Падшие боги - Антон Грановский

Глеб сгреб вещицу, развернулся и пошел к двери. Только за дверью он взглянул на то, что держал в руке, и увидел, что это терракотовая дощечка с портретом княжны.

Покинув княжий терем, Глеб неторопливо брел по широкой, плотно накатанной городской дороге. В душе у него было пусто и тоскливо.

«Кто я теперь? – думал Глеб. – Что я? И куда податься?»

За спиной послышался топот. Глеб обернулся и увидел бегущего к нему со всех ног княжьего холопа.

– Уф-ф… – выдохнул Липок, останавливаясь. – Насилу тебя догнал, чужеземец. Вот, держи!

Он протянул плотный кожаный мешочек.

– Что это? – не понял Глеб.

– Золотые солиды! За то, что ты принес пробуди-траву!

Глеб прищурился на лакея и недобро спросил:

– Кто передал?

– Советник Егра, – ответил тот. – Ну, бери!

Секунду поколебавшись, Глеб взял кошель и сунул его в карман.

– Удачи, чужеземец! – улыбнулся Липок. – И да помогут тебе боги!

Он развернулся и быстро зашагал к терему. Глеб посмотрел холопу вслед, вздохнул, развернулся и побрел по вечерней улице куда глаза глядят.

Минут двадцать он шел, не поднимая головы и не глядя по сторонам. А когда остановился, увидел перед собой большую избу с коровьим черепом, прибитым над дверью. Так вот куда привели его ноги. В кружало!

Орлов усмехнулся. Что ж, не самый плохой вариант. Он вынул из кошеля несколько монет и положил их в карман, а сам кошель запихал за пазуху.

8

Прошла ночь, и наступил день. Потом снова пришел вечер. За ним снова последовала ночь. Днем Глеб пил в кружале брагу и сбитень, а ночью валялся на топчане в комнатке, которую он снял у целовальника Озара за пару наменянных серебряных монеток.

В тот день он тоже пил, но не один и не со здешними купцами. За дубовым столом рядом с Глебом сидел высокий худощавый человек с гордым лицом и темными, жидкими, зализанными назад волосами. Это был гофский путешественник Ренсен.

– Я устал пить, – говорил ему Глеб, вновь наполняя свою кружку брагой. – Но я не знаю, что мне делать.

Ренсен кивнул и сказал:

– Озар говориль, ты приходиль из другой страна?

Глеб отхлебнул браги и ответил:

– Да. Моя страна называется Россия.

Путешественник наморщил сухой лоб.

– Я не слишать такой страна, – сообщил он.

– Еще услышишь. Она огромная, у нее великая история, обалденная литература и музыка, и еще в ней много нефти, дорог и дураков.

На лице путешественника отобразилось легкое недоумение.

– Прости, но я не все понималь.

– А тебе и не нужно. Видел на небе звезды?

Путешественник посмотрел на потолок и кивнул:

– Та. Видель.

– Это называется космос. И первым туда полетел наш российский парень – Юрий Гагарин.

Ренсен обдумал его слова и сказал:

– Мне надо выпиваль.

– Мне тоже, – отозвался Глеб.

Орлов взял кувшин и разлил брагу по кружкам. Они стукнулись кружками и выпили.

– Хороший браг, – похвалил Ренсен. – Но наш биар люшче.

– Биар?

– Та. Солодов биар. Очшень вкусно.

– Значит, вы уже умеете варить пиво? Это здорово! А что вы еще умеете?

– Много что. У нас есть поуп. Он живет в Рим и говорить с Богом. И Бог говорить нам, как делять карашо. – Ренсен отпил браги и вздохнул. – Но я не верить поуп.

– Почему?

– Потому что поуп – человек, а не Бог.

– Логично, – согласился Глеб.

Несколько минут они пили молча.

– Когда ты будешь вернуться домой? – спросил после паузы Ренсен.

– Не знаю, – ответил Глеб. – Кажется, я застрял здесь надолго.

– Это дикий страна. Здесь много злой.

– Согласен, – кивнул Глеб. – Но один умный человек сказал: нужно делать добро из зла, потому что его больше не из чего делать.

Путешественник улыбнулся:

– Я понимать. Это очшень мудрый слова. Давай выпьем за этот слова!

– Давай! – согласился Глеб.

Они снова выпили. Глеб поставил на стол опустевшую кружку, пристально посмотрел гофскому путешественнику в лицо и спросил:

– Скажи мне, Ренсен, для чего ты путешествуешь?

– Ну… – Ренсен пожал плечами. – Я хотель искать Бог. Хотель искать ответ.

– Какой ответ?

– Кто я? Зачем я?

– Нашел?

Путешественник покачал головой:

– Нет.

– А если бы эти ответы оказались слишком страшными? Ты все равно хотел бы их выслушать?

Ренсен задумался на несколько секунд, после чего кивнул головой и уверенно проговорил:

– Я бы хотель.

На губах Орлова появилась невеселая усмешка.

– А я знал одного человека, который отказался от знания.

– Почему?

– Не знаю. Наверное, струсил. А теперь он мучается и не может найти себе места.

– Поделом вор и мука, – строго выговорил Ренсен.

– Да, ты прав. И все же… Как думаешь, у этого человека есть второй шанс?

Прежде чем ответить, Ренсен все обдумал. После чего изрек:

– Шанс бывать всегда. Но мы не всегда его смотреть.

Глеб вздохнул и сказал:

– Весело с тобой, путешественник. Но, пожалуй, мне пора пройтись по свежему воздуху. Бывай здоров, гофский странник.

– И тебе здоров.

Глеб встал из-за стола, пожал Ренсену руку и двинулся к выходу.

На улице было сыро и зябко. Подступали холода.

– Пода-а-айте убогому сиротке… с го-о-олоду помираю, – заблажил у крыльца кружала нищий.

«Боги подадут», – хотел ответить Глеб, но, сам не зная почему, остановился и полез в карман за монеткой.

Когда он передавал монету нищему, тот вдруг ухватил Глеба за запястье. Хватка у него была железная. Глеб хотел выругаться, но тут лицо его дрогнуло, и он изумленно проговорил:

– Громол!

«Нищий» улыбнулся:

– Приветствую тебя, Глеб!

Глеб бросился к охотнику, и они крепко обнялись.

– Черт, как я рад тебя видеть! – радостно воскликнул Глеб. – Но, черт побери, как тебе удалось выжить? В последний раз, когда я тебя видел, ты лежал на траве и истекал кровью!

Громол помрачнел.