Софья. Другой Мир 3 - Нина Ахминеева

— Безусловно, светлейший князь, — произнесла невозмутимо.

— Представьтесь полным именем.

— Меня зовут Софья Сергеевна Изотова. Я глава боярского рода Изотовых, — ответила громко и отчетливо.

Установившаяся в зале тишина давила на уши. Я спокойно смотрела на Разумовского, тот же, в свою очередь, пристально смотрел на артефакт правды, а вместе с ним и остальные присутствующие. Древняя реликвия с желтого изменила цвет на ярко-зеленый, безоговорочно подтверждая правдивость моих слов.

Через несколько бесконечно долгих мгновений зал буквально взорвался громкими криками. Понять, что именно одновременно вопят сотни людей, было попросту нереально. Да я и не пыталась. До боли хотелось взглянуть на Катю и Ярослава. Но не время. Все светлые и добрые чувства — позже.

Медленно повернула голову к Потемкину. Тот, как и прежде, стоял возле прутьев клетки. Да вот только выражение лица изменилось: вместо презрения и высокомерия отчетливо читался страх. Садист ужасно перепугался, даже не сумел скрыть эмоции.

Наблюдая за «любимым супругом», краем глаза заметила, как на него устремились камеры. Быстро отойдя назад, Потемкин прижался спиной к стене и закрыл лицо руками.

Тем временем светлейший князь небрежно поднял левую руку. Многоголосый шум моментально стих. Помолчав, Игорь встретился со мной взглядом и негромко сказал:

— Рад вас видеть в добром здравии, Софья Сергеевна. — Я уважительно поклонилась. — Озвучьте ваши требования к княжескому суду, глава рода Изотовых.

— Прошу привлечь к ответственности Потемкина Егора Николаевича за применение в отношении меня магии разума, — твердо произнесла, не реагируя на испуганный вскрик какой-то женщины в зале. — Используя запрещенную магию разума, Потемкин вынудил меня вступить с ним в брак. Сразу же после заключения союза и в течение нескольких месяцев он принуждал подписать договор купли-продажи принадлежащего Изотовым месторождения турина. Однако Потемкин не учел, что глава древнего боярского рода, используя силу рода, сможет долгое время оказывать ему сопротивление, — глубоко вздохнув, тише продолжила: — Магу разума противостоять очень сложно, и в один из дней я поняла — больше не выдержу. Потому, не желая предавать интересы рода, рискнула: используя технику владения эфиром, практически остановила себе сердце. План удался. Потемкин посчитал меня мертвой, — гордо вскинув голову и вновь повысив голос, сказала: — Я, боярыня Софья Изотова, прошу княжеский суд признать меня живой, наказать Потемкина по всей строгости закона и аннулировать наш с ним брак.

В зале царила гнетущая тишина, лишь откуда-то из глубины доносились всхлипывания особо впечатлительной женщины. Опершись рукой о стол, Андрей Дмитриевич едва заметно мне улыбнулся, затем перевел тяжелый взгляд на суд. Разумовский хмурился, а городские судьи явно пребывали в глубокой задумчивости.

Послышался тихий скрип стула. Через мгновение молодой юрист, глухо кашлянув, взял слово:

— Уважаемый суд, боярыней Изотовой заявлены три просьбы. Это ее законное право, — он уважительно кивнул. — Выражая мнение моего доверителя, сообщаю. В части удовлетворения требований в привлечении Потемкина к ответственности за использование магии разума прошу отказать, — возмущенный ропот тотчас всколыхнул зал. — Софьей Сергеевной, как и моим коллегой, не предоставлено этому документальных подтверждений. Лишь одни слова, — демонстративно не обращая внимания на артефакт правды, мужчина гордо вскинул подбородок. — В признании судом боярыни Изотовой живой не возражаю. Факт бесспорный, — сообщил Александров и добавил: — А вот для аннулирования брака необходимо, чтобы заявитель женского пола не утратил невинности. Софья Сергеевна, — мужчина дернул уголком губ, глядя на меня неотрывно, — вы очень красивы, и состояли в браке с моим доверителем довольно долго. При всем уважении, неужто станете утверждать, что между вами и мужем не случалось физической близости? Вы девственны? — уточнил с откровенным недоверием.

Я хладнокровно посмотрела на защитника Потемкина и про себя поблагодарила Рязанова. Он предупреждал об этом вопросе и рекомендовал сразу не отвечать, но дождаться, когда спросят вновь.

— Защита неоднократно просила нас представить доказательства того, что Потемкин маг разума, — внезапно послышался спокойный голос Андрея Дмитриевича. — Не секрет, что мужчины, обладающие этими… — он поморщился, словно испытывая крайнюю степень отвращения, — …скажем, способностями, поголовно страдают половым бессилием, — выдержав нужную паузу, продолжил задумчиво: — Коллега, вас не смущает, что, если Софья Сергеевна ответит, то суд прямо сейчас получит бесспорные подтверждения вины вашего доверителя? Вы серьезно решили облегчить мне работу? — опытный юрист усмехнулся.

Не понимая, что играет по чужим правилам, Александров упрямо поджал губы.

— И все же, — он настойчиво гнул свою линию. — Софья Сергеевна, прошу ответить на вопрос.

Холодно глядя на защитника Потемкина, дождалась торжествующего блеска в его глазах, а после мысленно скрестила пальцы на удачу и громко произнесла:

— Егор Николаевич, являясь моим супругом, ни разу не прикоснулся ко мне как мужчина к женщине. Да, я девственна.

Артефакт правды, вспыхнув ярко-зеленым, вновь подтвердил мои слова.

Одобрительный рев зала моментально заложил уши. Александров с явной растерянностью начал нервно перебирать бумаги на столе. Он проиграл. Это было очевидно.

Внезапно Потемкин торопливо приблизился к прутьям клетки. Схватившись за них, выкрикнул:

— Прошу слова!

Быстро глянув на поразительно невозмутимого Разумовского, судья-докладчик сухо сообщил:

— Суд слушает вас, обвиняемый.

— Я уникальный маг разума, — неожиданно признался Потемкин.

Не обращая внимания на проклятия, градом полетевшие в его адрес от зрителей, Егор смотрел исключительно на Разумовского. Тот же, по-прежнему выглядел бесстрастно и холодно.

Судорожно сглотнув, «муженек» торопливо, словно боясь не успеть, вновь заговорил:

— Светлейший князь, я просил о встрече, хотел рассказать, как могу быть полезен. Но вы не нашли времени. Понимаю, крайне заняты, — он быстро облизнул губы. — Я действительно обладаю редчайшей силой и принесу огромную пользу Южному княжеству. Думаю, таких, как я, и нет больше, — голос Потемкина неожиданно сорвался. Покашляв, Егор уже тише добавил: — Не отрицаю, желая поправить финансовое положение, женился на боярыне Изотовой без ее на то добровольного согласия. Ну так все совершают ошибки. Вот и я оплошал, — в словах отчетливо слышалось сожаление.

Не поверив ушам, я озадаченно посмотрела на супруга. Он действительно сожалел, да вот только не о том, что женился на мне без согласия, а о том, что не удалось сломать.

— Боярыня — лишь женщина, — безразлично глянув на меня, глухо продолжил мерзавец. — Их миллионы, — скривился с откровенной досадой, затем судорожно выдохнул: — Владыка, я вам обязательно пригожусь! — уставившись на князя, словно побитая собака, с мольбой попросил: — Не наказывайте сурово!