последнего места работы уволилась, о чем ни капельки не жалела. Да и как можно жалеть о каких-то игрушках, когда у тебя в натурщиках духи всех видов и из всех миров?

– Боюсь спросить, ты ограбила детский магазин? – со смешком спросил подошедший ко мне Герман.

– Куда мне все это временно деть, а? – простонала я, прикидывая, где такой ворох подарков вообще может разместиться.

Все-таки нужно было в детстве сдерживать свои «полные крепкой веры» желания!

– Пошли, помогу затащить под елку, – проявил великодушие безымянноборец. – Там, стараниями нашего мага, еще один Большой Дом поместится!

Елок у нас в гостинице было целых пять, но самая большая располагалась в ресторане, где сейчас непрестанно горел камин и стоял запах новогодних пряностей. Вилли было где разгуляться, и аромат корицы, которую он добавлял почти во все свои блюда, витал даже в номерах, но это не делало его навязчивым. Напротив, он не надоедал, а, вдыхая его, каждый наш гость чувствовал себя как дома.

Мы с Германом как раз перетащили под елку последнюю кучу игрушек, когда нас неожиданно чуть не сбил с ног несущийся во весь опор Най.

– Спрячьте меня! – не своим голосом взмолился он. – Быстрее!

– На-а-й, – сладким голосом пропела управляющая, чьи шаги раздавались в коридоре. – Где-э ты?

– Что-то ночью ты от нее так не бегаешь, – тихо засмеялся Герман, хлопнув его по плечу.

– Так то ночью. – Кажется, Най был близок к панике. – А сейчас только вечер! Юля, безымянные тебя сожри! Ты мне, если помнишь, своим счастьем в любви обязана!

Прыснув вместе с Германом, я велела духу лезть под елку, где благодаря магии Кирилла действительно было очень много места. Следом сунула велосипед, и тут в ресторан вошла госпожа Санли.

Окинув помещение цепким взглядом, она поинтересовалась:

– Вы моего благоверного не видели?

Мне захотелось засмеяться снова: вот уж кем-кем, а благоверным дух желания точно не был! Но вместо этого я только отрицательно помотала головой, незаметно поправила нижнюю еловую ветку и вместе с Германом поспешила ретироваться.

После насыщенного дня голова гудела, и мне хотелось немного проветриться. Мы вышли во двор, где уже стемнело, и белоснежный снег красиво контрастировал с темно-синим небом, откуда сыпались мелкие снежинки. Новогодние праздники в кои-то веки сулили не слякоть с дождем, а снег и легкий морозец, что делало настроение еще лучше.

Хотя небо было не слишком ясным, несколько звезд на нем все-таки проступили. Особенно выделялась одна – самая яркая, знакомая мне с далекого детства.

– А чудеса все-таки бывают. – Глядя на нее, я улыбнулась.

– Для тех, кто умеет мечтать, нет ничего невозможного. – Судя по голосу, Герман улыбнулся тоже.

Я не могла его не поддеть:

– Вы только что разрушили свой брутальный образ, господин угрюмый безымянноборец!

– Трудно оставаться угрюмым, когда рядом находится неугомонный иллюстратор, заклинатель и любимица духов в одном лице. – Герман приобнял меня, и я положила голову ему на плечо. – Я уже говорил, что очень тебя люблю?

Пока я наслаждалась первым официальным признанием, по небу, на миг загородив собой звезду, пролетел ярко-красный автобус, оставляющий за собой белый след. И самые разные люди, тоже сейчас смотрящие на небо, этот след заметили. Кто-то списал его на игру расшалившегося воображения, кто-то принял за облако, а некоторые – такие же неисправимые мечтатели, как я, тихо прошептали:

– Бывают же чудеса…

И знаете, однажды, точно так же глядя на небо, они увидят не только след, но и сам автобус, и даже сидящих в нем пассажиров. Потому что так устроено во всех мирах: волшебство открывается только тому, кто в него по-настоящему верит…