Абигайль, или Романтическая катастрофа - Екатерина Полянская

Но, видимо, придется.

— А вы представляете? — Боль прошла. И ранка, похоже, затянулась.

— Он был женат на моей дочери.

— На Ранте?

Так, спокойно. Ведьма с выпученными от удивления глазами — это как-то не принято. Удивлять должны мы, а не нас. А ещё впечатлять, поражать, ошеломлять и доводить до нервного тика. Жаль, с Горгоньей ни один из этих номеров не пройдет.

— Другой у меня нет, — довольно резко бросила ведьма, и тут же сменила тон на доверительный. Помнит, зараза, что это ей от меня нужна услуга, а не наоборот. — Он издевался над ней, унижал, часто бил. Я пыталась что-то сделать, но сразу не знала всей ситуации, а моя девочка его так любила… Только когда она пропала, я поняла, насколько все было серьезно. До сих пор простить себе не могу.

К спине прилип мокрый холодок.

— Пропала? — переспросила дрогнувшим голосом.

— Больше года прошло, а о Ранте так никто и не слышал ничего. И поисковые заклинания возвращаются пустые. — Было заметно, что Горгонья изо всех сил старается сдерживаться, но ее глаза выдавали страх. — Ты должна узнать, что он сделал с моей дочкой. А потом я накажу мерзавца по-ведьмински.

Холодок обнял за плечи, в самую душу заполз, давая понять, что теперь мы с ним родные.

— А этот маг, он…

— Маг? — оборвала бывшая наставница с горьким смешком. — О нет, Ларенц Илс обыкновенный человек. Просто изворотливый, богатый и с черной душой.

— Расследование проводили?

— До сих пор ведут, но без толку, — отмахнулась убитая горем мать.

— Разве в таких случаях закон не требует магических проверок? — Не то чтобы я много об этом знала, обрывки сведений в голове приходилось лихорадочно сгребать вместо, и все равно будто чего-то не хватало.

Горгонья прошлась по узкому пространству, скривилась от отвращения при взгляде на замызганное зеркало.

— Проверки он каким-то образом прошел. К нему даже магического куратора приставили, но там совершенно бездарный мальчишка. Его максимум — светящиеся шарики. Вся надежда на тебя, Абигайль!

Стажировка у магов с полного папиного одобрения — прекрасная мотивация. Но принять решение меня заставил затравленный взгляд ведьмы, которая за семь лет, что я ее знала, не позволила себе ни единой секунды слабости. А тут… Сердце в груди огнем горело от сострадания.

— Помогу, чем смогу, — пообещала я.

— Абигайль! — рявкнули за дверью. — Тебя там что, очередной пришибленный любовным дипломом монстр сожрал?

Моя собеседница лишь на миг изогнула бровь.

— Я найду способ связываться с тобой, — быстро проговорила она и исчезла в розовой дымке.

Распахнулась дверь.

— Жива? — задала любимый вопрос Эли.

— Нужно больше времени, чтобы исцелить себя, — спокойно заметила я и продемонстрировала охраннице совершенно невредимое лицо. — И я получила деловое предложение.

— В туалете? — изумилась Эли.

Обвела взглядом окружающее пространство. Никого кроме меня не нашла. И почему-то ей это сильно не понравилось.

— Никогда не знаешь, где именно тебя поджидает любовь, — процитировала одну из учивших меня ведьм я. — Принеси из машины платье, пожалуйста.

— То есть лечить себя ты можешь, а удалить грязь с одежды — нет? — удивилась она.

— Могу, но это не то же самое, что выстиранная вещь. — Объяснение было чистой правдой. И я повторила: — Пожалуйста.

Вежливость помогает получить желаемое. Папа говорит, это часто срабатывает.

Платье я получила. В комплекте шло несколько шуточек про «принцессу», пришлось стерпеть. Ничего, посмотрю я, как она станет милой и пушистой, когда я найду ее любовь. Правда, учитывая боевитость невесты, женихом должен быть какой-нибудь тролль, а я понятия не имею, где они водятся. Ладно, думаю, боевой маг тоже сойдет. Карта как раз показывала, что у них осенняя практика неподалеку от места моей стажировки.

Я мысленно потерла ладошки.

Потому что женить мага для романтичной ведьмы — это… это… большая удача, почти подвиг, лишнее сердечко в резюме, впечатляющий пункт в послужном списке, ну и просто приятно лишний раз щелкнуть по носу коллегу, который нас за коллег не считает. А если этот пункт будет в моем списке первым, не заметить его будет сложно. Вот так-то!

С этими оптимистичными мыслями я оставила небольшую купюру на барной стойке и покинула несимпатичное заведение.

Ожидающая на улице Эли одарила меня подозрительным взглядом, но так сразу не нашла к чему прикопаться. Еще бы! Нет равных ведьмам по части «состроить невинную мордашку и притвориться, что чисто мимо проходила».

— Себя бы лучше пристраивала, — буркнула телохранительница.

Не нравились мы друг другу взаимно. Обидненько.

Но зато хоть не я одна страдаю.

— Когда папа просил привезти ему сувенир из Лельшема, он точно не имел в виду жениха, — мило заметила я.

Меня буквально обдало неприязнью, и на какое-то время между нами установилась тишина.

Проблему за время моего отсутствия устранили, даже не хочу знать, как. Папин подарок рванул с места. Скорость явно успокаивала мою спутницу. Что ж, прекрасно! У меня же есть больше часа, чтобы просмотреть информацию о зяте наставницы. Я включила планшет и набрала запрос.

Так…

Однако.

— Что ты там читаешь с таким хмурым видом? — пристала Эли.

Я вздрогнула.

Ей тоже не стоит говорить.

— Клиентка прислала пожелания насчет жениха, — выдала я самое логичное.

— Она там что, принца хочет?

Обожаю стервозных дамочек, которые уверены, что знают о любви все, ещё и относятся к ней презрительно. Обычно на поверку они оказываются отчаявшимися и согласными почти на любой вариант.

Предвкушающую улыбку с губ слизала.

— Нет, ей нравится один из соседей. Хочу посмотреть, есть ли о нем в сети хоть какая-то информация.

Эли хмыкнула, потеряла ко мне интерес и уставилась на дорогу. До самого Лельшема больше меня не дергала. Я же получила возможность сосредоточиться на таинственной личности Ларенца Илса.

Темной личности, я бы даже сказала.

Впрочем, если бы не рассказ наставницы, юная и мечтательная ведьма, вполне возможно, сочла бы эту личность загадочной и притягательной.

Он действительно являлся наследником какого-то древнего и именитого рода, хоть это в наше время не имело почти никакого значения. Даже титул имел. Не вел страничек в соцсетях, блогов и прочего и вообще держался в стороне от современной жизни во всех ее проявлениях. Мне удалось найти всего два фото. Первое, пятилетней давности, на импровизированном зимнем балу, куда его пригласили в качестве почетного гостя. Оттуда абсолютно черными глазами взирал молодой мужчина в старомодном костюме с отпущенными на старинный манер волосами. Таинственный, привлекательный. Во второй раз его засняли у собственного замка уже после скандала с пропавшей женой. Опять старомодная одежда, будто он всегда в ней ходил, искренне считая свое аристократическое происхождение чем-то значимым. Растрепанные волосы и искаженное яростью лицо.