Свет вечный - Анджей Сапковский

– Спокойно, – промурлыкал ему на ухо мягкий имелодичный женский альт. – Спокойно, Рейневан.

Он послушался. Нажим ослаб. Женщина, говорящая альтом инеуловимо пахнущая розмарином, помогла ему встать.

– Инквизитор сбежал, к сожалению, – сказала она,едва заметная во тьме. – Жаль. Если бы его поймать, возможно, удалось бывытянуть, где они держат Апольдовну.

– Сомневаюсь… – Он преодолел удивление исопротивление пересохшего горла. – Сомневаюсь, что удалось бы.

– Может, и правильно сомневаешься, – согласился альт. –Но я хоть порядочно его напугала. И влепила два раза, причем хорошенько, потомучто у меня кастет в перчатке. У него аж зубы зазвенели! Чтобы убежать, ондолжен был воспользоваться магией, чародей клятый…

– И теперь отыграется на Ютте.

– Он не сделает этого. А тебя какое-то время будетбояться беспокоить.

– Кто ты?

– Не так быстро, не так быстро… – В голосе свозбуждающими модуляциями зазвучала насмешка. – Я порядочная девушка, имеюпринципы. Coitus – не раньше, чем на третьем свидании, откровения, признания ипрочие фамильярности – на четвертом или еще позже. Так что piano, парень, piano.Тебе достаточно знать, что я на твоей стороне.

– Ты спасла меня во Вроцлаве…

– Я же говорила. Я на твоей стороне. Забочусь, чтобыничего плохого с тобой не случилось. В рамках этой заботы я хочу тебе помочьнайти любимую. С этой целью предлагаю встречу в Стшегоме.

– Когда?

– Третьего дня месяца тамуз. На улице Церковной, возлешколы и дома командории иоаннитов. Будучи не до конца уверенной, как ты высчитаешьдату, я буду туда заглядывать следующие три дня. Если тебе действительно важнатвоя невеста, уложись в сроки.

– Почему именно Стшегом?

– Это близкий мне город.

– Почему ты мне помогаешь?

– Имею интерес.

– Какой?

– На сегодня, – сказал розмариновый альт, –такой: в скором времени один твой старый знакомый попросит у тебя совета. Онпринимает решение, но колеблется. Устрой так, чтобы он перестал колебаться.Утверди его во мнении, что первая мысль была правильной, и что он поступаетсоответственно.

– Не понимаю.

– Поймешь. Возвращайся к друзьям. Ну, чего ты ещестоишь здесь?

– Открой мне только одну…

– Рейневан!

– …ты человек? Нормальная… Хм… Человеческая женщина?

– В этом вопросе, – ответил ему из мраканасмешливый хохоток, – мнения расходятся. А взгляды разные.

* * *

На следующий день, в Страстную Пятницу, ранним и грустнымутром они покинули Ратибор. На расспросы о цели и маршруте путешествия Бедржихнамекнул что-то о ведущем на восток краковском тракте, однако никого неудивило, когда оставив справа мост на Одре, они поехали на север, левымберегом, а на распутье, до которого вскоре добрались, вместо главной дороги наНису, Бедржих, не говоря ни слова, выбрал дорогу менее многолюдную. Ведущую наКозле.

О событиях предыдущего вечера Рейневан не упоминал друзьямни словом.

Проповедник торопил, поэтому ехали быстро и еще до закатасолнца увидели башни города. Рейневан еще раньше догадался, чту это за город,поэтому, когда, не доезжая до Козле, они резко повернули на запад, в леса, онуже знал куда и к кому они направляются. А если у него были какие-то сомнения,то они развеялись при появлении рыцарского кортежа, выезжающего навстречу. Онзнал этих рыцарей, помнил их имена и гербы. Правджиц. Нечуя. А во главе…

– Бог в помощь! – поприветствовал, осадив коня, Кжихиз Костельца, герба Огоньчик. – Бог в помощь вашим милостям. Рад васвидеть пан Рейневан. Добро пожаловать в Глогувек. Поспешим. Князь Болько ждет.Внимательно выглядывает ваших милостей.

Вид со стен глогувецкого замка представлял полную картинуразрушений и бедствий, какие в результате прошлогоднего рейда испытала ипережила Glogovia Minor, до недавних пор жемчужина силезской архитектуры.Расположенное за рекой Озоблогой предместье Водное просто исчезло, трудно былоповерить, что на черной коре выжженной земли когда-то стояли какие-то строения.Подобная участь постигла когда-то людное и шумное предместье Замковое. Напредместье Козельске жизнь постепенно возвращалась, однако и здесь были явновидны следы пожаров, которые неистовствовали год тому в пятницу передвоскресеньем Letare Anno Domini 1428, когда на Глогувек, сначала ограбивмонастырь паулинов в Мохове, пошли отряды Табора: чехи Яна Змрзлика из Свойшинаи поляки Добека Пухалы.

Тогда досталось не только предместьям, вспомнил Рейневан.Ворота были разбиты, стены взяты штурмом, Змрзлик и Пухала ворвались в город,учинив резню и пожары, после которых Глогувек не оправился до сих пор. Чернымиот сажи и копоти были каменные дома на рынке, руину, несмотря на идущеевосстановление, представляла собой южная часть города, окрестность колегиаты[139] Святого Варфоломея. Самой колегиате тоже хорошо перепало,серьезно пострадал монастырь францисканцев.

– Угнетающее зрелище, не так ли, Рейневан? – князьБолько Волошек облокотился локтями на стену. – А тебе то известно, чтогороду и так еще повезло. В то время, в марте, когда я договорился с вами,Прокоп прекратил поджоги и приказал освободить взятых в плен горожан.Освобожденные взялись за восстановление, только благодаря этому названиеГлогувек не исчезло с карты Силезии. А не скоро еще вернутся на карту Прудник,Бяла и Чижовице.

– Я не допущу, чтобы следующие города постигла участьПрудника и Бялой, – продолжил князь. – Глогувек уцелел благодарясоюзу с вами, гуситами. Который я заключил по твоему совету, Рейнмар, друг итоварищ с пражского университета. Я помню об этом. Поэтому настаивал, чтобысейчас ты находился в составе Прокопового посольства. Поговорим об этом, но впалатах, за вином. За большим количеством вина. Вид этих пожарищ регулярнобудит во мне желание напиться до смерти.