Кольцо Кощея - Михаил Михайлов

– Ничего, сейчас меня откачают, и я приду в себя, – философски произнес я вслух, присаживаясь на край фонтана. – Интересно, а кто откачивает – Юлька или кто другой?

Окружающие смущенно замолчали, выслушав весь этот бред – в их понимании это, конечно, был самый настоящий бред.

– А ну, все по местам разошлись, – прикрикнула на окружающих Яга, потом обратилась ко мне: – Кощеюшка, пошли со мною, а то после путешествия, поди, устал сильно, тропы-то иномировые сложные очень. А там у меня и чаек поспел, и пирожки есть.

А что ж не пойти? Пойду, заодно и выясню, как вкусно готовит мое подсознание.

– Пошли, бабуля, – поднялся я и сделал пару шагов, потом посмотрел на бечеву от лодки, что до сих пор держал в руке. – Так, с этим надо что-то делать.

– Да вон, передай их домовым. Ребятки умные и сноровистые, справятся.

Передав лодку на руки двум мелким коротышкам в бесформенных балахонах, я направился за бабкой. Приведя меня на кухню, она налила в большую глиняную кружку ароматного чая и начала рассказывать.

Оказывается, меня перекинуло в этот мир по вине колечка, что сейчас охватывало мой мизинец. Это отличительный знак царя Кощея по прозвищу Бессмертный. Окружающий мир полностью совпадал с описанием сказочной Руси. И сам я стал одним из его видных и значимых главных персонажей.

Раз в несколько столетий, когда Кощею надоедает такая жизнь и он ни о чем другом больше думать не может, Бессмертный исчезает в веренице миров – может, возвращается в свой родной, может, просто умирает безо всяких спецэффектов, – а его колечко отправляется странствовать в поисках нового хозяина. Правила отбора очень жесткие, и немногие подходят по ним (получается, что я в душе был Кощеем и кольцо лишь позволило мне раскрыть свои таланты). Как только подходящий претендент находится, он перемещается сюда и получает в наследство огромный замок, затерянный среди лесов и болот. А вместе с замком кучу бонусов, вроде полного набора заклинаний, которые можно использовать по своему желанию, полную неуязвимость (точнее, бессмертие и отсутствие тяжелых травм), огромное количество золота и славу, что переплевывала, по моему понятию, славу Сталина, Гитлера, Пиночета и прочих земных диктаторов вместе взятых.

Но, кроме этого, новый Кощей приобретал еще и такое не очень приятное свойство, как тягу к золоту. Я теперь с трудом могу заставить себя спокойно брать золотые ложки, вилки, ножи и прочую столовую дребедень: каждый раз возникает желание утащить их в сокровищницу, чтобы добавить к основному запасу.

Прежние Кощеи нападали на местные земли, захватывали пленных и продавали их в рабство в дальние страны. Еще обкладывали данью, которую можно было выплачивать только в золотом виде – монеты, украшения, прочие поделки. Брать в заложники местных царевичей и королевичей вкупе с царевнами и принцессами было нечто вроде хобби, которому они предавались время от времени.

Вся земля была под Кощеем (теперь уж подо мною), и вся нечисть с трепетом произносила имя хозяина. Михаил Кожухов пропал, растворился в воде фонтана, взамен появился Кощей Бессмертный. Мне подвластны были домовые, банники, сенники и кикиморы. В замке жили Змей Горыныч, который появлялся только по призыву, а так дрых беспробудно, и кот Баюн. Изредка заскакивала Лихо, наводя шороху и принося сплетни, которые она перебирала на кухне совместно с Ягой. Еще и Соловей разбойничал поблизости, тоже мой подчиненный. Некоторую вольность держали Водяной и Леший, подчиняясь мне только номинально.

– И как же мне обратно? – ошарашенно спросил я, когда вволю наелся пирогов и напился чаю. – Я домой хочу, к своим.

– А никак, – развела руками Яга, – ты теперь Кощей, и этим все сказано. Хоть и молодой больно, прежние все больше старцами были, с опытом и знаниями.

– Так, может, колечко-то ошиблось? – с затаенной надеждой спросил я. – Вдруг непонятка вышла, я же его случайно на палец надел? Вот сейчас сниму его, и все, пусть любой другой это кольцо надевает.

Баба-яга с интересом смотрела на то, как я несколько минут с пыхтением пытался избавиться от нежданного подарочка. Колечко из белого золота крутилось на пальце свободно, но вверх-вниз не сдвигалось ни на миллиметр. Я уже и маслом пробовал его смазывать, надеясь, что оно станет проще сниматься.

– Это все без толку! – торжественно произнесла Яга. – Кольцо никогда не ошибается, и его выбор точен и правилен.

– А если я палец отмахну? – потянулся я к ножу, что лежал неподалеку на столе. – Фиг с этим мизинцем, зато освобожусь от кольца, а?

Бабка только пожала плечами: мол, делай, как хочешь, но я все сказала. Подержав в руке кухонный резак, я на такой эксперимент не решился.

– Да ты не тушуйся, Кощеем быть совсем неплохо, – утешала меня бабка. – Народишко побаивается, золотишко приносят. Как совсем соскучишься и загрустишь, можно войной пойти на кого.

– Да не хочу я ни на кого идти войной! – в сердцах вскричал я. – Я воевал только на компе да в тетради, когда в морской бой резались на парах.

– А чёй-то за звери такие? – спросила меня бабка. – Комп вот, потом тетрадь энта?

– А-а, – махнул я рукою, – долго объяснять, да и не поймете вы. Лучше пойду посмотрю, как там с моей лодкой дела обстоят.

Поднявшись из-за стола, я быстро добрался до небольшой каморки – знание планировки замка пришло вместе с магией через кольцо, – за дверью которой слышались возбужденные голоса двух существ. Не людей, отмечаю, существ.

– Да режь, я тебе говорю!

– А Кощей, вдруг он сам захочет добить это чудо непонятное?

– Зачем добить, оно уже умерло, вон дырка какая, видать, наш царь очень сильное колдовство применил. Гляди: то – верх, а это – низ с потрохами, которые и раздуло. Али времени у него не хватило, чтобы полностью распотрошить чудо непонятное?

– Так, может, он и захочет сам допотрошить?

– Режь, тебе говорят, мы и сами все сделаем, а Кощей за наши труды еще и наградит.

– Так, давай вместе вот здесь резать начнем, чтобы и награда была поровну. Только аккуратно, чтобы не сильно шкуру повредить.

Непонятный диалог стал очень тихим, сойдя на шепот и возню. С полным ощущением, что опоздал, я приоткрыл дверь и успел увидеть такую картину. Два домовых, держа огромный тесак, примериваются к уцелевшему борту моей лодки. Я так и застыл в шоке, даже не успев ничего сказать, чтобы предотвратить намечающуюся катастрофу.

– Режем! – энергично скомандовал один из домовых и сам налег на ручку ножа.

Второй добавил. Воздух из распоротого борта с веселым шипением вырвался наружу, сметая домовых в сторону.

– Я же говорил: надо резать – вон сколько духу скопилось в брюхе. – Первый домовой шустро вернулся к лодке с ножом наперевес и заглянул сквозь пробоину. – Тю-у, а тут совсем пусто. Куда потроха-то подевались?

– Вот сейчас набью ее вашими потрохами! – Я наконец-то смог выразить словами свои чувства. – Вы что творите, помесь обезьяны и пигмея?