Дар жизни - Галина Гончарова

Приглядываться пришлось быстрее, чем я думала. Ровно через два дня.

Майло Варн едва не сорвал мою дверь с петель.

– Господину графу плохо!!!

И что оставалось делать? Только подхватить на плечо сумку и прыгнуть в карету.

По дороге Майло вводил меня в курс дела.

Графиня была довольна, спокойна и ожидала рождения ребенка. Слуги перевели дыхание, потому как прислуживать взбалмошной и недовольной жизнью истеричке – удовольствие ниже среднего. Господин граф тоже жил спокойно.

И тут…

– Что случилось с господином графом?

– Рвет его. Сильно рвет. Говорит, желудок болит…

При таком расплывчатом описании, это могло быть что угодно. Что – непонятно.

Впрочем, все мысли вылетели у меня из головы, когда я увидела графа. Мужчина едва дышал – в прямом смысле слова. Его безжалостно выворачивало над серебряным тазиком.

Я дождалась конца приступа, шуганула слугу, и взяла мужчину за запястье.

Тут много силы не надо, так, крохи…

И тут же разжала пальцы.

Граф был отравлен. Так же, как и его супруга, только графине повезло. Она молока напилась, и действие яда было ослаблено. А граф?

Да что тут вообще творится?

Я посмотрела зрачки графа на свет.

Расширены. Кожа на лице красная… от рвоты, или все же я узнаю яд?

Похоже, так и есть. Графу досталась слишком большая доза, в результате, его начало рвать слишком быстро. Ошибка неопытного отравителя?

Да, очень похоже.

– Во рту сухо?

Граф посмотрел на меня, словно не соображая, где и с кем он говорит, но потом кивнул.

– Д-да. Сухо…

Угадала. Волчье лыко.

Графине подсунули небольшое количество яда, вот и не вышло ничего. Графу – слишком большое. Повезло, просто повезло. Досталось бы это графине – хоронили б и ее, и ребенка.

Перевести дух я смогла только через два часа.

Граф вытянулся на подушках бледный, словно смерть. Но живой.

Может, даже отделается месячным расстройством желудка. Если повезет, потом я смогу полечить его своей силой, если не повезет – пусть обращается к придворному магу, или еще к кому, все же это яд. И проблемы с желудком у мужчины непременно будут.

– Что вы сегодня ели, ваше сиятельство?

Граф задумался.

– С утра…

– Нет-нет. Незадолго до тошноты. Часа за два, не больше?

– У меня был полдник. Травяной взвар и блинчики с ягодами.

Я прищурилась.

– Любите сладкое, ваше сиятельство?

– Нет.

– Но…

– Захотелось.

Я смотрела на графа, и понимала, что мужчина крутит хвостом. И как тут быть?

Я выдохнула. Собралась с духом.

– Ваше сиятельство, если бы яда было поменьше, вас бы сейчас уже холопы отчитывали. Если вы не любите сладкое, объясните, откуда взялись блинчики?

– Яд?

– Да.

– Думаете, это нарочно?

Думаю?

Да я точно знала, что это нарочно! Кой дурак волчье лыко с калиной попутает? Даже мне, аристократке, няня показала эти ягоды чуть ли не на третьем году жизни. Ребенок же!

Бегает везде, все в рот тянет… вот раскусила одну ягодку, и на всю жизнь зареклась. Такая гадость!

И что? Слуги у благородных господ дурее меня?

Кто-то ягоду сорвал, кто-то принес, обработал, приготовил – и никто ничего не заметил? На всех дружно слепота напала?

Так не бывает.

– Ваше сиятельство…

Граф раскололся достаточно быстро. История была не слишком красивая, но вполне обыденная.

Мужчина засиделся за счетами. Сел с утра и только к обеду голову поднял. Вышел из кабинета, и тут мимо несут блинчики и взвар. И так пахнет…

Благородный граф чуть слюной ковер не залил. И присвоил поднос.

А в ответ на заявление, что это для госпожи графини, махнул рукой. Мол, сейчас еще поджарят, невелика беда.

Все он понимал. Но захотелось. До звезд в глазах захотелось блинчика. Вот именно здесь и именно сейчас. Хотя в обычное время господин граф считает, что лучшее сладкое – это мясное.

Я кивнула.