Пират. Капитан - Командор - Андрей Посняков

— А вот здесь у нас есть время до вечера, — поглядывая на притихшую гавань, потер руки капитан де Тоннер. — Возьмем, что сможем — и к ночи уйдем. Поболтаемся в море. Так! В город не лезть: достаточно будет портовых складов и стоящих здесь, в гавани, судов.

— Брать на шпагу все корабли подряд? — подкрутив седые усы, осведомился бравый суб-лейтенант д'Арризо, командир онфлерской морской пехоты.

— Нет! — подумав, Громов погрозил ему пальцем. — Только английские, голландские, немецкие — если таковые найдутся. А вон те, под шведским флагом — не трогайте.

— Слушаюсь, господин капитан!

Грабеж был организован аккуратно и со всей необходимой поспешностью — исполняя суровый приказ своего капитана, в уличные бои нормандские каперы не ввязывались, в дома горожан не лезли, женщин и девок не насиловали и на свои корабли не тащили… Хватало и в Онфлере да Гавре веселых девиц! Зато забитые товарами склады да вместительные трюмы торговых судов опустошили со всей тщательностью, взяв весьма достойную добычу! Лес, сукно, токарные станки, медные и железные крицы, проволока, пенька — за все это можно было выручить весьма приличную сумму, которой нынче с лихвой хватало и на пропитание, и на самые веселые кутежи. Даже отложить на старость — если кто хочет.

Правда, поначалу каперы это не оценили, даже ворчали — ну как же, им же запретили под страхом смертной казни врываться в чужие дома, тащить золотую посуду, деньги, различные красивые безделушки… Ворчали. Некоторые даже ругались.

А вот когда капитан де Тоннер лично объявил призовую награду каждого… Вот тогда над городом прокатилось громовое «Ура»!

День клонился к вечеру. Дымно горели опустошенные дерзким налетом портовые склады, с кораблей с уныло повесившими носы командами (попробуй-ка рыпнись!) каперы тащили оставшееся добро. Нейтральные — в большинстве своем шведские — суда, во исполнение строгого приказа, не трогали, за что их капитаны благодарно раскланивались, а один — с трехмачтового парусника, что стоял у того причала, к которому приткнулся и «Красный Барон» — даже прислал вахтенного офицера, пригласить «господина французского адмирала» на чашку кофе.

— Гере Йохан Свенсон, капитан и владелец «Биргер-ярла», будет рад приветствовать вас на своем корабле…

— Как-как вы сказали? — что-то припоминая, перебил Громов. — «Биргер-ярл»?

— Да. Именно так называется наше судно. Кстати, не так давно мы заходили в Онфлер.

— Помню, помню, — задумчиво покивав, Андрей махнул рукой. — Ладно, зайду, коли зовут. Было бы не совсем вежливо отклонить приглашение. Загляну! Правда — ненадолго.

Вопреки ожиданиям Громова, шведский капитан вовсе не походил на викинга — изящный, среднего роста, шатен с лицом и манерами университетского профессора, он встретил высокого гостя на палубе и учтиво проводил на корму, в собственную каюту, обставленную великолепной резной мебелью, сделавшей бы честь лучшим домам знати.

— А здесь у вас уютно, — осматриваясь, похвалил Андрей и вдруг вздрогнул, увидев фигурки, стоявшие на полке за толстым зеленоватым стеклом. — Это что у вас, шахматы?

— Шахматы тоже есть, — улыбнулся швед. — А это лишь отдельные фигуры… Индийские… — сдвинув стекло, капитан «Биргер-ярла» взял двух миниатюрных воинов — красного и черного — и протянул их гостю. — Ими расплатились одни пассажиры… видите ли, у них не хватило денег, вот и дали.

— Понимаю, — вернув фигурки, покивал капитан де Тоннер. — А вы довольно быстро вернулись из Ревеля!

— Из Ревеля? — гере Свенсон непонимающе вскинул брови. — Но мы там не были.

— Не были?!

— Мы ходили в Ирландию, в Дублин, — пояснил швед. — Видите ли, у меня там был договор на партию очень хороших кож.

— А… А пассажиры? — Громов обескураженно моргнул и ущипнул себя за мочку уха. — Рыжая такая девчонка и парень, курляндский немец.

— Так вы их знаете? И я хорошо помню обоих, — неожиданно улыбнулся владелец «Биргер-ярла». — Забавные, веселые люди, особенно — девушка. Они и договаривались со мною на Дублин, там и сошли.

Хмыкнув, Андрей потеребил бородку:

— На Дублин, говорите, договаривались? В Ирландию, значит… Ну Камилла, ну забубенная голова!

— Что-что?

— Авантюристка, говорю, рыжая, господин Свенсон.

На редкость удачный рейд еще более укрепил авторитет капитана Тоннера, которого все, понимающие толк в военных и морских делах, считали весьма здравомыслящим и умным командиром, знающим толк и в финансовых делах.

Токарные станки Андрей продал оптом и с большой скидкой все тому же Эмилю Дюпре, с его же помощью реализовал и остальной, захваченный у англичан товар, выплатив морякам двойное жалованье и пошив у лучших портных шикарное шелковое платье для будущей супруги — цвета морской волны с ослепительно-белыми брабантскими кружевами и с бисером по декольте. Кроме платья и золотых украшений, Громов подарил баронессе дюжину ночных рубашек, как шелковых, так и льняных, а также установил в доме чугунную ванну, заместо большой деревянной кадки, которую обычно использовали для отдохновения и мытья. Бьянка, надо сказать, любила купаться, без разницы — в море, реке или вот, в кадке, и теперь могла наслаждаться теплой водою хоть каждый день, что и делала, к большому одобрению неравнодушного к гигиене Андрея.

Капитан и его… почти супруга начали вести вполне светскую жизнь, благо образовавшиеся доходы это вполне позволяли. А еще баронесса специально наняла одного шустрого молодого человека шестнадцати лет и, снабдив его всем необходимым, послала в Каталонию, в Барселону — узнать, что там да как?

А вообще Бьянка и здесь не скучала — иногда устраивала небольшие балы, или — по здешнему — ассамблеи, куда приглашала наиболее интересных — или важных для упрочения своего положения в обществе — людей, столпов местного истеблишмента. Известие о том, что ее американская подружка Камилла со своим любовником подалась вовсе не в Ревель, а в Ирландию, баронесса восприняла с изрядной толикой юмора, заметив, что индийские сокровища капитана Эвери никак не дают покоя рыжей племяннице старого пирата!

— Бог ей судья, пусть ищет. Быть может — найдет.

— Приключений на свою задницу найдет — точно! — ухмыльнулся Громов. — И парня этого захомутала, Генриха… наверное, не зря. Впрочем, нам что? Жаль вот, уехала, прикольная была девчонка.

— Какая-какая?

— Веселая, говорю.

— Это да. Без нее иногда так скучно! Как и без Лины… Помнишь?

— Еще бы!

— Я вот вспоминаю ее иногда. Ее и Быстрого Гонсалеса, Майка. Знаешь, милый, может, ты, конечно, меня не поймешь но… Иногда ну так хочется телевизор посмотреть, прямо хоть из дому беги! Так бы и включила «Америкэн Бэндстед»… Я даже песни некоторые помню — Би-боп-а-лу-ла, Джонни Би Гуд, Лет Зе Твист Эгейн… Да много!

Вот тут Андрей удивился. Уж кто бы говорил… Хорошо хоть стремления стать звездой рок-н-ролла он за своей будущей женушкой пока что не замечал. Впрочем — еще не вечер.