50 вариантов яичницы или Спорим, дракон? - Полина Лашина

– Только теперь дырявые, – прокомментировал Лайнфаэр. – Человечка не может перестать что-нибудь постоянно менять.

– Ажурные, – отважилась поправить айна девушка, продолжая преспокойно возиться с посудой. Точно не меняется сама! – Просто тесто выливается не целиком на сковороду, а полосами. Но интересно же получается, да, Ваша Светлость?

– Конечно, – ласково улыбнулся ей Шанитир.

Или своим мыслям, что, может, все же выманит человечку из лап айна до окончания годового контракта.

Вскоре Мила ушла, унося с собой не только документы, но и письмо от герцогского повара, которое Лайнфаэр вначале лично вскрыл и прочитал под недовольное, такое забавное сопение человечки.

На что Шанитир и рассчитывал. Дом, где живет Лайн, действительно считается посольским представительством, то есть землей Великого Леса. И он действительно вправе читать и проверять все входящее и исходящее. Однако в глазах Милы это право, которым айн точно пренебрегать не будет, ему же привлекательности не добавляло.

– Ты зачем пришел, Шанитир? – прямо спросил Лайн, когда дверь за человечкой закрылась. – Хочешь переманить ее у меня? Все еще не успокоился? Или всего лишь убедиться, что я ее пока не убил?

– Думаешь, получится переманить? – ухмыльнувшись, поинтересовался мужчина, откидываясь на спинку стула. – Да ладно, Лайн, она же тебе не нужна. Зачем тебе терпеть в своем доме одного из людишек такой большой срок? На своей земле?

– Ничего, иномирянку я, так и быть, потерплю, – со встречной ехидцей отозвался Лайн. – Пока она меня развлекает.

– Развлекает? – дернул бровью дракон.

Покосился на закрытую дверь. Нет, Мила по-прежнему не выглядела увлеченной красотой и обаянием айна. Это хорошо. Но и не испуганной, не заморенной, даже не уставшей! Это плохо.

Когда Шанитир собрался уходить, Мила вынесла ему на крыльце вкусно пахнущую картонную коробку.

– Вот, гостинец для Конроя. Здесь ажурные блины с мясом, – покосилась на хмурого Лайна и добавила уже ему. – Можете вычесть стоимость продуктов из моего содержания.

Мда, она его по-прежнему не боится! Что же Лайн так сплоховал? Где его айнская гордость?

– "Гос-тьи-нец"? Какое забавное слово и в целом даже понятное. Но мне казалось, ты в последние дни тогда была чем-то обижена на Конроя? – уточнил Шанитир, добавил со смешком: – Гостьинец для него без яда? Все же волки не мы, яды для них опасны. А здесь, в саду Лайна столько всего растет...

На что человечка совсем неаристократично махнула рукой.

– У нас говорят, что на обиженных воду возят, так что я стараюсь долго не обижаться.

– Возят воду? Хм, забавно. Теперь понимаю, как именно ты развлекаешь Лайнфаэра, – хмыкнул дракон, удержав лицо, когда человечка недовольно покосилась на айна.

– А еще у нас говорят, кто старое помянет, тому глаз вон. Мол, не стоит долго упиваться старыми обидами или неприятностями, – поясняла Мила, все еще чуть сводя бровки. – Но дальше говорится: а кто старое забудет, тому оба глаза. И знаете почему?

– Интересно узнать почему, – наклонив голову и с улыбкой глядя на человечку, на самом деле заинтересовался Шанитир.

– Потому что нужно уметь делать выводы из прошлого, чтобы идти в будущее... целым. А здесь яда нет. И даже слабительного... И... ничего плохого там нет, только свежая ветчина, даже без зелени. Хотя я все равно помню и буду помнить, что волки... могут быть еще теми лисами.

– Так Конрою и передам, – ухмыльнулся дракон. – Ему будет приятно, что ты его помнишь.

***

– Ну и как они? – встретил его Конрой ожидаемым вопросом.

– Пока также, но думаю, что могут сойтись...

– Чего?! Нет! Шанитир, этого не может быть?! Чтобы айн... такой, как Лайн? И человечка? – не поверил ушам волк, даже не отвлекаясь на манящий запах переданной ему в руки коробочки. – Ты шутишь, да?

– На волне своей схожей любви доводить окружающих, – продолжил дракон, поигрывая желваками. – Ты был прав, Конрой, человечка не изменилась, все такая же... острая на язык. И не затыкается, даже когда следовало бы. Вот твои десять стаков, чистый выигрыш. И знаешь, Лайн заявил, что развлекается! Так что, думаю, к тем книгам, что я пообещал Миле, я добавлю еще пару книг об айнах. Может, даже ту, про которую ты ей уже говорил...

– Что? Ты пообещал Миле книги?!

– Она согласилась принять их только на время, пока не прочтет, а не в качестве подарка. Представляешь, открыто заявила мне в лицо, что в нашем мире книги слишком тяжелые, и ей будет неудобно их возить с собой, когда уедет отсюда. Поэтому она просто все запомнит. Сколько же самомнения у этой человечки! Просто. Все. Запомнит. А главное – когда уедет из моего герцогства! Все еще думает, что у нее получится!

Спустя 4 месяца со дня окончания пари

На этот раз Шанитиру дверь открыл сам Лайнфаэр, заставив вначале прождать на крыльце.

– Где Мила? – поинтересовался дракон, оглядывая по-прежнему пустой от мебели холл и втягивая воздух, который ничем вкусным не пах.

– Так ты посещаешь посольство Великого Леса не ради меня, официального посланника, а моей служанки? – изогнул светлую бровь Лайнфаэр, прицокнул. – Не слишком ли вы, Ваша Светлость зачастили к человечке? Да еще в роли простого посыльного?

Он оглядел большой сверток в руках герцога, в котором были очередные книги.

– Если ты опять за письмами, то свои Мила отправила еще вчера. И твоему повару, с которым ты ее свел якобы ради дела, тоже. Довольно объемное письмо. М-м, я бы даже сказал... уже почти личное.

– Тебя я тоже рад видеть... живым и здоровым, официальный посланник, – оскалился в его сторону дракон. – Но Милу... и ее здоровье тоже проверю. Как владетель этих земель и свидетель вашего договора, должен убедиться, что с человечкой, доверившейся мне, все в порядке.

– Доверившейся тебе? – хмыкнул айн. – С ней точно все в порядке. Вернее, как обычно... для нее.

– И тем не менее, где она? – настаивал Шанитир, подрагивая ноздрями.

– Она наверху, – соизволил добавить айн. – Убирает весь третий этаж.

– Где гостевые комнаты? Ты ждешь гостей? – удивился Шанитир.

Ему ничего ни о каких предстоящих визитах из Леса не сообщали.