Импровиз. Сердце менестреля - Владислав Русанов

– Почему? Ведь в сказках маги колдуют не только со скрипками или фаготами. Они вызывают бури и грозы, им подчиняются лед и пламя. Они повелевают душами людей.

– Но это же всего лишь сказки! Если Ланс и повелевает душами, то исключительно через музыку…

– Не знаю, как он там повелевает, но меня он лишил благосклонности моей собственной жены. Нет, нам не ходить с ним по одной земле.

– Пран Деррик, его заточат в подземелье…

– Не заточат! – Гвардеец снова поднес бутылку к губам.

– Это еще почему?

– Потому что до Северной башни он не доедет.

– Я вас не понимаю? Почему не доедет? – В груди Коэла зародились нехорошие предчувствия.

– Потому.

– Ну уж нет, пран Деррик! – Капитан стражи заставил себя улыбнуться, хлопнул собутыльника по плечу. – Начали рассказывать – извольте продолжать! А то я от любопытства умру. Неужели прана Леаха вздумала подписать помилование? Или кто-то решил выкупить менестреля у Дома Черного Единорога? Ну, например, король Браккары или король Унсалы?

– Это было бы для него хорошим уроком… – скривился Деррик. – Смерть в садке с миногами. – Он мечтательно закатил глаза. – Но нет! Все гораздо проще. Не знаю, зачем я вам это рассказываю… Нет. Не буду.

– Пран Деррик, – скрипнул зубами альт Террил. – Я думал, у нас дружеские отношения.

– Ну да… Только с Лансом альт Грегором они у вас еще более дружеские, насколько я знаю. Не нужно вам этого знать. Если бы я не выпил столько вина, то смолчал бы. Прошу меня простить. Вы, кажется, собирались проверять караулы.

– Собирался. – Коэл поднялся с табурета, одернул мундир. – Теперь не буду. Я прямиком отправляюсь к прану Гвену альт Расту и прошу его дать мне пояснения!

– При чем тут пран Гвен? – Деррик икнул. – И не надо ни к кому ходить.

– Ничего. Я схожу. Мне не тяжело. Пусть усилит охрану.

Коэл шагнул к двери, но альт Горран с неожиданным для пьяного проворством заступил ему дорогу.

– Никуда вы не пойдете!

– Это еще почему?

– Потому, что я не позволю.

– Не позволите? Я – капитан дворцовой стражи!

– А я – капитан гвардии его светлости!

– И разве вы имеете право приказывать мне? – Закипая, альт Террил попытался обойти Деррика.

– Гвардия стоит ближе к трону!

– А мне плевать. Я на службе и волен идти куда хочу.

– По службе – да! Но не спасать убийцу герцога.

– Пран Деррик, я вас умоляю… Ведь все знают, что Ланс не убивал его светлость.

– То есть признание он сделал просто так. Под воздействием неборо… неробо… необоримого желания очернить себя в глазах знати Аркайла.

– Мало ли чем ему угрожали? Пран Деррик, пропустите меня. Вы пьяны. Завтра вас будут мучить угрызения совести.

– Меня? Что за чушь? Мне так хочется плюнуть на его могилу…

– Пропустите меня, пран Деррик! – взревел Коэл, хватая гвардейца за плечо и силясь оттолкнуть его в сторону.

– Да ни за что, тысяча болотных демонов! – Деррик сбросил его ладонь. – Клянусь муками святого Кельвеция, вы останетесь здесь со мной до конца этой стражи. А после отправляйтесь на все четыре стороны! – Капитан гвардии покрепче уперся ногами, спиной заслоняя дверной проем.

Несмотря на молодость, он превосходил альт Террила и ростом, и весом. Такого с места не сдвинешь. Вернее, смог бы кто-то другой, только не худой и жилистый, но невысокий и легкий капитан стражи.

– Щенок! – взорвался Коэл. – Немедленно с дороги!

Пальцы обхватили шершавую и такую родную рукоять шпаги.

Деррик повторил его движение, глядя дерзко и решительно.

– Может, попробуете пройти сквозь меня?

– Мальчишка… – простонал Коэл. – Я же убью тебя. Последний раз прошу… Нет, умоляю! Прочь с дороги!

– Убьете? Я не боюсь. У меня есть шпага, и вы сами учили меня владеть ею. В крайнем случае я могу потерять всего лишь жизнь, но честь терять нельзя. Вот чего я боюсь, так это потерять честь. Но, кажется, вашей троице это понятие уже незнакомо? – Деррик оскалился.

Перед глазами Коэла поплыла багровая пелена. Да как он смеет? Пенять ему? Или Регнару? Или… Или Лансу мог? Нет, альт Грегор, конечно, совершал ошибки, спотыкался на дороге нравственности и падал, но честью не поступался никогда.

– Не вам рассуждать о чести, пран альт Горран, – сдерживая клокочущую в горле ярость и стараясь говорить с прохладцей и налетом презрения, процедил Коэл. – Не на моих ли глазах вы давали ложную клятву верности?

Его укол достиг цели. Деррик кинулся вперед, вытянув руки со скрюченными, словно когти ястреба, пальцами, и попытался сграбастать Коэла за горло.

«Если ты выше противника, это – твое преимущество, воспользуйся им, – учил когда-то альт Террила знаменитый мастер игры клинков из Трагеры, обожженный солнцем и обветренный, будто дубовый кофель-нагель. – Если ты уступаешь ему в росте, это – тоже преимущество, сумей обратить его себе на пользу».

Коэл присогнул ноги, ныряя под захват, и подставил альт Горрану плечо. Молодой гвардеец врезался в него с разбегу. Удариться об костистое и тощее плечо капитана стражи было равносильно тому, чтобы напороться на угол комода. Деррик охнул. Воздух со свистом вышел из его легких. И тут же холодное лезвие кинжала прижалось к его горлу. Как раз под кадыком.

– Лопнуло мое терпение, молокосос, – свистящим шепотом произнес Коэл. – Во двор, быстро!

Они прошли по короткому коридору. Деррик пятился как рак, стараясь лишний раз не дернуть головой. Альт Террил шагал пружинисто, ощущая бесшабашную лихость. Драка между капитанами гвардии и дворцовой стражи – случай неслыханный. Чем бы она ни закончилась, виновники понесут самое строгое наказание. Если повезет и отделаются малой мерой, увольнение и изгнание из столицы. Если не повезет, то тюрьма, галеры или каменоломни. Ну, и лишение всех привилегий дворянства, само собой. Неизвестно, осознавал ли это Деррик, но Коэл за недолгий путь представил свою дальнейшую судьбу до мелочей. Представил ярость Жермины, вынужденной уезжать с детьми в глухую провинцию и влачить там жалкое существование. Возможно – о, ужас! – ей придется даже подыскивать себе работу. Хотя что она умеет? Вышивать, рожать и пилить мужа? Вот пусть помучается теперь без него. Коэл ощущал холод и пустоту под ложечкой, но не страх. Только азарт и злость. Как в юности, когда не задумываешься: а чем для тебя может обернуться участие в дуэли? Просто вытаскиваешь клинок из ножен и бросаешься в схватку. А что там потом? Да хоть виселица! Зато играет кровь и готов один выйти против роты врагов!

На крыльце Коэл неторопливо убрал кинжал, глядя гвардейцу в глаза, а потом залепил смачную оплеуху. Не обычную пощечину, принятую у знати, когда кончики пальцев едва-едва касаются щеки противника, а всей ладонью, в ухо, с размаха.