Маг моего сердца - Марина Дробкова

И вся площадь, как один, включая герцога, опустилась на колени. Я последовала общему примеру, чтобы не выделяться.

Хотя мне начинало казаться, что все это заговор и хорошо продуманная стратегия Энрике. Но даже если так – мне грех жаловаться.

Спустя несколько минут приглушенных бормотаний священник громко произнес: «Амен». И люди поднялись с колен.

– Ваше решение, братья? – торжественно провозгласил Энрике.

Стоящий впереди всех плечистый кузнец откашлялся и произнес:

– Пусть строит! Верно говорю, люди?

– Верно, верно!

– Пускай строит, мы поможем!

– Всем смертям не бывать, а за доброе дело не жалко!

– Господь примет!

Я не могла поверить, что слышу это. Повернувшись к Энрике, одними губами произнесла: «Спасибо», прижав к груди руки.

С плеч словно свалилась огромная тяжесть. Неужели над площадью все еще не играет танго?

Громко поблагодарив людей города, я отправилась кормить дочь. Сразу же после этого займусь постройкой моста – теперь я обязана это сделать хотя бы и ради них.

* * *

С Ральфом Фиджи желал пообщаться кто-то из центральной резиденции Лиги. Вызов поздний, а значит – неофициальный. Ральф давно был готов к нему. Вечерами он подолгу задерживался в кабинете – ждал.

Запалив вечную свечу, он не удивился, увидев Роба Сен-Анри, одного из творцов, обычно занимающего место справа от Среднего.

– Вечер добрый, справедливейший!

– Здравствуй, Ральф.

Сен-Анри выдержал паузу, внимательно разглядывая лицо Верховного контролера. Словно пытался прочитать на нем то, что и так отлично знал.

– Лига и креадоры, – продолжил он затем, – догадываются о причинах возникновения Мира-на-краю.

– Могу я спросить, какими фактами располагает Лига? – в голосе Ральфа не было ни тени беспокойства.

– Можешь. И хотя я не обязан тебе отвечать, я отвечу: фактов нет. И потому оснований выдвигать против тебя обвинение – тоже нет. Но у каждого из нас есть здравый смысл, а также способность видеть и делать выводы.

Ральф молчал, ожидая продолжения.

– Магическое сообщество на стороне Баумов, которых ты обрек на тяжелые испытания, потворствуя низменным страстям и воспользовавшись несовершенством наших законов.

– Разве законы пишутся не творцами? Разве они не подразумевают неукоснительного исполнения? – возразил Ральф.

– Так и есть, – усмехнулся Сен-Анри. – Но до сих пор случая, подобного нынешнему, история не знала, поэтому законодательство придется пересмотреть. Мы очень признательны тебе за то, что ты помог выявить его недостатки.

– Благодарю, – ответил Ральф, наклонив голову. – Хотя и считаю, что не заслуживаю похвалы.

– Не заслуживаешь, – кивнул творец. – Ты заслуживаешь всеобщего порицания и справедливого возмездия. И я пришел предупредить: вне зависимости от исхода ситуации с Баумами, ни один порядочный маг больше не захочет иметь с тобой дела. Поэтому предлагаю тебе добровольно уйти с поста Верховного контролера. Иначе я все равно добьюсь, чтобы ты лишился этой должности.

Лицо Ральфа оставалось бесстрастным.

– Я понял вас, – произнес он наконец.

– Я не сомневался, что ты умный человек, – отозвался Сен-Анри и отключился.

Ральф некоторое время сидел неподвижно. То, что сказал творец, принесло, скорее, облегчение. Ральф сам давно уже устал от этой ситуации – и жаждал развязки.

Он позвонил в колокольчик. Явилась Линда в пеньюаре, слегка удивленная – она давно уже ждала его, лежа в постели.

– Раздевайся! – бросил Ральф, не глядя на нее.

Линда довольно терпеливо воспринимала перепады его настроения. Так случилось и сейчас: она молча сбросила все с себя и осталась стоять голая посреди кабинета.

– Нагнись! – приказал Ральф.

Линда наклонилась, упираясь руками в колени.

С минуту Ральф разглядывал ее в такой позе. Потом приблизился и, едва расстегнув брюки, вошел в нее сзади – довольно грубо. Линда попыталась было сказать, что ей больно, но Ральф звонко шлепнул ее по попе. Девушка тихонько вскрикнула и больше уже не возражала.

Ральф так и не женился на ней и сейчас понимал, что уже не сделает этого. Дотянувшись, он одной рукой принялся мять ее тяжелую грудь – Линда застонала. Он стал двигаться быстрее, придерживая ее за бедра, и в конце концов кончил, не издав ни звука, после чего на некоторое время замер, плотно прижимая Линду к себе. Потом придвинул ногой стул и резко вышел. Девушка оперлась руками о сиденье, ее пошатывало, кружилась голова. Погладив рукой место, где едва заметно розовел след от шлепка. Ральф скомандовал:

– Одевайся. И иди спать.

Разогнувшись, она схватила одежду и, кое-как набросив пеньюар, выскочила за дверь.

– Я хочу, чтобы ты запомнила меня таким, – произнес он, когда дверь за ней закрылась.

…Через полчаса Ральф уже торопился на поезд, отправляющийся в Мир-на-краю.