Нашествие. Москва-2016 - Лев Жаков

— Это же метро! — воскликнул Кирилл, заметив, как блеснули внизу рельсы. — Тоннель метро. По нему можно на станцию… А решетку как снять?

Он вцепился в толстые прутья, подергал, потом лег, наклонил голову, осмотрел края отверстия. Концы прутьев были утоплены в бетон — не вырвать никак. И не сломать, конечно, а чтобы их перепилить, столько времени понадобится…

Он поднял глаза на Лешу с Яковом.

— Никак. А в этой трубе что дальше, куда она ведет?

— В сортир ведет. Э, слышите? — Леша ткнул пальцем вниз.

Донесся приглушенный крик и топот ног. Старик погасил фонарик, когда тоннель внизу озарился новым светом. Лучи нескольких фонарей беспорядочно дергались, прыгали из стороны в сторону.

Снова раздался крик, потом возглас и трехэтажный мат.

Свет стал ярче, замелькали тени — с десяток человек пробежали внизу, наполнив тоннель стуком, сиплым дыханием, криками и руганью. Специфическая это была ругань, она изобиловала такими выражениями, которые обычный честный матерщинник, как правило, не употребляет.

— Бритые все, на зэков смахивают, — шепотом сказал Яков.

Люди исчезли из вида. Последним бежал высокий тощий человек в строительной каске, на которой тускло светил фонарик. Сквозь стук шагов донеслось шипение, и Кир чуть не подскочил, вцепился в прутья обеими руками.

— А-а-а! — взревел тощий, оглянувшись, и вдруг упал, зацепившись за шпалу.

Четыре существа величиной с кошку прыгнули на него сзади. Он хрипло завопил: «Братва! Помогите!», перевернувшись на спину, сбросил с себя одну тварь, сорвал с бритой головы каску и врезал ею по другой, и тут третья вцепилась ему в горло. Кир смотрел не дыша. Узкие морды, желтые глаза, длинные тонкие хвосты… что это за существа? Они появились оттуда же, что и пятнистые гиены, не было таких раньше на планете! Гиены напоминали разом несколько земных животных, и эти тоже казались гибридом — крысы, кошки и лисы. Хотя кошки — в меньшей степени, не было в них никакой пушистости, мягкости, не было кошачьей вкрадчивости движений — только свирепая кровожадная быстрота. И еще они шипели так, что озноб пробегал по коже и на лбу выступала испарина.

Зэк снова заорал, крик сорвался на визг, он забулькал, когда одна тварь приникла к его горлу. Дернув ногами, застыл.

Шипение смолкло, но твари не стали рвать тело. Отбежали к ногам мертвеца, вцепились в них зубами — в ботинки, в штаны… И, пятясь, с приглушенным шипением поволокли обратно по туннелю. А мимо уже спешили другие — не обращая на возвращающихся товарок внимания, они понеслись вслед за беглецами.

Еще некоторое время эхо доносило далекие крики, а потом в туннеле все смолкло. Кирилл отпустил решетку и сказал безжизненным голосом:

— У вас же ружья, надо было стрелять в них.

— Не было смысла, — сказал Леша и закашлялся — мучительно, с судорожными хриплыми вздохами, схватившись за шею двумя руками.

— Ничем бы мы ему не помогли, Кирилл, — тихо произнес Яков, с жалостью глядя на друга.

Кир молча привстал, перешагнув через решетку, протиснулся мимо содрогающегося в спазмах Леши, снова опустился на четвереньки и пополз по трубе, включив фонарик.

Вскоре она закончилась, и к этому времени смолк кашель позади. Труба выходила под потолок облицованного плиткой длинного помещения с разбитыми писсуарами и сломанными перегородками кабинок, где стояли унитазы. Оглядев все это сквозь решетку с тонкими прутьями, Кирилл кое-как перевернулся, ногами вышиб ее и спрыгнул. Прошелся вдоль стены с раковинами, и над одной увидел потрескавшееся зеркало. В свете фонаря там отразился некто лохматый и грязный, с рюкзаком за спиной и катаной на боку, выглядевшей нелепо в сочетании со всем остальным. Кир покачал головой и направился к двери в другом конце помещения.

Вскоре из отверстия под потолком показались Яков с Лешей.

— Замок есть, а ручки нет, — сказал Кир равнодушно, когда они подошли к нему. Голос звучал гулко, отдаваясь коротким эхом. — Выбить легко. Давайте, пушки свои приготовьте.

Спутники подняли оружие, а Кирилл попятился, с разбега врезался в дверь плечом — и вылетел вместе с ней в следующее помещение.

Оно напоминало строительный склад: под стеной рядком стояли отбойные молотки, под другой — длинный железный стеллаж, заполненный обрезками труб, ящиками с гайками, винтами, гвоздями и шурупами, разводными ключами, молотками, плоскогубцами, рашпилями и прочим в том же духе.

— Что тут у нас? — Леша прошелся по помещению. Выглядел он больным, лицо бледное, походка вялая. — Так-так, ага… «Пропан-бутан», — прочитал старик надпись на баллоне, который стоял в углу возле ящика, полного железных опилок.

Здесь были две двери: та, через которую они вошли, и другая, у стеллажа. Яков толкнул ее стволом ружья, заглянул, потом шагнул в проем. Кир, набрав жменю гаек из коробки со стеллажа, вошел за ним. Эта комната была поуже, под стеной стояли две койки, между ними — стол и стул без одной ножки. На столе пожелтевшая газета с рыбьими косточками, а рядом, разложенные длинным зигзагом с отходящими в стороны «ветками», костяшки домино. Еще там были четыре стакана, пепельница, полная папиросных окурков, лежащая на боку пустая бутылка из-под водки и три пивные, тоже пустые.

В дальней стене, рядом с вешалкой, где висели ватники, была дверь. Яков сразу пошел туда, а Кир устало присел на край койки. В комнату шагнул Леша, увидел дверь и направился к ней. Вдвоем с Яковом они попытались открыть ее — дверь немного сдвинулась и застряла.

— Кирюха! — позвал Леша.

Вздохнув, Кир подошел к ним, посветил в щель фонариком.

Снаружи было просторное помещение, заваленное всяким металлическим хламом — он громоздился до потолка и мешал двери раскрыться.

— Выше посвети, — сказал Леша и снова раскашлялся. Прижимая ко рту кулак, невнятно заговорил: — Лестницу вижу. Широкая, наверх идет… По всему — до поверхности недалеко совсем.

— Но как открыть? — возразил Кирилл.

Леша попятился и сел на койку.

— Там баллон есть, — заметил он неопределенно.

Яков вопросительно посмотрел на него, потом на Кирилла. Помедлив, тот произнес:

— Пропан-бутан, сжиженная смесь двух нефтяных газов, не ядовит, при смешении с воздухом образует взрывоопасную смесь.

— Вот именно, — подтвердил Леша. Голос у него был совсем слабый, едва слышный. — Именно что взрывоопасную. Можем спрятаться на складе, тут поджечь тряпье, баллон открыть…

— Опасно, — сказал Кир.

— Да жизнь-то теперь вообще опасная пошла. А как еще? Там, за лестницей, ход наверх точно есть.

— Тот ход тоже чем-то перекрыт может быть, — возразил Яков. — Но вообще, конечно, можно и взорвать.

— Ну вот, значит, подтащим его, — говоря это, Леша выпрямился. Взмахнул руками и вдруг повалился вбок. Если бы он упал назад, то очутился бы на койке, а так рухнул прямо на пол, ударившись головой о стену.