Портрет моего мужа - Екатерина Лесина

- Дура ты, Эгги, - сказал мне брат, сунув в руку свежий маковый калач. - Но ничего, как-нибудь перетрется, мука будет...

...он держал маленькую булочную, которая досталась от матери, а той - от деда, и вообще соседи полагали, будто наша булочная возникла едва ли не ранее Эсбьерга.

Здесь было... спокойно.

Море.

Город, знакомый каждой улочкой своей. Чайки и берег. Круглые камушки, которые я отправляла гулять по воде. И Мар, появившийся на склоне зимы.

- Хватит уже, Эгле, - сказал он, обводя рассеянным взглядом море. И то, сизе-серое, отпрянуло, будто тоже не желало иметь с Маром ничего общего. Даже чайки заткнулись. - Все уже поняли, как ты обиделась. Возвращайся.

- Нет.

На берегу, следовало признать, Мар смотрелся глупо. Светлый его костюм выделялся на общем тускло-сером фоне, а модные ботинки успели пропитаться водой и обзавестись плотной темно-серой коркой высохшего песка.

Кто ж в ботинках на берег ходит.

- Эгле, - голос его звучал мягко, и всем видом своим Мар демонстрировал печаль. Легкую. Светлую. Иную эйты испытывать не умеют. - Это уже не забавно.

- А это было забавно?

Интересно, у него родился ребенок?

Нет, я могла бы взять «Родовое древо», благо, продавался журнал свободно, извещая весь мир о важных событиях в мире высшего света. Свадьбы там, помолвки... или вот рождение наследника древнего рода...

- Нет, - вынужден был признать Мар. - Но я понимаю, что ты была обижена. Я извинился.

Он извинился и теперь... что?

Я должна проникнуться? Войти в положение? Или броситься на грудь со слезами? Простить, вернуться и сделать вид, что все хорошо? Просто-таки замечательно...

- Мне нужен развод.

- Зачем?

- Затем, что я хочу получить свободу. От тебя... от...

- Если тебя напугала Лайма, то я имел беседу с ее отцом. Больше она не станет вмешиваться в наши отношения.

Надо же, у нас, оказывается, отношения были, а не просто так сделка. И что значит, не станет вмешиваться? Будет тихо и мирно жить в особняке Мара в роли... кого? Второй жены? Слышала, у эйтов бывает. А я, стало быть, буду первой. И если проявлю толику смекалки, то мне тоже купят особняк. В конце концов, это же такая мелочь за спокойствие семьи.

Расписание составим.

У меня Мар будет по четным дням. У Лаймы по нечетным... или еще нужно оставить время для других любовниц, которые, как полагаю, появятся, если уже не существуют.

Почему-то именно там, на берегу, я вдруг осознала, насколько бессмысленен этот брак. Поддаться на уговоры? Вернуться? Пусть даже не в квартирку, но в собственный дом... номинально собственный, поскольку хозяином в нем будет Мар.

Он согласится.

Я нужна ему, иначе Мар не стал бы тратить драгоценное время на поиски, он терпеть не мог поездки и маленькие городки, которые называл потерянными во времени.

Издалека донесся печальный звон корабельного колокола. Стало быть, паром подходит, и на пристани уже собралась толпа, кто посмотреть, кто почту ждал, кто груз. Там всегда-то было много народу, но в дни прихода «Конунга» собирался едва ли не весь город. Мальчишки забирались на столбы, карабкались по развешенным сетям, которые к полудню успевали просохнуть и покрыться коркой соли. Ругались матроны. Лениво курили грузчики, понимая, что уж без них-то ничего не будет...

- Я хочу развод, - мне бы тоже прогуляться до пристани, показаться соседям, которые вместе решили, что благородный супруг выставил меня за дверь, верно, потому, что я оказалась бесплодна, а такого ни один мужик не потерпит.

И все почему?

А потому как учиться поехала. Вот в мозгах что-то и сдвинулась.

Я сама слышала, как престарелая Ильга говорила о том невестке, а та слушала, кивала, не смея перечить, потому как перечить Ильге - себе дороже...

...может, Мара захватить? Будет новый повод для разговоров. А не будет, так сами себе придумают. Издержки местной неторопливой жизни с вечной нехваткой новостей.

- Эгле...

- В этом нет смысла, Мар, - я позволила себе повернуться и взглянуть на пока еще нынешнего супруга. И куда подевался обычный восторг?

И сердце больше не колотится.

И вообще... он, конечно, красив. По-другому быть не может, не бывает некрасивых эйтов, но... какая-то пустая красота. Светлые волосы. Идеальные черты лица, которые не портит крохотный шрам над левой бровью. И морщины, что только-только появились, ему тоже идут. Примерно как идет тонкий галстук и этот вот костюм из светлой шерсти. Темно-синий редингот переброшен через руку. Пальцы поглаживают трость из черного дерева. Он воплощенное великолепие.

Чужое.

- Никакого. Ты меня не любишь. Я это знаю. Теперь знаю. И я не хочу жить с человеком, который меня не любит. Я хочу нормальную семью, чтобы муж и жена, чтобы дети...

...чтобы как у моего брата, который светится от счастья, сам того не замечая. И плевать ему, что Кара полновата, а волос у нее темный, - явно имперка, и вьется еще, и что говорит она с легким акцентом. Напротив, мне ее голос кажется песней, а уж ему...

- Муж у тебя есть, - Мар пожал плечами. - Дети... если тебе они так нужны...

Не понял.

И не поймет.

Я покачала головой, а чайки заголосили, вдруг и сразу, стало быть, где-то показался темный плавник косатки.

Тоже хищник, почти как Мар.

- Мне нужен муж, который будет меня любить. И детей моих тоже любить. Который не станет искать кого-то другого, более одаренного или более красивого. Я не хочу, закрывая за тобой дверь, думать, куда ты пошел. Вправду ли по делам или к очередной любовнице... сколько их у тебя? Одна, две? Кроме Лаймы... она ведь, если не ошибаюсь, будет жить в твоем доме?

- В нашем.

- В нашем она мне на хрен не сдалась.

- Это грубо.

- Это правда, - я повернулась к морю и прищурилась, пытаясь разглядеть косатку. Но нет, только волны, мелкие, нервные, будто стихия чувствует мою неуверенность. - Мар... мы не уживемся. Я не уживусь. И я не хочу остаток своей жизни быть несчастной. Хочешь, чтобы я работала? Это не проблема. Подпишем контракт. И я буду работать. Но я хочу сама распоряжаться собственной жизнью. Понимаешь?

Понимал.

По глазам я видела, что все он прекрасно понял, вот только... куда девать родовую честь? И ладно бы только в ней дело было, но ведь оставались деньги.

Контракты правительственные.

И перспективы, которые Мар уже почти считал свершившимися. А я... я ведь не настолько глупа, чтобы не понимать, насколько развод, пусть даже с совершенно неподходящей Мару женщиной, повлияет на репутацию, не говоря уже о злосчастных патентах. Я ведь могу потребовать их... подать в суд и, что самое поганое, доказать авторство.