Кардонийская петля - Вадим Панов

– Отец хорошо над тобой поработал, – признал Арбедалочик. – Сделал свою копию.

– Спасибо.

– Не торопись. – Галанит подал девушке хрустальный бокал с водой. – Извини, но я считаю Винчера тупым, недалёким и не способным на компромисс человеком. Идиотом, если коротко.

– Гордым и смелым, – уточнила Кира.

– Я вижу, у нас полное взаимопонимание. Мы говорим об одном и том же, только разными словами. – Абедалоф с удовольствием глотнул вина и продолжил: – Не считай меня плохим хозяином, поужинаем позже, не хочу мешать разговор с едой… Любишь рыбу?

Светское начало разговора девушка восприняла спокойно, Арбедалочику не подыгрывала, но и не раздражалась, заставляла себя держаться. Однако всё хорошо в меру, пора заканчивать с лицемерными улыбочками.

– Зачем я тебе? Хочешь надавить на отца?

– Я спас тебе жизнь, – кротко напомнил галанит, не среагировав пока на «ты».

– Или взял в плен.

– Ах да, ты ведь не знаешь… Ночью в Фадикуре был бунт, пленные сдуру пошли на пулемёты.

– Нет…

У девушки расширились глаза, а обрадованный галанит небрежно продолжил:

– Приотцы, надо сказать, дичают на глазах.

– Вы превращаете нас в зверей.

– Вас?

– Кардонийцев, – глухо уточнила Кира.

– Так ведь вы не особенно против, – пожал плечами Арбедалочик. – Быть зверем легко: живи инстинктами, слушайся хозяина – и всё будет хорошо. Вина?

– Мы не сдадимся.

– И замечательно.

– Что?

– Какая же ты всё-таки дура, – вздохнул галанит, с презрением разглядывая растерянную девушку. Затем поднялся и мягко прошёлся по комнате. Задержался у белоснежного рояля, провёл пальцем по блестящей крышке, усмехнулся. Вернулся к столику и взялся за бокал. – Почему тебя так удивляет, что я всецело на вашей стороне? На стороне истинных патриотов Кардонии, людей отчаянной храбрости и чести. Не сдавайтесь. Я умоляю.

– Такое ощущение, будто я наглоталась наркотиков, – призналась Кира. – Или ты.

«Он спятил? Ошалел от победы? Он издевается?»

Девушка совершенно не понимала стоящего напротив красавчика. Довольного, упивающегося своей властью красавчика. Думала, что продолжения у неожиданного выступления не будет, но Абедалоф снизошёл до объяснений. Ему доставляло огромное удовольствие наблюдать за тем, как доходят до ошарашенной пленницы простые, как амёба, истины.

– Вы, настоящие патриоты, люди отчаянной храбрости и безукоризненной чести, подбрасываете дрова в костёр войны, не позволяете ей затухнуть, а главное – демонстрируете себя, кричите: «Я очень люблю свою страну и свой народ!» – Короткая пауза. – «Стреляйте в меня!»

Кира вздрогнула, догадалась. И от догадки перехватило дыхание.

– Вы – наша цель, – подтвердил опасения девушки галанит. – Такие люди, как твой отец, его друзья, ты, твой несостоявшийся муж, тысячи инженеров, офицеров, бизнесменов, но главное – патриотов: гордых, смелых и независимых. Вы должны встать и крикнуть: «Вот они мы: гордые, смелые, независимые!» И мы вас убьём.

– Как хотели убить всех адигенов, – попыталась контратаковать Кира. – Только не получилось.

– Мы работаем над этим, – отмахнулся Абедалоф. – К тому же на родине у нас всё получилось.

Несколько сотен лет назад на Галане случилась бойня планетарного масштаба, которую нынешние обитатели мира называли «революцией» и «обретением свободы». Беспощадное истребление дворян потрясло Герметикон и навсегда определило взаимоотношения галанитов и адигенов: они ненавидели друг друга.

– Но вернёмся к нашим баранам, – легко продолжил Арбедалочик, сделав маленький глоток вина. – Война – удобный способ проредить цвет нации, вырезать лучших. Война, особенно затяжная, потребляет не только тупое пушечное мясо – ей нравятся деликатесы. Патриоты, умники, просто образованные люди, к примеру – врачи, все они попадают в жернова и далеко не все выбираются живыми. А если у народа нет умников, кто поведёт его вперёд? Кто поставит дерзкие, амбициозные цели? Кто захочет большего, а когда достигнет – ещё большего? Кто? А теперь скажи: зачем Компании люди, которые ставят перед собой амбициозные цели и хотят большего? Кардонийское стадо обязано исполнять одну функцию: работать. В полях, на заводах, в шахтах, на рыбацких судах – там, где нужен минимальный уровень грамотности. А галаниты будут вашими умниками: инженерами, врачами, учёными, финансистами, агрономами – всеми. Поэтому: воюйте, Кира, воюйте до последнего патрона. До последнего умника.

– Но ведь сдаваться нельзя, – хрипло признала девушка. – Вы всё равно лишите нас умников.

– Мы купим или отберём всё: ваши фабрики, заводы, поля, пароходы, железные дороги – всё! И перестанем брать на работу ваших умников. И перестанем учить ваших детей. Одно, максимум – два поколения, и задача будет решена. Изменится способ, но не результат.

– Значит, у нас нет выхода?

– У вас нет выхода с того мгновения, как ваша Кардония заинтересовала Компанию, – резанул Арбедалочик. – Теперь всё вокруг наше – фабрики, заводы, поля и рабы.

– Мерзавец.

– Спасибо, что оценила мои скромные усилия настолько высоко.

– Почему ты не боишься рассказывать мне всё это?

– А что ты сделаешь? Придёшь к папочке, всё перескажешь, и он… Что же он сделает? – Галанит замер в картинной позе. – Дай подумаю… Он всё остановит? Но каким образом? Как Винчер Дагомаро остановит войну, которую сам развязал?

– Вы её развязали!

– Мы вас подталкивали, – не стал отрицать Абедалоф. Он поставил бокал на стол и теперь медленно приближался к девушке. – Разве папочка не рассказал тебе о предложении Махима? Сразу после покушения Махим предложил мир. Хитрая сучка Лилиан уговорила слюнтяя взять назад…

– Ты врёшь!

В ответ – вкрадчивая улыбка, искры в глазах, морщинки вокруг. Арбедалочик искренне наслаждался происходящим.

– Ты не пыталась понять, почему я вышвырнул Махима с вершины? Почему затеял смену власти в самый разгар кризиса, когда ты и твои дружки бомбили Приоту? Думаешь, у него изо рта пахло? Причесался не так? Нахамил мне? Я его вышвырнул, ибо Махим понял, что ведёт Кардонию в тупик, и попытался всё остановить. Он предложил твоему отцу мир.

– Ты врёшь!

«Мир! Он предложил мир!» И мир вокруг стал рушиться.

– И представь, как сильно изумился Махим, когда понял, что выстраданное им решение, его подвиг, его жертва никому не нужны!

– Замолчи!

– Война – детище твоего отца, Кира, и смерть Драмара – тоже. Винчер Дагомаро убил твоего жениха, а не мои люди. Убил тем, что отправил в бой, хотя мог избежать войны…

– Замолчи!