Легенды доблестных времен - Валентин Леженда

– А может, там найдётся место и для одного скромного оруженосца?!! – с надеждой спросил Гийом, которому не очень хотелось плестись обратно в город пешком.

Сэр Бонифаций не удостоил слугу ответом, и они с сэром Гэвином бодро поскакали в направлении наезженной дороги, едва виднеющейся в утреннем тумане.

– Ну вот, – грустно вздохнул оруженосец, – вот так вот всегда.

Затем он перевёл взгляд на лица обступивших его со всех сторон крестьян.

Лица эти ничего хорошего ему не обещали.

«Побьют, – мелькнула мысль – как пить дать побьют».

И на всякий случай вслух Гийом добавил:

– Я не с ними, я просто так мимо шёл…

Казалось, местные ему поверили, и парень с облегчением поспешил прочь.

Трактир, где остановились благородные рыцари, назывался «Чёрная рука». Странное, что и говорить, название, однако при беглом взгляде на вывеску всё сразу становилось ясно. К этой вывеске и в самом деле была прибита самая что ни на есть настоящая человеческая рука чёрного цвета.

Говаривали, что рука эта некогда принадлежала одному могущественному негроманту – злобному колдуну, держащему в страхе славные земли на протяжении нескольких веков, пока его не истребил благородный рыцарь со странным именем Куклуксклан Несокрушимый.

Но было то давно в глубокую старину, а рука так и осталась висеть, прибитая к вывеске, и иногда (опять же говаривали!) она демонстрировала проходящим мимо горожанам очень неприличные жесты весьма оскорбительного характера.

Может, и не врали слухи, кто его знает.

Желая убедиться в правдивости знаменитой легенды, сэр Гэвин, оставив сэра Бонифация дожидаться в трактире заказанного завтрака, вышел на улицу, где накрапывал небольшой дождик.

Утренние улицы в такой ранний час были пустынны.

Как объяснил ему трактирщик, следовало отойти от вывески ровно на восемь шагов и уставиться немигающим взглядом на прибитую к облезлой доске руку.

Так сэр Гэвин и поступил, скрупулезно отсчитав шаги и не мигая уставившись на усохшую конечность.

Прошло пять минут, десять…

Разочарованный сэр Гэвин уже было собрался вернуться в трактир, откуда распространялся дивный запах запечённых в тесте перепелов, как вдруг (о чудо!) чёрная рука ожила и, сжавшись в кулак, отставила вверх средний палец.

Лицо благородного рыцаря залила краска.

Что ж, он сам виноват, хотел убедиться и убедился. Как ни странно, городские легенды не врали, что само по себе редкость.

Вернувшись в трактир, сэр Гэвин попытался скрыть свой гнев, надвинув на лицо забрало и напустив на себя показную беззаботность.

– Ну что легенды? – усмехнувшись, поинтересовался сэр Бонифаций, насадив на длинный стилет хорошо прожаренное крылышко.

– Легенды не врут, – спокойно ответил сэр Гэвин и, чувствуя, что лицо уже остыло, со скрипом поднял забрало.

– Дьявольщина! – удивлённо воскликнул сэр Бонифаций. – Я готов был побиться об заклад, что всё это пьяные россказни местных завсегдатаев.

Дверь трактира скрипнула, и в помещение завалился намокший под дождём Гийом.

– Ну как? – Сэр Гэвин с нетерпением посмотрел на своего слугу.

– Я распорядился накормить и почистить вашу лошадь. Сказал конюху, что через несколько часов мы выезжаем.

– Молодец, а как там твой пони?

– Пони издох, – скорбно сообщил Гийом, с траурной миной на лице стягивая с головы широкополую шляпу.

– Как?!! – Сэр Гэвин даже привстал из-за обеденного стола.

– Несварение желудка! – сокрушённо развёл руками оруженосец. – А всё этот местный клевер. В конце осени он не так свеж, как летом или весной.

– Да-да, я тоже что-то слышал по этому поводу, – закивал сэр Бонифаций. – Кто-то наслал на местные луга порчу. Некоторые коровы, говорят, побесились и взяли в осаду резиденцию принца Альберта, что к востоку отсюда.

– И что принц? – учтиво поинтересовался сэр Гэвин.

– Устроил настоящую кровавую бойню, задействовав наёмную армию. Славная, говорят, вышла сеча. Кажется мне, что кто-то из местных колдунов весьма недолюбливает наследника. Впрочем, что нам их проблемы.

– И то верно, – согласился сэр Гэвин, приступая к обильной утренней трапезе. – Жаль твоего пони, Гийом, на чём же ты теперь будешь ездить?

Оруженосец невозмутимо пожал плечами:

– Что-нибудь да придумаю. – И он незаметно коснулся оттопыривающего бок кошелька, набитого звонкими монетами, вырученными на рынке за проданного пони.

– Что ж, я выделю тебе необходимую сумму для покупки новой лошади.

– Вы невероятно щедры, сударь. – Гийом учтиво поклонился.

И сэр Гэвин отпустил его вялым взмахом руки.

Когда оруженосец удалился, сэр Бонифаций лукаво посмотрел на товарища:

– Мерзавец наверняка продал свою лошадку, а деньги прикарманил. То-то у него глаза бегали, когда он рассказывал о внезапной кончине своего четвероногого друга.

– Я знаю, – кивнул сэр Гэвин, аккуратно обгладывая сочное крылышко, – таков уж его нрав. Ничего не поделаешь. Те, что были до него… поверьте, этот сущий ангел по сравнению с моими прошлыми оруженосцами.

– Сочувствую вам, друг, и советую при первой же возможности послать вашего верного слугу… ну, скажем, в пещеру к горным великанам… или нет, пусть лучше во время турнира послужит человеком, меняющим мишени… знаете ли, всякое может случиться.

– На досуге я обдумаю ваше предложение, – согласился сэр Гэвин, запивая мясо чудесным красным вином.

– Кстати о турнире! – спохватился сэр Бонифаций. – Я как раз искал вас, чтобы сообщить приятнейшую новость.

– Какую же?

– Прошло пять лет с того момента, когда в последний раз в славном городе Армелот со всех земель собирались рыцари на знаменитый Турнир Чести.

– Не хотите ли вы сказать…

– Да, мой друг, именно это я и хочу сказать. На прошлой неделе король Рутур через своих глашатаев объявил о том, что снова устраивает очередной турнир.

Сэр Гэвин с восхищением смотрел на сэра Бонифация.

– Пожалуй, это самая чудесная новость из всех чудесных новостей за последние несколько лет.

– Именно! Поднимем же кубки с вином в честь столь знаменательного события.

И рыцари торжественно выпили, закусив сладковатый напиток пирогами с капустой.

Каждый рыцарь мечтал участвовать в знаменитом Турнире Чести. Само участие уже было огромным событием для каждого защитника справедливости. Ну а победа…

О, об этом следует сказать отдельно.

Победитель турнира удостаивался чести называться самым главным поборником справедливости Англии. Ему вручали чудесные посеребренные доспехи и золотой, украшенный волшебной резьбой щит. Любая нечисть разбегалась, лишь завидев сияние заряженных могущественными чародеями доспехов, ну а магический щит на расстоянии истреблял всех богомерзких созданий.