Призрачные дороги - Галина Ли

— А если отвечу "нет"? — решил я использовать тактику князя. — Что тогда?

Вампир пожал плечами:

— Ничего. Просто разойдемся в разные стороны. Хотя, признаюсь, такой ответ меня сильно разочарует. Уж очень хочется отвесить вам хотя бы пару тумаков.

Я оскалился и потянулся за оружием: демона драного тебе в глотку, а не тумаков!

— До первой крови? — поинтересовался я и уточнил на всякий случай: — Или возможны варианты?

— Увы, нет, — с явным сожалением развел руками вампир: — Я, конечно, хотел бы отправить вас на недельный отдых в кровать, но его светлость решительно против.

Мои желания были намного кровожаднее. Я предпочел бы упокоить наглеца, чтобы не смел, скотина… зариться на чужое.

— До первой крови! — отсалютовал мечом упырь и кинулся в атаку, метясь мне в голову.

Я принял удар на клинок и скользнул вперед, надеясь украсить щеку кровососа царапиной. Тот, легко уклонившись, крутанул кистью в попытке меня обезоружить. Не удалось.

Мы замерли друг напротив друга на мгновение, оценивая и примеряясь — проверка сил состоялась. Затем обменялись целым каскадом ударов, из которых ни один не достиг своей цели, и снова застыли.

Игнас слегка поклонился:

— Слухи о вас оказались правдивы.

Мне осталось только хмыкнуть в ответ.

— Продолжим? — самым любезным тоном поинтересовался вампир.

Я вместо ответа бросился вперед, стараясь оттеснить кровососа к стене и лишить возможности маневрировать. Упырь легко взлетел по ней до самого потолка, а оттуда прыгнул мне за спину. Я едва успел увернуться: острие клинка разорвало рукав рубахи.

Что б тебя, таракан клыкастый, пеплом развеяло…

На этом везение вампира закончилось, на очередном выпаде я его подловил: отбив удар, обманно рубанул по ногам, а пока кровосос уворачивался, скользнул вперед и наподдал мечом плашмя по затылку.

— Вы проиграли, Игнас, — удовлетворенно сообщил я вампиру.

Жаль убить нельзя пока… но с паршивой овцы…

Вампир в ответ нагло усмехнулся:

— Не хочу вас, Лирой, огорчать, но ничья!

И склонил голову набок, словно разглядывая занимательную зверушку.

В этот момент я почувствовал боль, ощупал свой бок и негромко выругался:

— Мразь нетленная, чтоб ты сдох!

Рубаха украсилась большой прорехой, а ребра — порезом. Он ощутимо саднил.

— Вы достойный противник, Дюсанг Лирой, — подошел ко мне вплотную вампир. — Одно непонятно, почему вы так нерешительны в отношениях с желанной женщиной? Еще немного помедлите, и, клянусь Единым, она станет моей! А вы…

Больше кровосос ничего сказать не успел, только клацнул зубами — мой кулак врезался в челюсть раньше, чем я успел сообразить, что делаю.

— Держись от Эрхены подальше! — предупредил я распростертого, словно морская звезда, упыря и зашагал прочь, не оглядываясь.

Для того чтобы выйти из зала, пришлось пробраться через группу этернус, явившихся на лязг железа. Они молча расступились, пропуская.

Оказавшись на лестнице, я остановился, изо всех сил врезал кулаком по стене:

— Осину тебе в бок, кровопийца треклятый! Паскудник хренов!

Все, все мои старания скрыть свой интерес к девушке рухнули, словно карточный домик!

Наверх я поднялся мрачнее зимней тучи, стащил на ходу рубаху, раздирая ее в клочья о шипы, и раздраженно закинул в угол.

Никогда, никогда я еще не чувствовал себя большим дураком, чем в этот момент! Меня поймали на приманку, как самого последнего лопуха! Перед глазами встала невероятно довольная морда упыря, который вовсе не почувствовал себя побежденным!

Тварь зубастая… Я до тебя еще доберусь!

Смыв с тела пот и кровь, а с души — раздражение, я надел свежую рубашку, плеснул в фужер красного риволийского, уселся в кресло и хотел было предаться невеселым размышлениям, но мне не дали: в комнату вошла служанка с подносом, заставленным едой. Мой поредевший отряд так и не притронулся к завтраку. А у меня аппетит пропал напрочь: противно чувствовать себя мухой, добровольно залетевшей в загодя сплетенную паутину.

Я поморщился — дорогое вино теперь отдавало горечью желчи. Притом — моей желчи.

"Ничему тебя жизнь, придурок, не научила" — мысленно обругал я себя и попробовал спланировать, чем сегодня заняться. По-хорошему, надо было спуститься в лабораторию к Андру и поговорить с ним насчет ловушек. Узнать, какие сюрпризы вампир уже приготовил, а какие идеи еще ждут воплощения. Глядишь, что интересное в голову придет. Но оставлять Эрхену без присмотра я теперь не решался. Одно дело, найти ей достойного защитника среди людей, другое — подарить кровососу.

Эрхена, чувствуя мой пристальный взгляд, виновато ежилась и без аппетита возила ложкой по тарелке. Девушка упорно избегала встречаться со мной глазами, поэтому я видел лишь ровную нитку пробора. И только Морра, болтая ногами, весело чирикала что-то на своем языке.

В конце концов, я принял решение: приказал девушке запереть дверь и никого не пускать до моего возвращения, а сам спустился в лабораторию к князю и честно предупредил:

— Еще раз увижу Игнаса рядом с Эрхеной и Моррой, убью. Если вы, Андру, дорожите этим… господином, прикажите ему держаться от моей… моих людей подальше!

Вместо ответа правитель нежити повел породистым носом:

— Откуда кровь? Игнас все-таки вас раздразнил?

— Так вы знали, что он затевает?!

Князь поболтал скляночку с раствором и вздохнул:

— Догадывался. Видите ли, Дюс, Игнас довольно молод для этернус и еще не расстался с привычкой совать нос не в свое дело.

— Соблазнение невинной девицы именно так теперь называется?

Неожиданно князь рассмеялся:

— Так он этим вам пригрозил? Не переживайте, любовные утехи с людьми не наш удел.

Легкомысленная реакция правителя нежити мне не понравилась.

— Чего так? Мужской силы не хватает?

Андру поставил склянку на стол, скрестил руки на груди и снова вздохнул.

— Как бы вам объяснить, чтобы было понятно…. Все дело в нашей сущности. Что мы испытываем рядом с живыми. Наша жажда не просто жажда.

Этернус посмотрел на меня в упор:

— Представьте, что вас засунули головой в бочку с водой и не дают освободиться. А перед носом у вас соломина, через которую можно дышать. Как долго бы вы продержались?

Не дождавшись ответа, правитель нежити завершил:

— Живые для нас, что для вас соломина. Квинтэссенция страха. Когда понимаешь, еще мгновение и ничто тебя не спасет. Что продлить себе жизнь хотя бы ненадолго ты можешь одним способом — глотнув человеческой крови.