Лиарха - Марина Эльденберт

Вирна Мэйс

— Налево, — командует Лайтнер, и мы идем, а точнее, бежим налево.

Здесь пустой коридор, совершенно пустынный, но за шумом воды, нашими шагами и дыханием я не слышу никаких больше звуков, и меня это пугает. Меня пугает то, что я не могу слышать, есть ли кто-то за поворотом, потому что мне постоянно кажется, что сейчас оттуда выбегут вооруженные до зубов агенты. Этот страх сковывает, поэтому удивительно, что я все еще бегу.

— Стоп. Назад. — Это Лайтнер.

— Родди, едхов ты проводник! — Это Хар.

Судя по выражению его лица, ему тоже отвечают что-то нелицеприятное.

— Придется идти в обход. Будем подниматься и выходить с другой стороны, — Лайтнер комментирует это для меня.

— Почему? — спрашиваю на бегу.

Спрашиваю, потому что разговор помогает отвлечься.

— Потому что Карринг устроила революцию. Сейчас полгорода идет на штурм Подводного ведомства, и они уже на подходах.

Нам приходится пробежать мимо развороченной стены и обойти разлом в полу, ведущий прямиком в допросную. Сейчас она уже затоплена полностью, и мне стоит немалых усилий не смотреть вниз — туда, где остался наш мучитель и все, что там произошло. При мысли об этом начинает кружиться голова, я усилием воли толкаю себя вперед и стараюсь выбросить из нее все, что обрушивается на меня очень не вовремя.

— Вирна, ты в порядке? — Лайтнер внимательно смотрит на меня.

— Да, — выходит не очень уверенно. Я перевожу взгляд на Лэйс и говорю уже тверже: — Да.

— Пойдем по лестнице, лифты Родди не советует.

Лестницы здесь с таким количеством ступенек, что остается только благодарить Кэйпдор и себя за усиленные физические тренировки. Этажи-уровни похожи один на другой, они мельтешат перед глазами, как бесконечная череда подъемов, поворотов и снова подъемов. Мы бы, наверное, пролетели нужный нам нулевой уровень, но к счастью, у нас есть Родди. В тот момент, когда я об этом думаю, Хар бьет себя по наушнику и морщится. Так резко, что Лэйс чуть не соскальзывает с его рук, но он успевает ее подхватить, Лайтнер тоже срывает свой и упирается руками в колени.

— Едхов хидрец! Они включили глушители.

— Глушители?

— То, что глушит любой сигнал, не имеющий отношения к их частотам. Не самая приятная штука.

— Полагаю, теперь нам туда. — Хар кивает в сторону выхода с нулевого уровня.

Здание снова содрогается, как от взрыва, а после — еще и еще. Крики и звуки выстрелов сливаются в единый гул, и мы, не сговариваясь, бросаемся вперед. К счастью, дверь разблокирована, за ней — еще один коридор. Шум доносится со стороны запечатанного крыла: справа от нас такая же дверь, как та, по которой меня вел агент, со сканерами и кодами.

Мы сворачиваем налево, лабиринт коридоров выбрасывает нас в холл, за стеклянными дверями которого я вижу огни Ландорхорна. Это выход на парковку. Выход на свободу. Служебный вход, над которым кривым козырьком нависает плотный металлический занавес — видимо, Ведомство пытались запечатать изнутри. Свет мигает, система, по-прежнему пытающаяся опустить защиту, рычит, как пробуждающийся вулкан.

— Ни с места!

До двери два шага, когда в стену рядом со мной вплавляется лазерный луч. Второй с шипением царапает пол под ногами Хара, он едва успевает затормозить. Мы оборачиваемся синхронно: трое агентов Ведомства держат нас на прицеле. Они не собираются брать нас живыми, я это понимаю в какие-то считаные доли секунды. За миг до того, как все будет кончено, со стороны затемненного коридора за их спинами возникают какие-то тени. Я вижу их смазанными, потому что одновременно с этим Лайтнер шагает вперед, закрывая меня собой, и в ту же минуту раздаются глухие, отрывистые звуки ударов.