Обманы Локки Ламоры - Скотт Линч

— Я… — Локки обернулся, но Серого Короля не оказалось на прежнем месте за столом. Теперь он стоял на десяток футов левее, около пустой стойки. В ярком свете фонаря Локки ясно видел, как человек в сером усмехается. — Разве это возможно?

— Еще как возможно, мастер Бич. Просто вероятность такой возможности исчезающе мала, — Серый Король медленно провел левой рукой вдоль окна, будто стирая с него пыль. Оглянувшись, Локки увидел, что арбалетчик опять исчез.

— Черт меня подери, — ахнул Локки. — Да вы контрмаг!

— Мимо, — усмехнулся Серый Король. — Я, равно как и вы, не обладаю никакими магическими способностями. Но у меня есть контрмаг, который работает на меня.

И он указал на тот самый стол, за которым прежде сидел.

Там возник — именно возник, не прыгнул, не подошел со стороны (в этом Локки мог поклясться) — худощавый молодой человек лет двадцати. Его щеки и подбородок покрывал легкий юношеский пушок, но на лбу уже начинали проступать залысины. Ситуация явно забавляла его, однако в глазах читалась жесткость, которая однозначно выдавала давнюю привычку повелевать — такое выражение Локки нередко подмечал у особ знатного происхождения.

Одет молодой человек был в изящно скроенный серый камзол с алыми шелковыми отворотами. На обнаженном левом запястье четко виднелась татуировка в виде трех черных линий. Правая рука мага была затянута в толстую кожаную перчатку с раструбом, а на ней с величественным видом восседал самый свирепый с виду охотничий сокол. В золоте перьев поблескивали круглые черные глаза, между ними торчал острый, как кинжал, клюв. Хищник посмотрел на Локки пронзительным немигающим взглядом, и тот почувствовал себя крайне неуютно, словно был кем-то вроде мыши-полевки. Коричневые с серым крылья аккуратно сложены на спине, а вот когти… Таких когтей Локки никогда не видел — непомерно большие, раздутые, странной удлиненной формы.

— Познакомьтесь с моим товарищем по имени Сокольничий, — представил молодого человека Серый Король. — Он-то и есть контрмаг из Картена. Мой личный контрмаг. Ключ к великому множеству загадок… А теперь будем считать, что официальная часть закончилась. Самое время перейти к разговору о том, что мне от вас нужно.

4

— С этими деятелями лучше не связываться, — предупредил его Цепп много лет назад.

— Это почему же?

В то время Локки был крайне самоуверенным тринадцатилетним юнцом — со всеми вытекающими последствиями.

— Вижу, ты не слишком внимательно читал учебник истории. Придется в качестве наказания задать тебе дополнительные разделы, — вздохнул учитель. — Картенские контрмаги — уникальное явление. По сути, они являются единственными чародеями на нашем континенте, поскольку очень ревниво относятся к своему ремеслу и не подпускают к нему никого чужого.

— И никто не возражает против этого? Никто не борется или не пытается спрятаться от них?

— Конечно, прячутся, сплошь и рядом. Но что могут два, пять или десять магов против четырех сотен, в чьем распоряжении город-государство? С чужаками и изменниками контрмаги делают такое, что наш капа Барсави на их фоне выглядит кротким жрецом Переландро. Они чудовищно ревнивы, чудовищно жестоки и нетерпимы к своим конкурентам. Контрмаги давно и прочно установили единую монополию. Никто, будь он хоть сам король Семи Сущностей, не посмеет приютить у себя постороннего чародея, неугодного контрмагам.

— Интересно, — спросил Локки, — а почему они называются контрмагами? Они что, сами себя магами не считают?

— Отнюдь. Полагаю, причина лежит в их извращенном чувстве юмора. При тех нелепых ценах, которые контрмаги устанавливают на свои услуги, их работа обращается скорее в издевательство над клиентами, чем в способ зарабатывать деньги.

— Что же в них такого нелепого?

— Новичку платят пятьсот полновесных крон в день. Продвинутый маг уже стоит тысячу. Они отмечают свой ранг татуировкой. Чем больше черных колец у контрмага на запястье, тем вежливее ты должен с ним обходиться.

— Тысячу крон В ДЕНЬ?

— Теперь ты понимаешь, почему их довольно мало? Далеко не каждый герцог или иной ублюдок с толстой мошной может воспользоваться услугами контрмага. Даже во время войны и в других крайних ситуациях их нанимают лишь на короткое оговоренное время. И если уж на твоем пути встретился контрмаг, будь уверен, что его наняли для настоящей, серьезной работы.

— Но откуда берутся эти картенские контрмаги?

— Полагаю, из Картена.

— Ха-ха, очень смешно… Я имею в виду их монополию.

— О, это очень просто. Однажды вечером могущественный маг стучится в дверь более слабого. «Я открываю особую гильдию, — говорит он. — Присоединяйся ко мне, или я уничтожу тебя на месте». А второй маг, естественно, отвечает ему…

— Я всегда мечтал присоединиться к какой-нибудь гильдии!

— Вот именно. Затем они вдвоем идут к третьему магу. «Присоединяйся к гильдии, — говорят они. — Или сражайся с нами обоими, прямо сейчас». Процесс продолжается до тех пор, пока три или четыре сотни членов гильдии не постучатся в дверь последнего независимого мага, и любой, кто откажет им, может кричать «нет» уже в аду.

— Но и у этой могущественной организации должно быть слабое место, — предположил Локки.

— Ты прав, малыш. Контрмаги такие же смертные, как и мы. Они едят, спят, испражняются, стареют, умирают. В этом смысле они уязвимы. Но все вместе они — как проклятые осы: тронь одного, и остальные враз наделают в тебе дырок. Да помогут Тринадцать тому, кто убьет контрмага — случайно или преднамеренно.

— Почему?

— Это самое старое правило их гильдии, не знающее исключений. Убей одного контрмага, и вся гильдия тут же забросит собственные дела. Чтобы найти тебя, они не остановятся ни перед чем. Они станут убивать твоих друзей, родственников, знакомых. Сожгут дом. Уничтожат все, что ты когда-либо создал. Ты будешь мечтать о смерти… но до того, как тебе позволят умереть, контрмаги изведут весь твой след на земле. И заставят тебя наблюдать это собственными глазами.

— Значит, им не может противостоять никто?

— Почему же? Ты вправе попытаться справиться с одним из них, если он выйдет против тебя. Но вот убивать его не стоит. При таком раскладе самоубийство куда предпочтительнее — по крайней мере, не заберешь с собой в могилу всех, кто тебе дорог.

— Ничего себе!

— О да, — кивнул Цепп. — Магия сама по себе впечатляющая вещь, а эта их чертова общность и вовсе дает им неуязвимость. Поэтому, мой мальчик, если когда-нибудь тебе доведется столкнуться с контрмагом, лучше вежливо раскланяться и убраться с его пути. Именно вежливо, не забывая повторять «да, господин» или «нет, мадам».

5

— Славная у тебя птичка, лысая задница, — заметил Локки.

Контрмаг молча смерил его холодным взором. Похоже, он ожидал другой реакции.