Призрак - Александр Рудазов

По всей видимости, работал он именно здесь, в театре драмы. И явно не уборщиком — вокруг зеркала висело несколько потрепанных фотографий, изображающих его же, но более молодого. В основном на сцене, в разных костюмах.

— Актер, хе, — осклабилась Стефания. — Люблю работать с богемой.

Ждать пришлось недолго. Не прошло и четверти часа, как актер грузно поднялся со стула, сделал два шага и… упал. Упал лицом вниз, как подрубленное дерево.

Судя по тому, что его призрак так и остался стоять, умер он еще на ногах.

Около минуты актер таращился на свое тело. Потом его плечи опустились, в глазах отразилась тоска. Он безнадежно посмотрел на Данилюка со Стефанией и спросил:

— Все, да? Конец?

— Не то чтобы совсем окончательный конец, но… да, это конец вашей земной жизни, — подтвердил Данилюк. — Так, значит, вы у нас Гнилосыр Геннадий Артемович…

— Гнилосыр?! — резко повернулась Стефания.

— Просто Гена, — устало попросил актер. — Пожалуйста.

— Хм… а что-то я на афише такой фамилии не заметил, — сказал Данилюк. — Я, конечно, особо не вчитывался, но думаю, обратил бы внимание…

— Гнилосыр — это по паспорту, — тихо сказал актер. — Творческий псевдоним — Бестужев.

— Полезай под ноготь, декабрист хренов, — велела Стефания. — Упаковка.

Выйдя из театра, Данилюк со Стефанией уселись в кабриолет. Данилюк уже поднял его в воздух, когда вдруг запиликал смартфон. Из кармана Стефании тоже донесся какой-то сигнал.

— А, чтоб тебя, — поморщилась она. — Еще один.

— Еще один? — переспросил Данилюк, читая сообщение.

Действительно, им увеличили разнарядку на дополнительную единицу. Мол, в Уфе только что случился непредвиденный летальный исход, вы ближе всех, так что прихватите и его заодно.

— Вечно они еще хвост приделывают, — проворчала Стефания. — Ладно, полетели… куда там лететь? Далеко, близко?

— Рядом, — сверился с навигатором Данилюк. — Буквально на соседней улице.

Пока добирались, Стефания не переставала ворчать. Она сказала, что с преждевременными смертями разнарядка вообще часто приходит с опозданием. Это у предыдущих клиентов тела почти износились, вот их смерть и можно было предсказать с точностью до пары часов.

— А если кому-то вдруг нож в бочину засадили — как тут заранее угадать? — закончила Стефания.

Ножа в бочину их пятому клиенту не засадили. Он погиб так же, как Данилюк — в ДТП.

Только куда более кровавом. Машина врезалась в фонарный столб, да с такой силой, что едва не развалилась надвое. Водитель погиб мгновенно, пассажир сзади сильно пострадал, но выжил.

Именно за водителем Данилюк со Стефанией и явились. Его тело превратилось в кровавое месиво, а призрак лежал возле машины, истошно завывая. Орал и орал, орал и орал… пока Стефания не залепила ему оплеуху.

— Заткнись! — рявкнула она. — Вставай, урод!

— Я ног не чувствую! — провыл водитель. — Ног не чувствую!..

— Потому что у тебя их нет!

— Что?! Как это нет?!

— Ты сдох, придурок! — выпалила водителю в лицо чертовка.

— Я?! Я… я что?.. Что?!

— И еще одна классная новость — ты теперь отправишься в Ад!

— Что-о-о?!

— Пожалуйста, успокойтесь, — оттеснил чертовку Данилюк. — Да, у нас для вас неприятные новости — вы попали в автомобильную аварию и скончались. Мы здесь для того, чтобы проводить вас в загробный мир.

— Ка-ка-ка-ка-как это я-я-я-я у-у…

— Да заткнись ты! — прорычала Стефания, отвешивая вторую пощечину.

— Вам все объяснят в месте назначения, — терпеливо сказал Данилюк.

— Но я не хочу в ад! — выпучил глаза водитель. — Не хочу в аааад!..

— Мы проводим вас не в Ад, а в пункт распределения, — объяснил Данилюк. — А уже там решат, куда вас лучше направить.

— Но это будет Ад, — заверила Стефания.