Сон Видящей - Алексей Олейников

– Почему ты его отпустила?!

Юки опустила руки:

– Я едва сдержала его миньона, Теодорус. А в колдуне намного больше пламени Балора, чем в любом из его слуг. Сразись я с ним, вы бы все погибли. Весь остров был бы уничтожен.

– И что теперь?! Второй корабль темников уже приближается к Янтарному острову. Туата уже штурмуют гробницу Короля!

Юки опечалилась:

– Люди Короля ее защищают? Я же просила…

– Это наш долг!

– Теодорус, ты заглядывал в гробницу?

Лепрекон смутился, наверное впервые в своей долгой жизни:

– Я боюсь, Юки. Боюсь, что он окажется там…

– Друг мой, ты просто мало веришь, – она взяла его за руку. – Пойдем.

Теодорус разломил табличку, радужный водоворот поглотил их, чтобы через мгновение выбросить на ступенях Тронного зала, в недрах хрустальной горы.

– Уходите! – закричал один из служителей Короля, высокий мужчина с седыми висками. – Они сейчас сломают двери! Слишком поздно, Теодорус!

Он выпучил глаза, глядя на Юки.

Створки высоких дверей из белого дуба, изукрашенные светлым серебром, разлетелись облаком щепок, сквозь который ворвались туата.

Пламенноволосые и белокожие демоны, их клинки пели, а брошенные копья возвращались в руки, доспехи из красной меди и белого золота уже не сияли, потому что кровь скрыла их блеск. Они так долго об этом мечтали, так долго копили силы и лелеяли свою месть спящему Королю людей, символу власти Магуса, они так долго шли к этой цели.

Они замерли на пороге. Вперед выступил Аодх, опираясь на обагренное красной кровью копье:

– И вновь мы встречаемся с тобой, девятихвостая. Но теперь мы не отступим. Ты здесь, чтобы помешать нам?

– Чтобы спасти этих людей.

Глаза туата сверкнули:

– Что тебе до них?! Ты первая!

– Это моя прихоть, – сказала Юки. – Мы, лисы, такие непостоянные. Отдай их мне, Аодх Ветер, и я пропущу тебя к гробнице.

Туата размышлял недолго:

– Их песня закончена, их судьба не важна. Забирай этих короткоживущих. Даже этого лепрекона забирай. Гнев господина моего Луга все равно его настигнет.

Он надменно указал на Теодоруса.

– Мы поглядим еще, кто кого настигнет, – буркнул Теодорус.

Юки склонила голову:

– Благодарю тебя, благородный Аодх.

Теодорус свел оставшихся служителей в круг. Израненные и окровавленные, они взялись за руки, Теодорус разломил табличку и исчез.

– Ты останешься? – удивился Аодх.

– Всегда была любопытна, – сказала Юки. – Хочу видеть, как свершается судьба.

Туата не удостоил ее ответом, он дал знак, и его воины двинулись вверх по лестнице, к дверям, запиравшим гробницу Спящего Короля.

Густ был слой пыли на ступенях, ноги их утопали в ней. Первые в безмолвии поднялись, коснулись дверей из горного хрусталя. Те разошлись легко, словно давным-давно ожидали их прикосновения. Аодх, обнажив меч, соколом взлетел по ступеням:

– Артур! Король, спящий под горой, кончилось твое царствование, истек срок твоего королевства! Нет больше места Магусу на Авалоне, не останется скоро и следа от твоих людей.

Туата ворвался в гробницу, и дикий, безумный крик сотряс стены, всю хрустальную гору. Она зазвенела как бокал, огромная чаша до небес, резонируя и усиливая крик, одну-единственную фразу:

– Где Спящий Король?!!

Туата не успели ее остановить, Юки ловко проскочила мимо них и встала в дверях.

Гробница Короля, саркофаг из цельной глыбы хрусталя, был пуст. Внутри лежали меч и доспехи, в ногах лежал щит Артура с его подлинным гербом – белым солнечным оленем на синем фоне, лежали перчатки и поножи, но тела, тела Спящего Короля не было. Ни костей, ни праха.

Аодх одним ударом вогнал меч по рукоять, расколол плиту, покрывавшую саркофаг, и в облаке хрустальных брызг в боевом безумии возопил:

– Куда ты ушел? Где Спящий Король?

– Все завершилось, и все начинается вновь, – торжественно сказала Юки. – Король ушел, чтобы вернуться.

Аодх бешено развернулся, но кицунэ уже не было.